Кровавый сад

Глава 24. Зелье, кровь и молоко

– Н-да, жаль, что полнолуние уже прошло, – пробормотала тетя Валя, размешивая в кастрюле яблочный компот. – Так оно сподручнее было бы. Ну ничего, камушек-то еще у тебя, правильно? Вот он нам и поможет.

Тома наблюдала, как в медовой воде плавали мелкие красные яблоки, кусочки больших зеленых и листья. Казалось, то же самое происходило с вопросами без ответов в ее голове.

– Вы вроде говорили что-то про яблочко на тарелочке, – осторожно начала Тома. – Я думала, это какой-то «яблочный» гаджет. Типа поисковика.

– На что нам эти штуки выпендрежные? – подняла взгляд от варева тетя Валя. – И вообще, пойди лучше Ромку успокой. Трудно ему теперь.

Тамара вздохнула и поплелась обратно в большую комнату. Она, конечно, Роме очень сочувствовала, но совершенно не знала, как его поддержать.

Полицейский сидел за столом и листал ленту в смартфоне, ни на чем не фокусируясь. Просто равнодушно смотрел, как мелькают картинки. Тома молча села рядом. Когда Рома поднял на нее взгляд, попыталась изобразить улыбку. Хотя как можно улыбаться треснувшей статуе.

– Как ты? – выдавила девушка самое осмысленно-дружелюбное, что сумела придумать.

– Сносно, – отозвался Рома, возвращаясь к ленте в смартфоне.

Видимо, кто-то ему рассказал о том, что случилось в парке. Только вот кто и зачем? Впрочем, какая разница.

Надо бы спросить еще что-то, да идей совсем не было.

– Я теперь слышу голоса, – вдруг сказал Рома, глядя куда-то в пространство. – Деревья, оказывается, тоже разговаривают между собой. И земля разговаривает. И все, кто в ней.

Тома подумала, что от такой разноголосицы в голове и свихнуться недолго.

– Думаешь, у меня крыша поехала? – мрачно спросил Рома, посмотрев наконец на Тому.

– Я раздваиваюсь в полнолуние, – сухо ответила Тома. – И иногда выхожу из тела и гуляю по зазеркальям. Как по-твоему, я тоже сумасшедшая?

– Иногда мне кажется, что мы все здесь уже того. – И Рома покрутил рукой у виска.

Господи, как его жаль. Хороший парень, добрый, ответственный. Сколько раз выручал Тому, когда ей грозила опасность. А теперь сидит, как унылый столетний дед, и таращится в пустоту.

Рома поднял взгляд, и их глаза встретились: внезапно мир сузился до острой точки соприкосновения. Взгляд Тамары задержался на его бледных сухих губах – всего на секунду, но этого мгновения хватило, чтобы воздух между ними будто загустел и накалился.

Тома коротко вздохнула, грудь словно стянуло тугой петлей. В висках пульсировало, а по телу пробежала дрожь, но не от жара, а от страха перед «слишком серьезно».

Он снова поймал ее взгляд – она явно разглядывала его дольше, чем того позволяли правила приличия и их недавние приключения в саду Кровавой барыни. Время будто растянулось тягучей смолой, напряжение повисло в воздухе, как статический заряд.

Когда Рома тронул ее запястье, ладонь будто током ударило, обжигающее прикосновение отдалось по всему телу. Его рука дрогнула, потянувшись к ее плечу, но замерла в сантиметре. Тома ответила молча – легко провела кончиками пальцев по его щеке. Она глубоко вздохнула, пытаясь скрыть панику: а если все разрушится в этот миг? Но потом закрыла глаза и сделала шаг вперед.

А через мгновение очнулась от ехидного голоса Вальпургии Карловны:

– Ну да, определенно прекрасное время, чтобы пообжиматься. Не смущайтесь и не обращайте на меня внимания, я тут рядом посижу.

Тома отстранилась от парня, с которым, оказывается, слилась в долгом поцелуе. Надо же, на вкус это было как спелые медовые яблоки с отголоском заплесневелого подвала. Рома отвернулся, на его шее проступили багровые пятна.

– Ладно, чего застеснялись, – невозмутимо продолжала тетя Валя, поставив на стол большую кастрюлю, от которой шел густой сладкий пар, тоже с нотками тлена. – Дело молодое, неужели я не понимаю.

Тома прочистила горло и спросила, кивнув на кастрюлю:

– Что это у вас?

– Зелье, – просто ответила тетя Валя, как будто речь шла о чем-то обыденном, вроде чая на молоке. – Яблоки освященные, яблоки из сада Гориной, освященный мед, кровавые росы. Мертвая вода, святая вода. Немножко корицы для аромата.

Тетя Валя сняла прихватки, которыми держала кастрюлю, и снова ушла на кухню.

– Разве можно все это соединять? – спросила Тамара, опасливо заглядывая в кастрюлю. На вид зелье походило на самый обычный яблочный компот с медом.

– Думаешь, корица была лишней? – спросила тетя Валя, вернувшись с кухни с тремя высокими хрустальными бокалами.

– Я имею в виду – святая вода, проклятые яблоки… Мертвая вода… – Тома наблюдала, как бабуля разливает по хрустальным бокалам напиток. – Кстати, что за мертвая вода?

– С похорон. Мы всегда запасаемся. – Вальпургия Карловна деловито суетилась у серванта. – А что святая добавлена – так по-другому не выйдет. Попьешь одной мертвой водички и назад потом не вернешься, так и будешь болтаться ни там, ни здесь.

– Как Дора Горина? – слабо спросила Тома, отчаянно надеясь, что ей не придется пробовать это варево.

– С ней все совсем плохо. – Вальпургия Карловна поставила на стол расписной металлический поднос, переместила туда все три бокала и взглядом указала Томе на них.

Девушка осторожно подняла тяжелый поднос и вопросительно посмотрела на хозяйку. Та задумчиво пошевелила пальцами, будто листая страницы, потом кивнула:

– В ванную.

– Куда? – оторопело переспросила Тома.

– Ты что, успела яблок из компота в уши напихать? Иди давай. – И тетя Валя принялась оттеснять Тому из комнаты. – В спальне есть большое зеркало, но лучше в ванной все провернуть. Ванная – она же вроде бани, а раньше именно там обряды проводили.

Тома, ничего не понимая, мелкими шажками дошла до ванной, думая лишь о том, как не уронить поднос. Кто-то включил свет, Тома осторожно перешагнула порог и осмотрелась. Поставить поднос было некуда – все горизонтальные поверхности заполняли разномастные баночки, бутылочки и тюбики. Ну прямо как у Тамары!

Тетя Валя зашла следом и сразу сняла с подноса два бокала. Один протянула Роме, на третий кивнула Томе.

Тома послушно взяла бокал, передав бабуле поднос. Рома смотрел на свою порцию мрачно, даже как-то обреченно. Тома подумала, что ему, наверное, не стоит во всем этом участвовать, но говорить об этом вслух побоялась.

– Что, страшно? – пришла на помощь тетя Валя, легонько пихнув Рому в бок. Он в ответ лишь поморщился. – Ладно, не дрейфь. Когда еще окажешься в ванной сразу с двумя такими красотками, а?