Путь Скорпиона

Ахти взглянул на Чемпиона и вскрикнул от неожиданности. Гаспар скинул свой шерстяной плащ и остался в выцветшем кожаном камзоле без рукавов: его правая рука, покрытая синяками и царапинами, держала кинжал, левая – сжимала шею корчившегося в агонии шкуродёра.

Только никакая это была не рука – зазубренная клешня, чёрная и блестящая как уголь. Скорпион – это не просто прозвище..

Клешня щёлкнула.

Тело чудовища рухнуло на пол, по доскам покатилась обмотанная бинтом голова.

Ахти почувствовал приступ подступающей тошноты.

— Эй, парень! – крикнул ему Тойво. – Иди помоги мне зарядить арбалет!

На миг глаза мальчика встретились с глазами Гаспара – в них не было ни ярости, ни азарта, ни тем более стеснения, только немой вопрос: и что тебя удивляет?

Но Скорпион недолго играл в гляделки: нужно было добить шкуродёра, раненного в бок. Тот, словно не замечая раны, полз по направлению к свёртку, оставляя на полу бурый влажный след.

— Оставь! – приказала Кукушка, которая оказалась гораздо ближе к чудовищу, чем остальные. В её руке дрожала догоравшая головня.

— Брось это, – посоветовал Гаспар. – Послушай хозяина, не то спалишь трактир и нас вместе с ним.

— Так и до́лжно, – улыбнулась старуха беззубым ртом. – До́лжно, чтобы старое сгорело! Только огонь вас сплотит!

С этими словами она сунула головню в густую шерсть на спине шкуродёра.

Того, что случилось дальше, не ожидал никто.

Жёсткая щетина вспыхнула, рассыпая вокруг снопы искр. Чудище завертелось как волчок, в исступлении бросилось к закрытому окну и, не понимая, что творит, врезалось в ставни головой. Шерсть на его спине погасла так же быстро, как и вспыхнула, затлела – комната быстро наполнилась едким серым дымом.

Старуха Ку-Ку обернулась. Её рука поднималась всё выше к потолку – туда, где сохли развешанные пучками лечебные травы.

— Нет! – крикнул Ахти. – Не надо!

— Так до́лжно! До́лжно! – крикнула она, размахивая головнёй.

— Зачем? – взревел Гаспар.

Сухие стебли занялись. Огонь начал расползаться по потолку, шипеть.

— Акрабуамелу! – закричала старуха не своим голосом. – Я к тебе обращаюсь, человек-скорпион! Живи и здравствуй, герой Тауруса! Все будут плевать тебе вслед, и собаки будут грызть твои кости, а ты иди и танцуй посреди пустыни..

Облако серого дыма на мгновение скрыло фигуру Гаспара, скрыло от глаз Ахти всё вокруг. Он раскашлялся, вытер слезившиеся глаза и понял, что всё ещё держит в руке тлеющую головню. Отшвырнул её прочь: всё равно трактир уже горел!

— Ахти! Песчинка, которая должна стать жемчугом! Мальчик, поцелованный огнём! – слышался из глубины задымлённой хижины голос Кукушки-ведуньи. – Слушай меня! Начинается твой путь Ахти-всадник, Ахти-завоеватель! Где бы ты ни оказался, знай: там начнётся пожар.

Мальчик шагнул вперёд, чтобы получше расслышать пророчество, но чья-то рука схватила его за ворот.

— Нужно уходить! – заорал на ухо Тойво. – Идём через чёрный ход! Иначе задохнёмся.

Он так и не зарядил самострел – сидел на одном колене, уперев колодку в пол и сжимая рукоять для натягивания тетивы.

Ахти попытался помочь, и они вместе с большим трудом зарядили дротик.

Старуха кричала ещё что-то, но мальчик лишь смутно разобрал имя трактирщика. Похоже, старуха предсказывала будущее и ему. Дышать с каждой минутой становилось тяжелее.

Они двинулись к задней двери на ощупь, роняя склянки и тыковки, хранящиеся за стойкой.

Вдруг облако дыма на несколько мгновений рассеялось, и Ахти увидел то, от чего его сердце ухнуло и упало куда-то вниз.

Шкуродёр, который лежал у окна, шевельнулся, издал высокий протяжный стон, и его рука, такая же умелая и проворная, как у человека, поползла к щеколде.

— Остановите его! – крикнул Ахти, и этот крик разом скинул с него оцепенение. – Сейчас он впустит остальных..

Ставни, в которые ломились снаружи, с визгом распахнулись. Дым начало вытягивать на улицу, словно к окну припал губами великан и его огромный рот всасывал в себя воздух. Там, в темноте, копошились голые и волосатые руки.

Пламя дёрнулось, стихло, словно готовилось к прыжку, и тут же в танце понеслось по комнате, пожирая всё на своём пути. Ахти успел разглядеть огненный столб на том месте, где стояла старуха.

За спиной коротко вскрикнул Тойво. Мальчик обернулся и увидел, как из коридора, ведущего к запасному выходу, ползут чёрные твари. Хозяин «Мамочкиного приюта» выстрелил не целясь – промахнулся. Прежде чем мерзкие лапы-руки схватили его за волосы, Тойво обернулся и одними губами прошептал: «Беги!»

Ахти рванул к открытому окну, зажмурился от жара, дохнувшего в лицо откуда-то слева. Когда открыл глаза, понял – это конец.

Уродливые фигуры лезли в окно, царапались, толкались, мешали друг другу.

Время замедлилось, как смола, капавшая с потолка, – стало тягучим и липким.