Страница 5 из 34
Глава 4
Министерский аудит и идеальный баланс
Шум фена на огненных кристаллах Нижнего Мира оглашал лобби отеля уже минут десять. Я усердно направляла струю раскаленного воздуха на мармеладные попоны кентавров-блогерш, которые жалобно всхлипывали, глядя, как их гламурные стразы намертво запекаются в розовую карамель. Аврора на диване увлеченно комментировала процесс, болтая ногами:
— Софи, левее бери! У Ласточки вон там, возле копыта, мармелад еще слишком жидкий, она сейчас прилипнет к ковру насовсем!
В этот момент двери лифта чинно звякнули, и в холл вошел Родрик. После разбора чемоданов он выглядел так, словно только что сошел с обложки журнала «Бюрократия Высшего Уровня» — ни одной лишней складки на темном костюме, идеальная осанка и леденящий взгляд истинного Инспектора.
Увидев картину в лобби — пять застрявших в карамели кентавров, меня с гудящим феном наперевес и Аврору, чешущую перламутрового дракона, — Родрик остановился. Его брови плавно поползли вверх.
— Аврора, — негромко, но очень весомо произнес он. — Мы заехали ровно сорок минут назад. Объясни мне, почему пространственная геометрия холла уже нарушена, а постояльцы локализованы в кондитерских текстурах?
Девочка мгновенно сделала самое невинное лицо, на которое способна, и трогательно прижала палочку к груди:
— Пап, ну они правда очень сильно шумели! И телефон Пале в нос тыкали. Пала испугался, ну и я… случайно откалибровала попоны. Софи сказала, что карамель — это лучший выход!
Родрик тяжело вздохнул, поправил манжеты рубашки и подошел ко мне. Из-под его пальцев по мрамору мгновенно побежали тонкие, безупречно прямые золотые линии Порядка.
— Мисс Софи, — обратился он ко мне, и его голос прозвучал как зачитывание министерской инструкции. — Приношу извинения за деструктивное поведение моей дочери. Наша суверенная территория в Зеленых Холмах защищена куполом, но здесь её магия, видимо, вошла в резонанс с вашей… специфической атмосферой. Позвольте, я заземлю это недоразумение. Согласно параграфу сорок два Министерства Порядка, хаотичные текстуры подлежат немедленной синхронизации.
Прежде чем я успела выключить фен или хотя бы спросить, что такое «синхронизация», Родрик просто и элегантно щелкнул пальцами правой руки.
То, что произошло дальше, заставило мои администраторские настройки зависнуть. Тонкая золотая сетка его магии мгновенно накрыла застрявших кентавров. Розовый липкий мармелад вдруг перестал дымиться, засиял ровным неоновым светом и за долю секунды перестроился обратно в идеальную ткань. Более того, фальшивые, криво наклеенные стразы выстроились в безупречные геометрические узоры высшего качества, а сами попоны сели на заднюю часть кентавров так идеально, словно их шили лучшие портные Теневого Сектора. Мармелад исчез без следа. На мраморном полу не осталось ни единого липкого пятнышка. Все стало безупречно чистым и геометрически правильным.
Блондинка-капитан удивленно дернула копытом, которое легко оторвалось от пола, посмотрела в зеркало на свою новую, идеальную попону и восхищенно ахнула:
— О боги, девачки… Какой лакшери-кутюр!
Кентавры, позабыв про все свои жалобы, с восторженным писком бросились к лифтам, судорожно снимая свои новые наряды в сторис.
Я медленно опустила фен, глядя на абсолютно чистый, сухой пол холла. Мой внутренний отельер в этот момент готов был встать перед Родриком на колени и умолять его остаться в «Парадизе» на ПМЖ. Брунгильда оттирала бы этот мармелад до конца августа, попутно уничтожив половину инвентаря, а этот мужчина в убрал всё за одну наносекунду.
— Господин Родрик… — пробормотала я, судорожно сглатывая. — Это было… невероятно. Вы случайно не хотите подработать у нас начальником службы клининга? Я выбью вам двойной оклад у Министерства Маж-Контроля.
— Спасибо, Софи, но я предпочитаю оставаться на основной должности, — сдержанно улыбнулся он. В этот момент из вентиляционной решетки над ресепшеном снова вырвался тяжелый, надсадный вздох нашего бастующего ледяного элементаля, и по лобби поползла душная июльская волна. Родрик нахмурился, глядя на потолок. — Впрочем, я вижу, что инженерные системы вашего отеля тоже функционируют с критическим нарушением коэффициента баланса. Пожалуй, мне стоит спуститься в подвал и настроить ваши шестеренки по министерскому регламенту.
— О, прошу вас, сделайте это! — я едва не перекрестила его пульверизатором от избытка чувств. — Гоша сидит там с утра с разводным ключом, но толку ноль. Из вентиляции пахнет жареным зефиром!
Родрик строго кивнул, поцеловал Аврору в рыжие кудряшки и уверенным шагом направился к лестнице в подвал. Я проводила его благоговейным взглядом. Если его магия порядка сделает с Гошиными шестеренками то же самое, что и с попонами кентавров, этот июль имеет все шансы стать самым спокойным и идеальным месяцем за всю историю отеля «Парадиз». Ну, или Гоша просто застрелится от такой точности.
* * *
Убедившись, что Родрик благополучно скрылся на лестнице подвала с четким намерением заземлить вентиляцию до идеального миллиметра, я перевела дух. Аврора уже снова устроилась на диване, увлеченно рассказывая перламутровому дракону какую-то историю и забавно жестикулируя. Хвост из ее рыжих кудряшек так и летал из стороны в сторону.
Поскольку на ресепшене временно воцарился образцовый министерский порядок, я подхватила со стойки список-меню на июль. Мне жизненно необходимо было согласовать с кухней новые варианты завтраков, обедов и ужинов, пока капризные блогерши-кентавры не вернулись с аквааэробики голодными.
Спустившись на служебном лифте на цокольный этаж, я толкнула тяжелые двери ресторанной кухни и застыла на пороге, судорожно прижимая к груди листы с меню. Картина, открывшаяся мне, заслуживала отдельного параграфа в правилах отельного выживания.
Посреди огромного, сверкающего сталью помещения разворачивалась немая битва титанов. Наш шеф-повар Громмаш — массивный зеленый орк в белоснежном колпаке — стоял, скрестив на груди свои необъятные татуированные ручищи, и с глухим, предупреждающим рыком смотрел вниз.