Код мессии

Глава 11

Бикон-Хилл, Бостон

Было уже почти восемь вечера, когда Джасмин остановила свой кабриолет «БМВ» возле дома Картера на Бикон-Хилл. Несколько минут у нее ушло на то, чтобы успокоить Ларри, пообещав ему, что они наверстают упущенное, когда она вернется. Она была весьма убедительна, и Ларри смирился.

«Сааб» Алекса и «мерседес» Джека уже стояли там, когда она подъехала. Интересно, что за идея созрела у Тома? Он сказал «вроде бы»… Но она по собственному опыту знала, что в устах Тома Картера «вроде бы» обычно означает «ничего общего». Значит, это не имеет отношения к спонтанной ремиссии, изучать которую он летал в Париж.

Дверь ей открыла Марси Келли, домоправительница Картера. И сказала, что все сидят на кухне. Джасмин пересекла огромный холл и, поскольку Холли нигде не было видно, решила, что та уже в постели. Перед закрытой дверью она остановилась. Сквозь дубовую панель до нее донесся сердитый голос Джека:

— Том, черт тебя побери, за тобой же кто-то по пятам ходит, и не кто-то, а убийца! Господи Иисусе, да перед самым твоим отъездом Проповедник располосовал какого-то слизняка на Манхэттене!

— Знаю, ты мне это уже несколько раз говорил сегодня, — услышала она ответ Тома. По его тону было ясно, каких усилий ему стоит оставаться спокойным.

— Ты не имеешь никакого права вот так улетать неизвестно куда! К тебе приставили полицейскую охрану, и небезосновательно, черт возьми! И за каким дьяволом тебя вообще понесло в Европу?

— Да успокойся ты наконец! Раскудахтался как курица! Сейчас все расскажу.

Джасмин открыла дверь и остановилась на пороге, не желая участвовать в перепалке. Все трое, Том, Джек и Алекс, сидели вокруг старого соснового стола в противоположном от нее конце большой кухни. Том сидел во главе стола, волосы его были растрепаны сильнее, чем обычно. В правой руке он держал нечто смахивающее на небольшую стеклянную колбу. Слева от него сидел Алекс, его отец. Уже почти оставивший кафедру профессор теологии из Гарварда, как обычно, был невозмутим. Он разливал кофе в четыре чашки. Перед ним лежала папка для бумаг и стопка книг. Джек Николс в спортивном костюме стоял напротив. Том явно сдернул его прямо с вечерней пятничной «разгрузочной» пробежки. Джек был хмур. Нетрудно догадаться, что жена и двое их сыновей устроили ему хорошую сцену. Ей вспомнился взгляд, каким смотрел на нее Ларри, и она хмыкнула про себя. Атмосфера в кухне была накалена до предела, напряжение прямо-таки висело в воздухе, так же как аромат крепкого кофе. До сих пор ей еще не приходилось наблюдать таких схваток между партнерами.

Том поднял на нее глаза и улыбнулся — с заметным облегчением:

— Джас, спасибо, что приехала.

Он указал ей на стул.

— Давай присаживайся.

Она села. Алекс улыбнулся, собрав морщинки возле глаз, почти таких же синих, как у сына, и подвинул одну из чашек поближе к ней:

— Привет, Джасмин. Кажется, вы пропустили большую часть огневой подготовки.

— Как сказать… У меня было то же самое, Алекс, — ответила она с улыбкой и посмотрела на стопку книг на столе. Их названия ее крайне удивили: если они имеют отношение к новой идее Тома, то идея эта явно не из области генной инженерии.

Джек криво улыбнулся ей и тоже сел.

— Привет, Джас. Думаю, лучше сидя выслушать то, что нам хочет сообщить Том. Кажется, у него появилась какая-то крутая идея. И он как последний идиот рисковал собственной шкурой, чтобы добраться до нее.

— Идея действительно крутая, Джек, — сказал Том, поднимая руку с зажатой в ней колбочкой. — Если я прав, этот стеклянный сосуд может содержать лекарство от всех генетических болезней. А может, и от других тоже.

— Откуда тебе это известно, Том? — скептически осведомился Джек, скрещивая руки на груди. Он явно все еще кипел негодованием. — Ты вдруг исчезаешь на Сардинии, никому из нас ничего не сообщив… — Джек посмотрел на Алекса. — Большинству, во всяком случае. Потом возвращаешься и заявляешь, будто нашел волшебное средство, чудесное лекарство. Кончай свои шуточки!

— Я вполне серьезно, Джек.

— Ну и что такого особенного в этой колбе? — спросила Джасмин.

— Это кровь. И если это та самая, настоящая, то она может содержать гены-целители.

Она придвинулась ближе:

— Откуда это известно? Чьи это гены? Кого-то с позитивным вирусом?

— Если это та самая кровь, настоящая.

— Это она была причиной двух случаев спонтанной ремиссии в Париже?

Том отрицательно качнул головой:

— Сомневаюсь.

— Так чья тогда это кровь? — спросил Джек.

Джасмин заметила, как сузились у него глаза, — он явно пытался предугадать, что скажет Том. Сама она не имела ни малейшего представления, куда он клонит.

Том ничего не ответил. Он просто смотрел на них, и в глазах его мелькали какие-то сумасшедшие огоньки.

— Должно быть, кого-то очень интересного, — медленно произнесла она.

— Крайне интересного, черт меня побери, — добавил Джек. Джасмин видела, что он тоже заинтригован, несмотря на свою злость. — Так кого? — в голосе Джека звучало нетерпение.

Том улыбнулся им обоим и помахал колбой:

— А если я скажу вам, что здесь содержится ДНК человека, умершего примерно две тысячи лет назад? Он был ремесленник, точнее, плотник. Плотник из Назарета.

Джасмин замерла, полураскрыв рот, — она была в шоке. Насколько ей удалось заметить, Джек тоже этого не избежал.

— Иисусе, — пробормотал он едва слышно.

— Именно, — подтвердил Том, ставя колбу на стол перед Алексом. — Наводит на некоторые размышления, не так ли?

Напряженное молчание все тянулось и тянулось.

— А она настоящая? — наконец открыл рот Джек, взяв в руки колбу и глядя, как красно-коричневая жидкость переливается внутри. — Не может быть, чтоб ей было две тысячи лет!

Алекс придвинулся ближе к столу и сказал: