Страница 74 из 93
— Почему?
— Потому что больше не хочу узнавать о своей песне со слов других.
Он кивнул.
— Я не скажу со сцены ничего против тебя.
— Спасибо.
— И назову нас обоих авторами.
— Так и должно быть.
— Спою другую версию.
— Какую?
— Акустическую. Без твоей вокальной мелодии в припеве.
Я нахмурилась.
— Она всё равно останется.
— Изменю достаточно.
— Зачем?
— Чтобы это была моя часть песни.
— Песня так не делится.
— Ты сама написала, что я могу исполнять своё.
— Я написала, что ты можешь исполнять песню, если не стираешь моё авторство.
— Значит, исполню.
Он посмотрел на меня.
— Даня будет с тобой на сцене?
— Да.
— И после фестиваля?
— Не знаю.
— Ты его любишь?
Вопрос прозвучал неожиданно.
Я почувствовала, как всё внутри остановилось.
— Это не твоё дело.
— Значит, да.
— Илья.
— Просто ответь один раз честно.
— Зачем?
— Хочу понять, всё ли это действительно не из-за него.
— Наш разрыв не из-за Дани.
— Я знаю. Теперь знаю.
— Тогда зачем спрашиваешь?
Он посмотрел на большую сцену.
— Потому что всё ещё надеюсь, что это просто несколько дней. Страх. Скандал. Человек рядом в нужный момент.
Я могла уйти.
Сказать, что не обязана отвечать. Что мои чувства не часть его объяснения.
Но, возможно, он действительно заслуживал хотя бы одну ясную фразу. Не ради прощения.
Чтобы перестал строить надежду вокруг моего молчания.
— Да, — сказала я.
Илья повернулся.
— Что?
Слово уже прозвучало. Забрать нельзя.
— Я люблю Даню.
Сердце ударило так сильно, будто я призналась не бывшему, а самой себе.
Илья смотрел молча.
Я продолжила, потому что иначе не смогла бы выдержать тишину:
— Не знаю, что у нас получится. Мы знакомы нормально всего несколько дней. Мы спорим. Он может вернуться полностью в группу, я могу после фестиваля снова испугаться. Возможно, через месяц всё закончится.
— Очень романтично.
— Я не обещаю навсегда. Но да. Люблю.
— Уже?
— Возможно, начала полгода назад.
Он закрыл глаза.
На секунду я увидела, как сильно ему больно.
Не почувствовала победы.
Только грусть по нам обоим.
— Значит, я был прав, — сказал Илья.
— В чём?
— Ты бы ушла.
— Возможно.
— Ради него.
— Ради себя.
— Разница небольшая.
— Огромная.
Он усмехнулся без веселья.
— Для человека, которого оставляют, не очень.
— Я тебя не оставила тогда.
— Потому что я не дал ситуации развиться.
— Именно. Ты не позволил мне выбрать. Возможно, я выбрала бы тебя. Возможно, его. Возможно, ушла бы от обоих. Теперь мы никогда не узнаем.
Илья сжал челюсти.
— А сейчас выбрала.
— Да.
Он кивнул.
— Спасибо за честность.
— Ты попросил.
— Не уверен, что хотел услышать.
— Тогда не надо было спрашивать.
— Научился у тебя.
Мы стояли напротив афиши ещё несколько секунд.
Потом из ангара вышел Даня.
Увидел нас и остановился.
Не подошёл сразу.
Смотрел, ожидая моего движения.
Я повернулась к Илье.
— Увидимся на фестивале.
— Да.
— Не меняй авторство со сцены.
— Не буду.
— И не используй запись.
— Её больше нет.
Я кивнула.
Илья ушёл в сторону главной сцены.
Даня подошёл только после того, как расстояние между ними стало достаточно большим.
— Всё нормально?
— Нет.
— Понятно.
— Я сказала ему, что люблю тебя.
Он замер.
Впервые я увидела, как Даня Миронов не находит ответа.
— Что?
— Он спросил.
— И ты…
— Ответила.
— Почему?
— Потому что это правда.
Несколько секунд он просто смотрел.
— Скажи что-нибудь, — попросила я.
— Я пытаюсь не испортить.
— Уже начинаешь.
— Я тоже тебя люблю.
Он произнёс быстро, почти зло, будто признание вырвалось вопреки плану.
Я улыбнулась.
— Очень красиво.
— Ты сообщила между ангаром и туалетами после разговора с бывшим. Я работаю с обстоятельствами.
— Справедливо.
Он подошёл ближе.
Не поцеловал.
Вокруг проходили люди, и мы оба знали, что любой телефон может снова превратить момент в чужой ролик.
Даня только коснулся моих пальцев.
— Всё ещё не знаешь, что получится? — спросил он.
— Нет.
— Хорошо.
— Ненавижу это слово.
— Знаю.
Из ангара вышла девушка с бейджем организатора.
— Лера Белова?
— Да.
— Вас ищет программный директор.
Я напряглась.
— Что случилось?
— Лучше пройти.
Даня пошёл рядом.
Девушка посмотрела на него.
— Только участник.
— Он гитарист в моём составе.
— Тогда можно.
Нас провели через двор к административному корпусу. Внутри пахло свежей краской и кофе. На втором этаже в маленькой комнате сидели трое организаторов. Я узнала женщину, которая отвечала на письма. Она встала навстречу.
— Лера, добрый день. Простите, что без предупреждения.
— Что-то с выступлением?
— Наоборот.
Она развернула ноутбук.
На экране была статистика фестивальной страницы. Афиша с нашими именами собрала в несколько раз больше просмотров, чем остальные публикации. Под постом — тысячи комментариев.
— После вашего сегодняшнего объяснения внимание выросло ещё сильнее, — сказала женщина. — И, что для нас важнее, люди обсуждают не только конфликт. Они переходят на ваши старые записи и новую песню.
— Какую новую?
— Короткий фрагмент «Не спасай меня» попал в сторис одного из музыкантов.
Я резко посмотрела на Даню.
— Не я.
Он достал телефон.
Костя.
Конечно.
Вчера он снял кусок репетиции и выложил, не отметив меня. Кто-то узнал голос.
— Мы удалим, — сказал Даня.
— Не нужно, — ответила организатор. — Он уже разошёлся.
Я закрыла глаза.
— Что вы хотите?
Женщина переглянулась с коллегами.
— Перенести ваш сет.
— На другое время?
— На другую сцену.
Я не сразу поняла.
— Куда?
Она указала на схему.
Большой двор.
Главная сцена.