Страница 5 из 12
Вероятность столкнуться с противником снизится, если держаться в стороне от Токайдо. К тому же время на такой путь сейчас есть.
– Может, заодно и Дзинроку найдём?
– На это и расчёт.
О судьбе их последнего брата, участвующего в кодоку, Кэагэ Дзинроку, до сих пор ничего не известно. Но если бы удалось встретить его и объединиться – лучшего союзника и пожелать нельзя.
– А это не рискованно? – вмешался в разговор Синдзиро.
Действовать в одиночку в самом деле опасно. К тому же, хоть Синдзиро и раздобыл револьвер, из троих опытным воином была только Ироха.
– Что думаешь? – Сюдзиро обратился к сестре.
– Не лучший вариант, но… – вздохнула она.
Ироха понимала, с такими спутниками, как Футаба и Синдзиро, любое внезапное нападение застанет их врасплох. Но, пока есть Рокудзон, его можно избежать.
– Позаботься об этих двоих.
– Во сколько? – коротко спросила Ироха, не отвечая на слова Сюдзиро.
– Я войду в Симаду к четырём часам дня. Если не успею, значит, так тому и быть.
«Считайте, я мёртв», – читалось между строк.
– Хорошо.
Сюдзиро удивился, как легко согласилась Ироха. Он полагал, что сестра будет возражать против того, чтобы защищать Футабу и Синдзиро. Вероятно, она всем сердцем желала избежать резни в Симаде.
– До встречи.
Футаба обеспокоенно оглядывалась снова и снова. Сюдзиро улыбнулся и помахал ей.
Канмэра Такэру нервно улыбался, глядя в пол. То, что рассказал мужчина, представившийся Эндзю, звучало как небылица, и все присутствующие явно колебались. Однако Такэру предвидел и такое развитие событий.
Примерно два месяца назад, в начале марта, в своём родном Оби он впервые увидел газету «Хококу». Сначала он подумал, что это чья-то глупая шутка. Только вот бумага была слишком добротной, а типографская краска хорошо держалась. И, самое главное, в обращении находилось довольно много экземпляров. Вряд ли кто-либо стал бы так заморачиваться ради шутки.
Затем Такэру пришла в голову другая мысль: кто-то собирает самураев для бунта. В прошлом году, во время Сацумского восстания, в префектуре Миядзаки действовал отряд Оби-тай – восемьсот бывших самураев княжества Оби, что поднялись вместе с Сайго Такамори и сражались до самого конца. Теперь, похоже, история повторялась. Только вот нужно быть полным глупцом, чтобы так явно замышлять мятеж.
А может, в этом есть какой-то смысл.
Его терзали сомнения. Но сумма в сто тысяч иен стоила того, чтобы рискнуть. Этого бы хватило, чтобы вернуть былую жизнь.
Такэру был наследником дома Канмэра и родился в первый год Ансэй[5]. Их род вот уже несколько поколений служил умамавари[6] и получал жалование в сто коку[7] риса. В княжестве Оби, чей доход исчислялся пятьюдесятью одной тысячей коку[8], это был несомненный признак принадлежности к высшей самурайской знати.
В Синтоку-до, школе княжества Оби, преподавали и военные, и гражданские науки. Такэру начал ходить туда с семи лет и мгновенно проявил себя. По округе быстро разнеслись слухи: наследника рода Канмэра боги наградили редчайшим умом.
Сам Такэру не был против и, конечно, гордился тем, что верховодит сверстниками. Только длилось это недолго. Спустя всего три года в Синтоку-до появился тот, кто превзошёл его в учёбе.
Звали его Дзютаро. Он был старшим сыном в семье мелкого самурая Комура, получавшего всего восемнадцать коку[9], и поступил через год после Такэру. Поначалу учёба тяжело давалась Дзютаро, и Такэру не обращал на него внимания. Однако за два года тот неизвестно как не только нагнал, но и далеко перегнал его.
Такэру стал ещё усерднее заниматься науками, но вот незадача – разрыв между мальчишками только увеличивался. Дзютаро нёсся вперёд без остановки. Его досрочно освободили от платы за учёбу – честь, которой удостаивались лишь лучшие ученики, – а затем позволили жить в общем доме. Даже Огура Сёхэй[10] – гордость учёного мира княжества Оби – не сомневался: имя Дзютаро прогремит на всю страну.
Что же до Такэру, за глаза его начали обсуждать: мол, блеснул, а нашёлся кто лучше – сразу сдулся. Но он не отчаивался и начал оттачивать мастерство в фехтовании, убеждая себя, что в такое неспокойное время меч куда важнее, чем науки.
В додзё ему не было равных. Дзютаро и рядом не стоял – Такэру побеждал его легко, раз за разом. Но тот не унимался: снова лез в бой, снова терпел поражение. Такэру злило это тупое упрямство, и он избивал Дзютаро до синяков.
Вскоре началась война Босин. Оби граничило с могущественным княжеством Сацума и не могло не последовать за ним. Такэру тогда было пятнадцать лет. Он выступил в поход, но Оби поручили лишь поддержку с тыла, так что применить отточенное мастерство так и не представилось возможности.
В четвёртый год Мэйдзи[11] княжества были упразднены, и Оби стало префектурой. Чуть позже, в том же году, его поглотила префектура Миякодзё, которая в шестом году Мэйдзи[12] и объединилась с Мимицу, образовав Миядзаки. Через три года её включили в состав Кагосимы. Оби окончательно растворилось в Сацуме.
Поэтому Такэру принял участие и в Сацумском восстании в десятый год Мэйдзи[13]. Отряд бывших воинов из княжества Оби возглавил Огура Сёхэй, тот самый, что восхвалял Дзютаро. Он отважно сражался, но в конце концов погиб, совершив сэппуку.
Эпоха Мэйдзи меняла страну с чудовищной скоростью. Как обстояли дела у Такэру? Если вкратце – никак. Всё стало только хуже. Когда в префектуре Оби начали набирать чиновников из бывших самураев, его не взяли – некстати всплыла история, как он приударил за чужой женой. Была расторгнута и помолвка с дочерью старшего вассала, чей доход исчислялся тремястами коку[14]. Родители отреклись от него, наследство перешло к младшему брату.
Семья откупилась от Такэру, лишь бы быстрее от него избавиться. Денег хватило, чтобы начать торговое дело, которое вскоре прогорело. Оставался только меч – им он и кормился, подряжаясь то в охранники, то в вышибалы. Ниже падать было некуда.
А что же случилось с этим выскочкой Дзютаро? В третий год Мэйдзи его талант оценили по достоинству, и он уехал в столицу. Поступил в Университет Нанко, ныне Токийский, окончил его с отличием, а теперь учится в Гарварде, в Америке. По слухам, после возвращения он получит высокий пост в правительстве. Люди не устают прославлять его – настоящая гордость Оби.
– Всё должно было быть не так… – не раз сокрушался Такэру.