Мажор

Милиция приехала достаточно быстро, и Пеппи сразу закружилась вокруг них, задавая вопросы с пулемётной скоростью, не давая ни опомниться, ни ответить.

— Дяденька милиционер, а почему вы без собаки? Я в кино видела, у вас собаки умные есть, немецкие овчарки! Себе тоже такую хочу, чтоб прям милицейскую, но мама против — она говорит, что со мной сама как овчарка станет скоро, но она так шутит вы не думайте!

— Ой! — она присела возле «бобика», заглядывая под днище, — А что это у вас там?

— Колёса, — простужено просипел водитель, помогая грузить малость оклемавшихся каратистов.

— Да? А можно я тоже сзади поеду, там интересно! Я никогда на милицейской машине сзади не ездила…

— Знаете нападавших? — немолодой старший лейтенант коротко опрашивает меня, оставив водителя на растерзание Пеппи. Впрочем, тот, тоже немолодой мужчина, млеет и улыбается, совершенно очарованный девочкой.

— Да, одного, — киваю я, — вон тот… да, пониже, Антон, в школе каратэ старший ученик вроде как. Я на пробное занятие сходил, не понравилось, решил уйти…

Коротко, буквально в несколько предложений, описываю ситуацию.

— Вот не зря их… — вздохнув, лейтенант не договорил, — Ладно, залезайте в машину, сейчас проедем в отделение. Телефон у родителей на работе есть?

— У мамы, — закивал я, — и на работе, и домашний. Да! Телефон участкового у меня тоже записан, сейчас…

— Да не надо блокнот доставать, — отмахнулся старший, — вы по Садовнической, верно? В отделении и позвонишь.

— Ну… — старлей с некоторым сомнением покосился на нас, — в тесноте, да не в обиде! Второй экипаж вызывать не будем, здесь рядом, так доедем. Девочка, ты вот… забирайся брату на колени, здесь быстро.

— Это жених, — важно ответила Пеппи, забираясь мне на колени.

— Ага, — хохотнул водила, трогаясь с места, — уже всё рассказала — и как они по дороге в Артек познакомились, и как она парня в женихи определила, не спрашивая его желания.

— У меня такая же, — усмехнулся старлей, откидываясь на сиденье и прикрывая глаза.

— Группа лиц по предварительному сговору, имея личную неприязнь… — не договорив, следователь районного отдела милиции покачал головой, — да ещё на несовершеннолетнего. Тебе сколько? Шестнадцать?

— Четырнадцать два месяца назад исполнилось, Дмитрий Алексеевич, — отозвался я.

— Даже так? — хмыкнул мужчина, — Доигрались голубчики! А потом такие кричат, что каратэ в стране зажимают, н-да… Каждая вторая секция — чёрт-те что… рассадник бандитизма.

— Ну, рассказывай, — доброжелательно попросил он, — пока не под запись. Маме-то уже дали позвонить?

— Да, Дмитрий Алексеевич, — закивал я, — в панике летит! Я конечно постарался успокоить, но мама…

— Мамы, они такие, — хмыкнул мужчина, — странно, если бы было иначе.

— Да, — снова закивал я, — Так вот… в начале сентября я пришёл на пробное занятие по каратэ. Честно говоря, сомневался, и как оказалось, не зря…

— Погоди, — прервал меня следователь через пару минут, — у тебя что, у самого коричневый пояс? Однако… где хоть занимался?

— Во Франции. Родители в Министерстве Внешней Торговли работают, там четыре года прожили, а сосед, японец, желающих тренировал — бесплатно. Так-то я раньше дзюдо занимался, и немного боксом — с папой…

— Сидорчук! — прервал меня следователь подойдя к приоткрытой двери кабинета, — Ты в «Скорую» позвонил? Освидетельствовать нужно субчиков, а то будут говорить, что в милиции их избили!

— Да, Дмитрий Алексеевич, минут через пять будут!

— Продолжай, — попросил следователь, — сейчас под запись, я переспрашивать и уточнять некоторые моменты буду.

Писал он, впрочем, недолго.

— Ты несовершеннолетний, — пояснил он, — это пока так… Остальное в присутствии мамы. Сейчас приедет, напишем, и потом, наверное, ещё раз или два к нам приехать вам придётся. А пока… ну-ка, давай о каратэ подробней!

— Хотя погоди, — тут же остановил меня следователь, — Я сейчас ещё нескольких коллег позову, им о каратэ интересно будет послушать. Тем более, как я понял, ты хотя и не мастер, но занимался у нормального тренера, а не как эти… по переводным картинкам и у каких-то мутных типов.

— Зовите, Дмитрий Алексеевич, — согласился я, — и… чаю можно? И в туалет.

— Можно, конечно, — кивнул тот, — Сидорчук! — проводи парня в туалет и организуй нам чаю! И скажи Малееву и Шафарову, что парень, который этих субчиков отоварил, коричневый пояс по каратэ! Пусть подтягиваются с пряниками и чем там у них есть, если послушать интересно.

— По регламенту положено, — пояснил мне Сидорчук, молодой мордатый парень с нагловатым лицом, — а то у нас всякий народ бывает, сам понимаешь.

— Эта… Пеппи, — прислушавшись к приоткрытой двери в соседнем кабинете, Сидорчук рассмеялся, — до чего забавная девчонка! Прямо концерт даёт! «Крылатые качели», ну надо же…

… и я невольно усмехнулся. Пеппи, она такая…

… Пеппи!

— Миша! — мама ворвалась в районное отделение милиции, как конница Батыя, — Где…

— Не волнуйтесь, Людмила Яновна! — следователь, уже в курсе «не простых» родителей и ещё более «сложного» дедушки, и потому — сама предупредительность, — С вашим сыном всё хорошо, не переживайте!

— Миша, ты сильно пострадал? — мама кинулась ко мне.

— Ма-ам… всё в порядке, честно! Я иногда после игры в футбол больше травм получаю, всё хорошо!

— Людмила Яновна, не переживайте, — следователь явно заинтересовался мамой, даром что у самого на пальце кольцо, — Мальчик почти не пострадал, и к нему у милиции никаких претензий!

— Правда, — он принизил голос, — «Скорая» по нашей просьбе несколько сгустила краски, но вы сами понимаете, таких субчиков, что на подростков нападают, надо сажать, и надолго…

Мама яростно закивала.

— Всё хорошо, правда, — улыбаюсь я, салютуя чашкой чая и показывая надгрызенный пряник, — испачкался только, как свинтус, да и перенервничал.

— Перенервничал он, — вздохнула мама, — а уж я как…

— Миша нам тут лекцию про каратэ читает, — добавил Шафаров, — очень интересно! У нас в институте два, может три преподавателя так материал давали, талант у парня!

— Людмила Яновна… — следователь повёл глазами и посторонние понятливо выветрились из кабинета, — вы присаживайтесь. Чаю, кофе? У нас растворимый есть, индийский, хороший! Вы присаживайтесь и успокойтесь…