Страница 37 из 93
— Она уже началась.
— Пока люди обсуждают скандал возле клуба. Если ты заявишь об авторстве публично, они полезут во всё.
— И что мне делать? Молчать, пока вы собираете просмотры?
— Подождать хотя бы до вечера. Мы подготовим общее заявление.
— Общее?
— Да.
— Где вы признаете, что Илья соврал?
— Нужно сначала поговорить с ним.
Я рассмеялась.
— Вы всё ещё ждёте его разрешения на правду.
— Нет. Я хочу, чтобы заявление было точным.
— А ролик может быть неточным.
— Это просто музыка.
— Для тебя.
Я подошла ближе.
— Отойди.
Даня отступил сразу.
И снова это причинило боль.
Я вышла в коридор.
За дверью никто не пошёл следом. Наверное, боялись, что я назову это контролем. Или просто осталось две минуты до публикации.
На лестнице телефон завибрировал.
Новое сообщение от Дани:
Даня:
Не делай то, о чём потом пожалеешь.
Я остановилась на ступеньке.
Написала:
Я:
Ты только что сделал.
Он прочитал.
Ответа не последовало.
На улице моросил мелкий дождь. Снег почти растаял, под ногами была серая вода. Я не стала вызывать такси. Пошла к остановке, хотя не знала расписания и не была уверена, какой автобус мне нужен.
В одиннадцать ровно телефон ожил.
Уведомление от страницы «Пока горит».
Новая публикация.
Я открыла.
Ролик начинался с красной вспышки.
Ева склонялась к микрофону.
Мои слова звучали её голосом.
Дыши за меня, пока я не вспомню как…
В подписи было написано:
Вы просили — мы услышали. Первый фрагмент «Без воздуха». Полная версия скоро.
Я перечитала последнюю фразу.
Полная версия скоро.
Даня только что говорил, что релиз остановлен.
Наверное, подпись была подготовлена заранее. Наверное, они забыли исправить. Наверное, Рома сейчас заметит, удалит и напишет другую.
Но люди уже читали.
Первые комментарии появлялись мгновенно.
НАКОНЕЦ-ТО.
Голос Евы здесь просто идеальный.
Когда полный трек?
Надеюсь, бывшая опять не прибежит.
Уже лучше всех ваших старых песен.
Илья реально гений.
Последний комментарий собрал несколько лайков за секунды.
Илья реально гений.
В посте не было авторов.
Но люди уже решили.
Я стояла под дождём возле остановки и смотрела, как моя песня снова становится его.
Телефон зазвонил.
Даня.
Я сбросила.
Он позвонил ещё раз.
Снова сбросила.
Появилось сообщение.
Даня:
Подпись старая. Сейчас исправим.
Через несколько секунд публикация обновилась.
Фразу «Полная версия скоро» убрали.
Осталось:
Вы просили — мы услышали. Первый фрагмент «Без воздуха».
Словно это что-то меняло.
Даня:
Я не видел финальную подпись.
Я написала:
Я:
Но видел ролик.
Он начал печатать.
Я закрыла переписку.
Автобус подошёл через пять минут. Я села у окна, хотя не знала, куда он едет. Главное — подальше от студии.
В салоне пахло мокрыми куртками. Кто-то слушал музыку без наушников. Женщина напротив разговаривала по телефону о лекарствах. Двое школьников спорили, кто кому должен был написать первым.
Обычная жизнь.
Я открыла страницу группы снова.
За десять минут ролик набрал восемь тысяч просмотров.
Ева отвечала на комментарии смайликами. Рома написал, что дата релиза пока не определена. Макс поставил огонь под сообщением о барабанах.
Даня ничего не писал.
На секунду я увидела всё со стороны.
Группа получила то, чего хотела. Официальный ролик. Внимание. Комментарии. Новых подписчиков.
Я получила право присутствовать на голосовании.
Спасибо.
Телефон снова завибрировал.
На этот раз сообщение пришло от Евы.
Ева:
Я не знала, что в подписи оставили про полный релиз.
Следом:
Ева:
Я проголосовала за ролик, не за ложь.
Я не ответила.
Открыла галерею.
Старые видео хранились в отдельной папке, которую телефон автоматически перенёс несколько лет назад. Там были школьные выступления, первые домашние записи, репетиции на кухне. Я долго листала, пока не нашла нужное.
Дата — почти два года назад.
На видео я сидела на полу в комнате Ильи. Волосы собраны кое-как, на мне его огромная футболка. Передо мной стоял дешёвый микрофон, рядом лежала тетрадь. Илья снимал на телефон, но сам почти не попадал в кадр.
— Готова? — спрашивал он за камерой.
— Нет.
— Тогда начинаем.
— Ненавижу тебя.
— Три, два…
Я закатывала глаза и начинала петь.
«Без воздуха».
Ещё старая версия. Без нового перехода, без второй гитары Дани, без барабанов Макса и голоса Евы. Но текст уже был почти окончательным. Вокальная мелодия — та самая. Припев звучал полностью.
На третьей минуте я останавливала запись.
— Всё. Последнюю строчку потом переделаем.
— Она нормальная, — говорил Илья.
— Нет. Там слишком много слов.
— Тебе один самоуверенный гитарист через два года скажет то же самое.
Конечно, на видео этой фразы не было. Она ещё не произошла.
Я смотрела на молодую себя и чувствовала странную нежность. Эта девушка не знала, что однажды её голос станут обсуждать незнакомые люди. Что песню отдадут другой певице. Что человек за камерой напишет от её имени отказ.
Она просто пела.
Не идеально. Несколько раз брала воздух слишком громко, на высокой ноте чуть не дотянула, в конце рассмеялась.
Но это была я.
И песня уже существовала.
Я скачала видео из облака в хорошем качестве.
Палец завис над кнопкой публикации.
В голове прозвучал голос Дани:
Не делай то, о чём потом пожалеешь.
Потом Ильи:
Они используют тебя, пока ты им интересна из-за скандала.
Макса:
Личная история не должна уничтожить всех.
Евы:
Я не украла это место.
Четыре голоса.
Ни одного моего.
Я создала новую публикацию.
Сначала хотела написать длинно. Рассказать про письмо, прослушивание, общую почту, версию без вокала. Объяснить, что Илья действительно участвовал в песне, а группа ничего не знала. Заранее защитить всех, чтобы никто не решил, будто я несправедлива.
Потом стёрла.
Я слишком долго подбирала слова так, чтобы никому не стало неудобно.
Вставила видео.
Написала: