Страница 6 из 12
Почему жизнь так несправедлива? Почему всё вышло именно так? Родись он в Сацуме – всё было бы иначе. Или родись он чуть раньше. Ещё и эта замужняя вертихвостка! Это она его соблазнила. Если бы только не раскрылось… Простая интрижка – бывшие самураи княжества могли бы и закрыть на это глаза… Такэру день за днём проклинал своё невезение.
Но теперь удача повернулась к нему лицом. Появился шанс всё перевернуть. Ста тысяч хватит, чтобы безбедно жить до конца своих дней.
«Дурачьё».
Такэру оглядел окружающих. С глупыми, пустыми, как у рыбы, глазами. А он не такой. Сто тысяч иен. Если это правда, то так просто их не получить – придётся рисковать. Но Такэру подготовился.
Он кашлянул, сидевшие рядом трое мужчин коротко кивнули. Один из них – Куроки Тасин, его одноклассник из Синтоку-до, – тоже прозябал в безвестности. Оставшиеся двое – братья Омаэ, Дэнъити и Дэндзи, служившие с ним в охране. Такэру показал им «Хококу» и предложил пойти с ним.
Эта забава, про которую говорит Эндзю, звучит так, будто со временем участники начнут заключать союзы. А их уже четверо. Мало кто сразу пришёл группой. Несомненно, это позволит действовать с большим преимуществом.
«Скоро всё изменится».
Такэру фыркнул и подал знак глазами. Им только что раздали номера. У Омаэ Дэнъити – двести двадцатый, у него самого – двести двадцать первый, у Омаэ Дэндзи – двести двадцать третий, у Куроки Тасина – двести двадцать четвёртый.
Двести двадцать второй достался какому-то наглецу, вклинившемуся между ними. Тот, видимо, не понимал, что перед ним враги, и стоял с отсутствующим видом. Такэру намекал: этого убрать первым.
Наглец был ещё молод. Во время войны Босин он, должно быть, был ещё ребёнком. А судя по гладкому, без единого шрама лицу, в настоящем бою ни разу не участвовал. Наверняка пару раз в додзё сходил и возомнил о себе невесть что. И почему он так спокоен? От страха, что ли, оцепенел? И глаза такие пустые, словно у куклы.
– Ну, начнём. Ждём вас в Токио… нет, в Эдо, который исчез в тот день! – объявил Эндзю, подняв обе руки.
– Давай! – тут же приказал Такэру и сам обнажил меч. Но вдруг застыл, издав нелепый звук. – Чё?
Он не успевал понять, что происходит. Отрубленные головы Дэнъити и Дэндзи покатились по земле, столкнулись и замерли – брат напротив брата. Куроки, потянувшийся к мечу, тут же лишился руки, и, прежде чем успел закричать, его череп разлетелся на куски, будто переспелый гранат.
– Э… э… э… Что за…
Такэру не мог больше произнести ни слова. На миг ему показалось, что мир исказился, а в следующее мгновение он увидел перед собой землю. Он лихорадочно завращал глазами, пытаясь ухватить происходящее. Увидел знакомые до боли собственные ноги.
Он всегда это знал. Знал, что почивал на таланте, в то время как Дзютаро упорно трудился. В этом и была разница. Он собирался всё исправить. Должен был… но…
– Я возьму?
Ледяной голос, красивая рука, подобравшая его жетон. И тьма.
На ежедневном полуденном совещании Кавадзи Тосиёси с порога заявил:
– Завтра.
По залу разнеслись вздохи восхищения. Сакакибара из «Мицубиси», Моросава из «Сумитомо», Дзинбо из «Мицуи» и Тикаяма из «Ясуды» – все они подающие надежды наследники своих кланов. Кодоку финансируется из средств их дзайбацу, но только так, что главы семейств остаются в неведении, чтобы в случае провала тень не пала на них. Иными словами, всю ответственность берут на себя эти молодые люди. Если что-то пойдёт не так, они не просто вылетят со своих мест – без преувеличения, под ударом окажутся их головы.
Но если замысел увенчается успехом, не только им, но и потомкам обеспечены места в дзайбацу. Есть среди них и те, кто, поставив всё на кон, мечтает прибрать клан к рукам. При столь высокой ставке их самоотверженность неудивительна.
– Остаётся ещё Маэдзима, – вздохнул Тикаяма. – Что-нибудь о нём известно?
– Мы точно знаем, что он покинул Хамамацу. Дальше его след потерян, – ответил Хирагиси, старший секретарь, вероятно заметив, как Кавадзи скривился.
Они планировали перебить всех разом в почтовом отделении Хамамацу. Но в этот раз противники оказались умнее. Не стоило их недооценивать.
На дело послали военных и отряд офицеров, вооружённых мечами. В их числе были Госэн Юма и Адзума Рокуити, больше известные как Хокусо и Утэна, – искусные фехтовальщики, не раз занимавшие высокие места в турнирах по кэндо. К тому же удалось подкупить того самого Кандзию Букоцу, потому никто и не сомневался: с ним перебьют всех.
Только вот в действительности всё вышло иначе. И военные, и полиция понесли огромные потери убитыми, а этот ублюдок Маэдзима со своими приспешниками ускользнул. А Адзума и Госэн… Выжившие говорили, что противник их зарубил без всяких усилий.
Букоцу тоже пропал без вести. На пепелище в Хамамацу его тела не нашли, похоже, успел сбежать. Такого головореза легко не испугать: наверняка сейчас зализывает раны и наслаждается кодоку.
– Если бы не Окубо, этот Маэдзима так и остался бы пустым местом.
Он всего лишь мелкая сошка. Никто не поверит ему, подумают – спятил после смерти Окубо, помешался на заговорах. Да даже сам Кавадзи, будучи в деле, не может отделаться от мысли, что кодоку – не более чем абсурдный вымысел.
– Ну, основные трудности мы преодолели, вот-вот проявится истинная суть кодоку, – весело выпалил Сакакибара, весь горя от нетерпения.
Должно быть, Маэдзима думает, что кодоку устроили, чтобы разом расправиться со всеми недовольными самураями, особенно наёмниками. В каком-то смысле это было правдой. Но для этого достаточно было обманом мобилизовать военных и расстрелять весь этот сброд там, в Тэнрю-дзи.
Истинная цель кодоку была в другом.
– Остались самые достойные. Не желаете взглянуть? – спросил Хирагиси.
Наследники дзайбацу кивнули одновременно. И четыре ухмылки – сардонические, чудовищные – расползлись по их лицам. Удивительно, как, при всей несхожести происхождения, возраста и нрава, одержимость общей целью делает их пугающе похожими.
– Осталось двадцать три человека, включая тех, кто примкнул к Маэдзиме, и пропавшего Кандзию Букоцу. Вот список.
Хирагиси обошёл всех четверых, вручая каждому список выживших. Те тут же впились в него глазами.
Номер 1 – Дзикумару Судзусукэ
Номер 7 – Адасино Сикура
Номер 11 – Икари Такэтора
Номер 24 – Накагири Ёма
Номер 48 – Ходзоин Эисюн
Номер 66 – Кандзия Букоцу
Номер 84 – Гома Гэндзи
Номер 92 – Гилберт Капелл Колеман
Номер 99 – Цугэ Кёдзин
Номер 108 – Сага Сюдзиро
Номер 111 – Акицу Каэдэ
Номер 120 – Кацуки Футаба