Страница 946 из 968
Глава 41
27 мая 2023 года
– Только не говори снова, как тебе жаль, – сказала Вэнс по телефону, и Джордж поднял палец, давая знак Эндрю О’Нилу подождать. Он сидел на веранде, а Эндрю прислонился к стоявшему в отдалении столику для пикника и точно не мог подслушать разговор.
Начальница вроде бы не злилась; с другой стороны, Вэнс никогда не проявляла особых эмоций.
– Я могу вернуться прямо сейчас, – повторил Джордж в третий раз.
– Меня устроит завтра, – заметила Вэнс. – Сегодня суббота, и у моей дочки день рождения.
Джордж подумал о том, каково это – завести ребенка и выполнять такую работу. Чувствовать вес пистолета на бедре, хранить миллион секретов, давящих на плечи, будто рюкзак с кирпичами. Жизнь в «Соловьиной трели» была открытой книгой – целым книжным шкафом, коллекцией таблиц и хранившихся в подвале документов. И он променял всю эту ясность и упорядоченность на жизнь, полную обмана и подозрений.
– Я поручаю полиции Миннеаполиса взять Габриэллу под стражу и предъявить ей обвинения в непредумышленном убийстве, мошенничестве и вымогательстве. У нас ведь достаточно доказательств в деле? Признания в непредумышленном убийстве у меня пока нет, но думаю, мы его получим.
– Да, – согласился Джордж, прикидывая варианты. – Во всяком случае, по показаниям с чужих слов точно. Мне понадобится день…
У него закружилась голова. Нужно было, чтобы дала официальные показания Сара. А еще ему придется поговорить с ее соседкой, той, что видела проникновение со взломом, а затем и с Младшей Сарой.
– Этого достаточно, чтобы ее задержать, – уверенно сказала Вэнс. – Я позвоню остальным – Кэтрин Андерсон и Грейс Смит – и попрошу их подтвердить личность по фотографии. Доказательств хватит.
Джордж знал, что хватит. Если бы им не нужен был безупречный материал для федерального прокурора, этого уже давно бы хватило.
– Я вернусь не позднее завтрашнего дня, – заверил Джордж, – заберу Сару и привезу в полицию. Ее показания тоже понадобятся.
Джордж положил руку на влажный лоб и закрыл глаза. Он сомневался, что способен о чем-то просить Сару, и ему очень, очень не хотелось говорить начальнице, что это потому, что он случайно начал влюбляться в нее. Однако Вэнс мгновенно уловила его нерешительность.
– Что происходит с твоим информатором, Найтингейл? – Он услышал, как у Вэнс звонит телефон. Джордж представил ее в полицейском участке, представил волнение всей оперативной группы из-за ареста.
Попытаться скрыть правду о Саре? Только вот Вэнс умнее его и опытнее. Она сама обо всем догадается. И тогда сошлет его в Юму. А еще начальница ему нравилась.
– Я все испортил, – признался он.
– Черт, – сказала Вэнс по-прежнему спокойно. – Насколько сильно?
Джордж подумал о волосах Сары, рассыпанных по подушке в домике помощника директора, о том, какой была ее талия, когда он проводил по ней кусочком мыла.
– Боюсь, она начала в меня влюбляться.
– О, ради всего святого! И ты притворился, что сам в нее влюблен? Перешли от совместных пробежек к…
– Я взял ее с собой в лагерь, – выпалил Джордж, поморщившись. Он сел на один из металлических стульев на веранде и уперся локтем в колено. – И мы поссорились.
Он зажмурился.
– Боже мой, Найтингейл! Я тебе что, школьный психолог?
– Мне так…
– Хватит оправданий! – одернула его Вэнс. – Просто все исправь. Потом решу, что записать в твое дело.
Джордж не хотел представлять себе, что она может вписать в досье. Информация о Генри и так казалась достаточно тяжелой. Что там будет? «Плохое обращение с конфиденциальным источником»? Такое нелегко исправить.
– Увидимся завтра, – бесстрастно подытожила Вэнс. – Звони, если произойдет чрезвычайная ситуация.
Она кашлянула:
– Еще одна, я имею в виду.
Оба сбросили вызов, но Джордж еще подержал телефон у уха, собираясь с мыслями. Он не привык совершать крупные ошибки. Арест Габриэллы, ситуация с Сарой… Он даже не знал, как оценить, насколько все стало серьезнее. Не говоря уже о его несанкционированных вопросах о Генри О’Ниле и объявившемся детективе, которую распяли в прессе за нераскрытое дело.
Джордж вновь посмотрел на убитого горем отца, и что-то в позе Эндрю у столика, в том, как он бормотал себе под нос, напомнило Джорджу о юниорской сборной по бейсболу. Это воспоминание он много лет прокручивал в голове.
Сильвия была тренером их команды в третьем классе. Генри делал бросок с шорт-стопа на первую базу[186]. Вышло даже более уныло, чем переваренная лапша. Эндрю расхаживал вдоль боковой линии, бормоча себе под нос, точно так же как сейчас. После одной особенно насыщенной ошибками игры вся команда пошла в бургерную. Все, кроме Генри. На следующий день друг рассказал Джорджу, что сразу отправился домой делать отжимания и тренировать броски с отцом.
Джордж сунул телефон в карман и подошел к Эндрю.
– Извините, мистер О’Нил.
Кулаки мужчины были сжаты и упирались в бедра.
– В бюро всегда происходит что-то более важное, да?
Джордж отвел плечи назад. Он умел работать с людьми.
– Не более важное. Просто всегда кажется, что все наваливается разом. Понимаете?
– А ты здесь, – сказал Эндрю по-прежнему мрачным тоном, – устанавливаешь причалы? Пока там, в городе, куча работы?
Джордж прищурился, пытаясь разглядеть лицо мужчины, но Эндрю держал подбородок опущенным.
– Устанавливаю причалы, – подтвердил он. – Послушайте, я занимаюсь делом Генри. Уже запросил документы на летних работников. Проверяю алиби. Я не забыл.
Эндрю поднял голову и уставился ему прямо в глаза. Его кожа уже начинала краснеть от злости.
– Я понятия не имел, что это займет так много времени.
– Не могу представить, как вам тяжело. – Джордж повторял эту фразу и раньше, на поминальных службах и на благотворительных забегах.
– Вы были маленькими. – Эндрю посмотрел куда-то за плечо Джорджа, и тот обернулся, проверяя, что случилось. Там стоял Пол, под белым дубом, посаженным второклассником Джорджем и его друзьями. – И я никогда не думал, что это займет так много времени. Я ведь растил его один.
Джордж снова повернулся к нему, отчаянно подыскивая правильные слова.
– Я здесь, мистер О’Нил. – Вот что вырвалось из его рта. – Я занимаюсь этим ради вас с Генри и обещаю, что сделаю все возможное, чтобы поставить точку.
Эндрю положил руку на предплечье Джорджа.