Путь Скорпиона

12

Лицо Серого Лиса не дрогнуло, когда последняя стрела без плеска ушла под воду и силуэт лодки начал таять в искрящихся бликах воды. Его голос звучал ровно, отдавая новые распоряжения команде, – ни разочарования, ни злости, только холодная решимость профессионала:

— Я возвращаюсь за четырьмя братьями в Слепую Лощину. Оттуда мы с ними сразу двинемся по правому берегу до ближайшей переправы или брода. Вы отправитесь по левому берегу и, скорее всего, опередите нас. Прибудете раньше – постарайтесь задержать беглецов. Когда я с братьями подоспею, мы вместе возьмём их в клещи.

— Мы справимся и сами, – сказал Зверёныш. Он улыбался так широко, что напоминал череп скелета. – Я зацепил его. Возможно, даже прихлопнул. Я знаю!

— Хвалю, – кивнул Соли. – Я в тебе не ошибся, юноша.

— А ты говорила, что эта игрушка мне не пригодится! – показал свой арбалет сестре Руп. – Да я, оказывается, могу стрелять лучше тебя, сестрёнка!

— Тебе повезло, – скривилась Хелька.

— Нужно ехать, – угрюмо пробасил Ниметон. – И смотрите вы оба, чтобы я вас не слышал.

Они вернулись к коням, запрыгнули в сёдла.

Хелька коротко обернулась, бросила тоскливый взгляд в сторону командира. Серый Лис заметил это, сказал негромко, только ей:

— Следи за своим братом, Хелька. Не дай ему повредить артефакт.

Она кивнула с усердием пятилетней девочки.

— Ритори Соли?

— Да.

— Будьте осторожны. Мне не нравится этот туман.

Он вяло кивнул, пришпорил коня и пустил того по лесной дороге галопом.

Соли быстро взобрался на холм, коротко окинул взглядом верхушки елей, торчащих из тумана, прислушался и без промедления направился вниз, в лощину.

Зеленоватый туман, который клубился внизу, казался плотным и непроницаемым, как мягкая стена. Воздух перед этой стеной был кристально чист – ни дымки, ни плавного перехода – чёткая граница.

Серому Лису захотелось остановиться и потрогать зелёное облако рукой, но времени на это не было. Соли невольно задержал дыхание и без колебаний въехал в густую пелену.

Звуки разом стихли. Над головой повис белый размытый круг полуденного солнца. Он видел примерно на пять шагов перед собой, но этого было достаточно, чтобы не сбиться с дороги.

Конь Соли остановился и хрипло заржал, косясь по сторонам. Командир не обратил на это никакого внимания и заставил его идти дальше.

В ноздри ему ударил странный пряный запах, похожий одновременно на запах скошенной травы, перепрелой листвы и сырой земли.

— Запах только что выкопанной могилы, – прошептал Соли и удивился тому, что сказал это вслух.

Несмотря на то что он спускался всё ниже, становилось всё жарче. Спина мокла под стёганой курткой и тяжёлой кольчугой. Душный и влажный воздух наполнял грудь, и им никак было не надышаться.

Соли переносил эти лишения стойко. Многочисленные походы закалили его, и он давно научился не обращать внимания на немощи плоти. Странный микроклимат лощины напомнил ему леса жаркой Эпитопии, которые военные экспедиции Тауруса когда-то пытались исследовать. Тогда он был ещё юным офицером и не знал, что его отправили на корм пиявкам, москитам и другим голодным тварям Новой Земли.

В полной тишине впервые раздались звуки – низкое, недовольное жужжание роя.

Что-то тёмное и острое выступило из тумана. Серый Лис сощурился и разглядел борт телеги, сломанное колесо. Старая кобыла, впряжённая в телегу, опустив голову, жевала траву. Заслышав всадника, она лениво повернулась и продолжила своё занятие.

Хвост кобылы активно работал, отгоняя сотни кровососущих насекомых. Это были то ли оводы, то ли слепни – такие большие и жирные, что Соли поморщился.

С десяток крылатых тварей село ему на кольчугу, нетерпеливо перебирая лапками и ища незащищённую кожу. Несколько особенно злобных бестий с размаху врезались в отполированные пластины на его бригантине и разбились насмерть.

Но если командира они почти не беспокоили, то коня явно начинали донимать – тот начал хрипеть и дёргаться, укусы причиняли ему нешуточную боль.

Соли поехал быстрее. Облако жужжащих тварей увязалось вслед за ним.

— Где эти болваны? – спросил он себя и нехотя крикнул: – Эту! Пеукало! Вы здесь? Пора возвращаться! Отбой!

Никто ему не ответил. Что-то острое и беспощадное, как винт, впилось ему в щёку, въелось так, что из глаз брызнули слёзы. Серый Лис шлёпнул себя по лицу. Под его ладонью хрустнул хитиновый панцирь, прозрачные перепонки крыльев. Он отнял руку от лица и увидел, что его пальцы все в крови.

— Дрянь..

Он пришпорил коня, и тот перешёл на рысь. Туман расступался неохотно и неприветливо, за спиной жужжал надоедливый рой.

«Откуда здесь вообще слепни ранней весной?» – успел подумать Соли, прежде чем его холодный, знающий ответы на все вопросы гессианский ум не извлёк нужный: всё правильно, в Слепой Лощине свой микроклимат. Здесь жарко, и они проснулись раньше времени.

Размышляя об этом, он едва не вылетел из седла, когда его конь резко остановился.

От досады Соли вонзил шпоры в бока несчастного скакуна, но тот застыл как глыба, будто и не чувствовал боли. Серый Лис спрыгнул вниз – под ногами хрустнули камешки.

Командир посмотрел под ноги и в страхе попятился: прямо перед ним темнела глубокая пропасть. Чёрный уродливый разлом, как трещина на коже великана, звал в свои недра, умолял его сделать ещё один шаг. И другой её край был скрыт от него туманом.

Серый Лис беспомощно огляделся.

«Теперь, – внезапно осознал он, – нужно, не торопясь, вернуться назад. И не сбиться. Главное – не сбиться с пути».

И тут ему показалось, что в отдалении он слышит голоса.

Рой слепней и оводов вернулся и напал на двух тёплых, пахнущих кровью существ на краю обрыва.

Соли рванул коня за узду и развернул его.

— Эту! Кески! – гневно выкрикнул он имена близнецов. – Пеукало, Пинку! Команда: отбой!

Из тумана послышались шаги. Быстрая поступь четырёх лап. Соли положил руку на посеребрённую рукоять сабли. Из тумана выскочил звериный силуэт. У него не было одного уха, и командир узнал гончего пса из Пеньков. С невидящими глазами, вывалившимся языком и поджатым хвостом, пёс понуро семенил вдоль обрыва. Заметив Соли, он шарахнулся в сторону и исчез в тумане.

Беспощадный рой жужжал и жалил, жалил и жужжал. Соли ничего не осталось, как обмотать лицо платком, а на голову надеть капюшон из кольчуги. Он запрыгнул обратно в седло.