Мотылёк

— Не может быть, — не согласился Дуб, спешно доставая из-под стола мешок с вещами убитого и вываливая их на соседний стол. — Не может быть, лорд. Флейты не было!

— Украли? — предложил Мотылёк.

Дуб охнул, перерывая вещи:

— Только не это! Зачарованная флейта в чужих неизвестных руках… Только этого тут и не хватало.

Мотылёк не стал говорить, что предполагает, в чьих руках могла оказаться флейта. Он взял со стола небольшой мешочек и вывалил из него мелочи.

Дуб пояснил:

— Это набор для ухода за трубкой — ершик, шомпол, еще какая-то полироль…

Мотылёк взял в руки шомпол с крючком на конце — когда-то он пытался сделать глупость и научиться курить для солидности.

— Это не для трубки. Этот шомпол для ухода за флейтой. Её, к твоему сведению, каждый раз после игры надо протирать изнутри.

— Э… — Дуб честно развел руками. — Я не знал, сэр. Значит… — Он оглянулся на стол, где лежало тело блондина. — Болтун?

— Да. Скорее всего Болтун, — подтвердил его слова Мотылёк.

Дуб поморщился и предложил дельное:

— Тогда надо будет позвать мага-портретиста — пусть обследует тела старух и нарисует их портреты в молодости.

Мотылёк кивнул.

— Да, Дуб, ты прав. Это не старухи — поднимите все сведения о пропавших красивых девушках во всей Осени. Болтун всегда соблазняет девушек, забирая их молодость и жизни…

Дуб покраснел, принявшись виниться:

— Да, сэр… И, простите, что пропустил такое… Это…

Мотылёк похлопал его по плечу.

— Это не твоя вина. — То, что это Адель разрешила всякой нечисти зайти в Самайн, чем и воспользовался Болтун, он промолчал. — Давай-ка посмотрим следующие тела.

Дуб кивнул и поспешно скинул простынь с другого тела:

— Ведьма Пэм. Убита шесть дней назад. Почерк убийцы тот же самый — кинжал в пятом межреберье, магический слепок канала идентичен слепку с тела Болтуна. У нас тут… Или серийный убийца объявился… Или…

— … или серийный мститель, учитывая особенности погибших. Но в гнилых яблоках выбор-то небольшой.

Мотылёк уже представлял, как расстроится Фэй, когда он пойдет к Кревану.

— Дуб…

— Да, сэр? — Дуб вскинулся, делая грудь колесом.

— Ты что-нибудь слышал о ссоре между лордом Креваном и Ведьмой Пэм?

Учитывая Адель, можно было чисто гипотетически предположить, что не поделили Ведьма Пэм и Креван. Только… Только если Креван и есть отец Адель. Мотылёк до сих пор не знал, кто же был отцом его Адель? Креван или Гранат. И кому в результате стоит пойти и начистить морду, потому что ни под один закон то, что произошло с Адель и с её материю Рош, не попадало. А Джеку-фонарю Пятому он уже отомстил за все, в том числе и за загубленную Рош и запуганную из-за дара Адель.

Дуб надолго задумался, возвращая простынь обратно на тело.

— Нет, сэр. Эти высшие динни ши скрытные, как синее море. Я никогда не слышал, чтобы между Ведьмой и лордом Лисом пробегала черная кошка, но все возможно, зная Пэм. Она не гнушалась ничем, даже фей ловила. Сами же знаете послужной список Ведьмы.

Мотылёк кивнул. Пэм была настоящей черной ведьмой, и выкрасть младенца, наслать проклятье или дать запрещенное зелье, — ей все было едино, лишь бы платили. Говорят, она в качестве оплаты частенько брала души и сердца.

— Дом Ведьмы Пэм взят под охрану?

— Там в засаде Вяз сидит, отслеживает тех невезучих, кто еще не знает о смерти Ведьмы Пэм и пытается воспользоваться её услугами.

— Сам дом обследовали?

— Какое там, сэр… — вздохнул Дуб, переживая свое профессиональное фиаско. — Там ближе речки Полынки не подойти — охранные плетения Пэм до сих пор стоят.

Мотылёк выгнул бровь.

— До сих пор?

— Да, сэр. Я попытался было пройти до дома, но… Меня Альба вытащила, иначе бы тоже отправился на тот свет вслед за Ведьмой.

Мотылёк прищурился — об этом стоило поговорить с Креваном. Если и идти с кем-то в дом Ведьмы Пэм, то лучше рыцаря Неблагого двора и не найти.

— Третье тело будете смотреть? Оно того… Самого… Плохое очень.

— Показывай, — кивнул Мотылёк.

Дуб глубоко вдохнул, задержал дыхание и сдернул простынь. И даже отвернулся. Зрелище было то еще — Башмачника явно варварски четвертовали. Мотылёк не знал, у какого существа может быть столько сил так разорвать человеческое тело. Он склонился, замечая среди останков высушенное тельце светлячка. Он его снял с тела и бросил в пакет, где хранились вещи с убитого.

— М-да… Закрывай…

Дуб облегченно опустил простынь:

— И вот по этому телу вообще никаких догадок нет, сэр.

Он с надеждой посмотрел на Мотылька, но тот отрицательно качнул головой — у него тоже не было никаких предположений.