Страница 11 из 80
– Ты что, Влада не знаешь? – вздохнула Тома, массируя виски.
– Ну да, джентльмен до мозга костей, – сухо ответила Изи.
– Слушай, мне нужно отпроситься, узнать, как там Ульянка. – Тома открыла глаза и взяла свой рюкзак.
– Так это Ульяна, – протянула Изи. – А я думаю, где я ее видела. Ладно, пошли. Может, Яра уже приехала.
Подруги вышли на главную аллею и бодро направились к центральной площади парка. Судя по доносившимся оттуда женским воплям, Яра была на месте. Оказалось, прибыли рабочие с бензопилами, чтобы начать «санитарную вырубку». А местные за ночь мало того что успели все ленты снять, так теперь встали стеной, перекрыв рабочим проход к зеленой зоне.
Сами новоприбывшие не возражали, собрались у скамейки и вовсю дымили сигаретами. Яра возмущалась, тыкая местным в лица ногтями, рядом топтался участковый. Найденный утром грязный, покореженный самокат так и стоял у доски объявлений.
– Кажется, не лучшее время для разговора, – пробормотала Тома, глядя, как Яра мечется у шеренги местных, взявшихся за руки. Поодаль несколько человек вроде начали устанавливать туристические палатки.
– Если ты просто по-тихому смоешься, никто не заметит, – тихо проговорила Изи. – Я бы так и сделала.
Но Тома не Изи. Она не может уйти без спроса.
Участковому на помощь прибыли еще несколько полицейских, они вяло уговаривали местных перестать бузить и дать благоустроителям нормально поработать. Появился какой-то чиновник в аккуратном костюме. Яра тут же натянула деловую маску и направилась к нему что-то объяснять, размахивая руками.
Изи протяжно фыркнула, как лошадь, и уселась на скамейку под навесом. Тамара притулилась на краешке и набрала номер мамы.
– Два шва наложили, – резко произнесла мама после приветствия. – Как она теперь в школу моделей пойдет!
– Да ладно, заживет, – легкомысленно брякнула Тома, но тут же осознала промах и быстро добавила: – Швы снимут, а шрамы можно отшлифовать, так что и следа не останется. Главное, чтобы врачи разрешили на море поехать. У нее же нет сотрясения?
– Нет, – после небольшой паузы ответила мама. – Так что поедем.
– Заявление писать будете?
– Ну конечно! И не только мы, так что эта девчонка не отвертится!
Тома попрощалась с мамой и позвонила Ульянке. Та на вызов не ответила, зато прислала восемь фотографий небольших швов у брови. Тамара ответила плачущим смайликом.
Дело принимало скверный оборот, причем главным образом для Томы, как бы странно это ни было. Ей ведь теперь придется маневрировать между Владом и его сочувствием к Аде и собственной сестрой, которая конкретно в этой ситуации не только права, но еще и пострадавшая сторона. Да уж, никому не пожелаешь попасть в такой переплет.
И тут проблемы начали множиться на глазах. Изи толкнула Тамару в бок локтем и кивнула на двух полицейских, заинтересовавшихся ржавым самокатом, оставленным у доски объявлений. Они осматривали агрегат, что-то искали в телефонах и папках, потом стали куда-то звонить.
– Ой, я, кажется, забыла лейку у танцплощадки, – воскликнула Изи, вскочила и бросилась прочь от скандала с местными и представителей власти, снимающих покореженный самокат на телефоны.
– Я с тобой, – буркнула Тома и тоже поднялась на ноги, но потом услышала нечто, что заставило ее не просто остановиться, а подойти поближе к местным, которые предъявляли документы полиции.
Знакомая скрюченная старушка как раз четко произнесла свое полное имя, внимательно проследив, чтобы девушка в форме все правильно записала. Потом бабуля повторила:
– Вальпургия Карловна Монастырская. Не Краловна, а Карловна. Мо-на-стыр-ска-я. – Произнеся фамилию по слогам, пожилая женщина вдруг подняла взгляд и посмотрела прямо на Тому.
Тамара секунду смотрела в сине-зеленые глаза старушки, потом развернулась и побежала за Изи. Фамилию этой бабули Тома слышала всего один раз, много лет назад, и тогда же ей строго-настрого запретили даже шепотом ее произносить.