Страница 25 из 107
Я улыбалась, посматривая на Козловского… Вот пусть стоит и стыдится своей обнажённости, молодая медсестра и вовсе готова слюни пускать.
Но радовалась я недолго… По ногам заскользил мороз, тонкий шелк противно прижался к коже, а кружево зацарапало по соскам.
— Зарина Алексеевна, — тяжелая рука Артура легла на мою талию и силой завела себе за спину, пряча от липких взглядов врачей. — Ты почему голая?
— А ты почему голый? — «ты» сорвалось с языка, и Козловский не мог на это не среагировать. Дернул бровью, чуть напряг губы, чтобы не улыбнуться.
Вот только от его улыбки мне становилось невыносимо душно!
— Боже, я ненавижу, когда отвечают вопросом на вопрос! А ты это делаешь постоянно. Признайся, разозлить меня хочешь? Или просто хочешь?
— А я ненавижу, когда трахаютcя так громко, что я уснуть не могу! — встала на цыпочки, пытаясь хоть что-то рассмотреть из-за могучей спины Козловского.
— А я тебе говорил не думать о моём «достоинстве» перед сном! — он рассмеялся, потом содрал с вешалки свой пиджак и протянул мне. — Мужики, что там?
Дверь квартиры напротив открылась, но за толпой было ничего не видно. Звуки стихли, и это не могло не тревожить.
— Да что там происходит, черт возьми? — Артур вошел к соседям сразу за врачами, и вдруг послышался его звучный ржач.
Мне тоже хотелось посмотреть, но вместо этого я рванула вглубь квартиры. Заглянула в каждую комнату, после обследовала туалет, ванную и зачем-то выскочила на балкон.
Как собака, шла по следу возможной женщины, но в квартире было пусто! Ни чемоданов, ни одежды, и даже обуви в прихожей не оказалось.
Козловский просто спал? Один?
Когда снова послышались голоса из коридора, я вернулась в прихожую, пытаясь придать себе скучающий вид, но когда из квартиры напротив вынесли носилки с милым дедушкой, который всегда снимал шляпу, завидя меня, я не выдержала и рассмеялась…
Потому что простыня, которой он был накрыт, не могла скрыть каменную эрекцию! Но зато лицо у дедка было счастливым…
Бугорок под простыней покачивался, веселя молодых врачей, высунувшихся любопытных соседей, и даже Козловский смущенно поджимал губы, прощаясь с хозяйкой квартиры.
— Опять таблетосы китайские, — хрипели медбратья, унося этот крейсер с белым флагом вниз по лестнице.
— Соседи, спасибо за бдительность, спасибо всем… Это сердечный приступ! — женщина помахала рукой вслед своему мужу и поспешила скрыться.
— Боже, Зоря, что у вас за дом такой? Куда не кинь, то голые соблазнительные дамочки, то эрекции…
И говорил Козловский не про деда…
Прихожая оказалась крошечным спичечным коробком. Артур перекрыл дверь, вшагнул вперёд, прижал меня к стене…
Полы пиджака распахнулись, и мы замерли кожа к коже. Тонкая шелковая пижама вдруг растворилась. Ощущала его сердцебиение всем своим телом.
Мужское желание, как терпкий алкоголь, растворился, образуя густой туман. Именно его я и вдыхала…
В темноте замкнутого пространства только и видела его глаза, полные омута и странного пламени, что становилось все ярче и ярче. Артур подхватил мой локон, накрутил его на палец, подтягивая мою голову все ближе и ближе… И вот когда между нашими головами оказалось не более пяти сантиметров, этот гад произнёс:
— Признавайся, Зарина… Ты думала обо мне, знойной брюнетке и красном кружевном белье? — его голос был бархатистым, ласковым, таким убаюкивающим, что захотелось закрыть глаза и отдаться полностью.
Но возмущение било ключом…
— Видите биту? Я думала о том, как прекрасно она вопьется в ваш орган, о котором мне запрещено думать! Зато после этого вы долго ещё будете думать о нём и о враче, чьи попытки спасти ваше хозяйство увенчаются провалом…
Оттолкнула поганца соблазнительного и выбежала из квартиры, благо он не додумался закрыться на замок.
— Зарина… У нас контракт!
Чёрт, и что я там такого подписала?