Путь Скорпиона

9

Солнце ещё не село, а с востока на древний город Хато поползли тёмные тучи, похожие на те, что сгрудились над «Мамочкиным приютом» в день пожара.

Руины древней столицы погрузились в глубокую тень, огромные камни почернели. Маленький отряд ступал осторожнее, опасаясь трещин, расселин, высоких ступеней и провалов, которые таились на месте бывших колодцев.

Пришёл черёд Ахти нести носилки, и впервые за эти дни он ощутил, как сильно устал. Не только телом, но и душой, ведь каждую минуту пути им угрожала опасность.

Он надеялся, что их отряд выйдет к побережью уже через час. Но Красный город оказался куда шире, чем Ахти ожидал. Его мощённые плитами улицы, которые не смогло уничтожить даже время, тянулись и расходились в стороны, как реки, а рядом с ними, похожие на скалистые острова, поднимались по-прежнему величественные останки башен, мостов и неизвестных пантеонов.

Волхв вёл путников через древний город уверенно, обходя обрушенные виадуки, петляя по каменным лабиринтам и ориентируясь только на ему одному известные знаки.

«Наверное, уже бывал здесь раньше, и не единожды», – думал мальчик, глядя на чуть прихрамывающую фигуру старца.

Скоро, однако, широкие площади и мощные фундаменты уступили место неказистым улочкам с едва сохранившимися стенами обычных домов.

— Район рабов, – коротко объявил Канто.

Остальное Ахти понял сам. Достаточно было несколько раз задеть проржавевшие ошейники и цепи да переступить через черепа и кости, вполне обычные на вид. Нефилимы держали у себя множество рабов. Возможно, привезли кого-то из-за Горького моря или покорили местные дикие племена.

Удивительно, но и в центре города, и на окраинах Ахти не заметил ни истлевших доспехов, ни оружия, – только глиняные черепки и позеленевшие бронзовые кольца в стенах высохших каналов. То ли гиганты были мирными и никогда не воевали, то ли руины за долгие времена тщательно очистили захватчики, искатели сокровищ и мародёры, то ли и впрямь на город наложили заклятие. Как бы там ни было, за одной из рухнувших стен Ахти отчётливо разглядел почерневшее горнило с вывороченными камнями, а в куче мусора – покрытые ржой кузнечные щипцы.

— Есть одна легенда.. – начал Канто, направляясь по узкому коридору, некогда служившему коротким тоннелем. Гаспар резко шикнул и прижал палец к губам. Его взгляд пробежал по выщербленным стенам древнего города.

Он весь напрягся, и это напряжение мгновенно передалось остальным. Тихо и неторопливо он взял из рук волхва багор и крутанул рукой, мол, продолжай говорить.

Канто кашлянул:

— Так вот, есть легенда о происхождении нефилимов..

В три коротких прыжка Чемпион преодолел расстояние, отделявшее группу от проёма в тоннеле, вскинул руку с багром. На полурухнувшей крыше послышался шорох, посыпались мелкие камешки, а потом кто-то взвизгнул. Гаспар поморщился от боли в лопатке, дёрнул багор на себя.

На каменный пол, громко звякнув, упал кинжал. Следом, извиваясь и вереща, шлёпнулась невысокая фигурка. Неудачливый убийца был немногим старше Ахти, но отбивался он ловко, по-кошачьи, словно с детства был обучен драться.

— Скорпион! Урод вонючий! Я тебе достану! Достану!

Гаспар прижал Зверёныша коленом к земле, тот исступлённо рычал, кусался и плевался.

— Угомонись, – холодно ответил Чемпион, помахав ему клешнёй перед носом. – А то укорочу!

— Урод вонючий! Тьфу!

Всё, что выплюнул Руп, по неизменному закону земного притяжения упало ему же на лицо.

— Урод! Урод!

— Я это уже слышал, – сказал Гаспар. – Придумай что получше. От самого озера твердишь одно и то же.

Ахти шагнул ближе и узнал подростка. Именно он стрелял из арбалета там, на берегу.

Когда приступ безудержной ярости Рупа чуть схлынул, Гаспар спросил:

— Ты, часом, не далеко от дома, малыш? А то уже поздно..

Руп отвратительно загоготал, на его губах лопнул пузырь.

— Вы покойники! – Он окинул бешеным взглядом отряд. – Все вы! Я возьму вашу девчонку и..

Зверёныш издал какой-то гортанный звук, видимо, по его мнению, имитирующий спаривание.

— Ну.. ты хотя бы престал повторять одно и то же, – пожал плечами Гаспар. – Уже что-то. Кто тебя прислал, наёмыш? Серый Лис теперь вербует мальчишек?

— Мальчишки на деревьях висят, – гоготнул Руп. Под его правой подмышкой набухало кровавое пятно – рана от багра. – А я лучший разведчик в Таурусе.

— Неужели? – удивился новости Гаспар. – Всё хорошо. Ступаешь тихо. Только дышишь громко, когда выслеживаешь цель. Сипишь. Ярость мешает или насморк? Промочил ноги?

Руп дёрнулся, его челюсти сжались, глаза выпучились.

— Гаспар, – тихо сказал Фархад, встав рядом. – Юноша ранен. Давай я его перевяжу.

Чемпион не успел даже ответить: Руп извернулся и схватил валявшуюся рядом мизерикордию. С криком он ткнул её прямо в шею Гаспара. Но на полпути лезвие перехватила твёрдая клешня, и остриё не достигло цели. Чемпион совершил какое-то нехитрое движение локтем и обезоружил Рупа. Уже второй раз кинжал упал на плиты. Ахти хотел поднять его, но заметил, что лезвие погнулось. Он отшвырнул клинок ногой, и тот угодил в щель между камнями.

Руп беспомощно замотал головой, застонал.

— Убийца, – прошипел Зверёныш. – Я слышал, как ты любишь убивать малых деток!

Лицо Гаспара странно вытянулось, глаза сделались бездумными. Он поднял увесистый кулак, одного удара которого хватило бы, чтобы размозжить голову Рупа о каменную плиту.

— А ну, не тронь его! – закричал высокий истеричный голос. Дальше всё произошло быстро. Ахти едва успел разглядеть.

Чиркнула в воздухе стрела и, на счастье, прошла всего на расстоянии ладони от шеи Гаспара.

На арке, в двадцати шагах от него, возникла ещё одна фигура, на этот раз как будто бы женская, но в одежде мужчины-охотника. А из проёма в тоннеле, молчаливый и грозный, выскочил здоровяк с булавой и замахнулся.

Гаспар рефлекторно уклонился. Тяжёлый шестопёр размозжил булыжник, брызнули в стороны осколки. По-прежнему не издавая ни звука, лишь коротко вдохнув, Ниметон поднял булаву над головой двумя руками, словно хотел вбить противника в землю.

Чемпион попытался развернуться, но на ноге у него повис Зверёныш Руп. Парень обхватил его за ногу и впился зубами в икру.

Гаспар как будто не чувствовал боли. Его коса на голове сама собой ожила и хлестнула Ниметона по глазам.

Здоровяк что-то промычал и отступил на шаг. Воспользовавшись положением, Гаспар пнул его в живот, а потом врезал клешнёй Рупу, да так, что тот отлетел к дальней стене.