Страница 71 из 104
— Тогда почему бы тебе не прислушаться ко мне? – тихо, но твердо спросила я.
Шу задумался. Скука в его взгляде сменилась любопытством.
— Тебе нужно переманить большинство Сильнейших на свою сторону, – сказал он. – Тогда ты сможешь защититься от Хранителя и тебя выслушают. Думаю, ты знаешь о планах Далилы больше, чем мы.
Я кивнула.
— Ты уже заинтересовала Ури. Поэтому она вызвала тебя на бой. На следующем этапе ты сможешь убедить ее в том, что не представляешь опасности. Но не надейся, что Лили и Леон поменяют мнение.
Мне до сих пор сложно было с этим смириться, но я знала, что Шу прав.
— Они верят только в идеальных людей, – пояснил Шу. – Если ты не вписываешься в их рамки, то можешь ни на что не надеяться. Ни ты, ни я не попадаем в их список.
Я всегда знала, откуда ноги растут, но оставалась слепа к правде.
Брат и сестра с детства стремились быть идеальными. Получить признание для них было не наградой, а жизненной необходимостью. А все из-за их родителей, историков, которые вечно странствовали в поиске истины. Они появлялись дома только тогда, когда дети делали что-то исключительное.
А когда Лили и Леон были обычными детьми, они вновь становились невидимыми для родителей.
Часть меня всегда знала, что Лили и Леон стремились стать Сильнейшими не из желания нести в мир добро и справедливость. Они просто хотели быть замеченными. Любимыми. И это сработало, правда, только на какое-то время. Уже достигнув успеха среди Сильнейших, они вновь оказались забытыми.
Тогда они ожесточились. Стали загонять других в рамки идеала.
И, может быть, почти тринадцать лет назад в туманном лесу близ нашей деревни Леон спас меня не из благородства, а для того, чтобы его заметили. Чтобы Сильнейшие услышали про его подвиги.
Шу между тем продолжал:
— Дельта верен Хранителю, на него тоже не рассчитывай. Мисти не в здравом уме. Ясность приходит к нему наплывами. Он видел многое. Дельта взял его под свое крыло слишком рано.
— А Ноа?
Шу блуждал взглядом по трещинам в стенах. Затем стал смотреть на огонь факелов.
— Ноа встанет на ту чашу весов, что окажется тяжелее. Уж так работает его мозг. Он принимает только взвешенные решения. Выбирает победившую сторону.
— Я не знаю, смогу ли это сделать, – вдруг призналась я, сама того не ожидая.
И тогда Шу посмотрел на меня серьезно:
— Ты знаешь, Терра, мы все стали Сильнейшими не потому, что самые сильные. А потому что каждый из нас в чем-то нуждался.
— Нуждался?
— Я признаю, что мы обладаем редчайшими дарами Созвездий, но не это сделало нас Сильнейшими. Часть моей истории ты уже знаешь. С Лили и Леоном ты росла вместе и видела, почему они стали такими, какие есть. Ты видела шрамы на теле Теодора и слышала про его семью. Про Дельту даже мы ничего не знаем, историю Мисти имеет право поведать только сам мальчик, а что касается Ноа.. у него нет голоса. Он безмолвен с рождения. Но благодаря своему дару Ноа стал незаменимым: без него мы бы не справились. Ноа даже не участвовал в турнире, мы сами про него услышали, нашли его и пригласили. Он – единственное исключение.
— А что насчет Ури?
— Ури.. ее мозг работает на своих волнах. Никому не угнаться за ее мыслями. Но с таким быстрым потоком мыслей приходит множество тревог. Ее дар позволяет ей успокаивать себя. Все мы самые обыкновенные люди, ставшие сильнее из-за того, что нам чего-то не хватало.
Шу говорил правду. Шу, Солэй.. они оба были правы. Мы могли стать сильнее сами, однако нас заставляли поверить в обратное.
— Ури, пожалуй, самая опасная из нас, – продолжил Шу, и взгляд его кобальтовых глаз стал острее. – Ее дар позволяет ей воздействовать не только на собственный организм, но и на других людей. – Шу прищурился и, казалось, впервые обратил внимание на символ, горящий у меня на лбу. – Не знаю, какие карты припрятала ты, Терра, но советую воспользоваться ими.
С этими словами Шу поднялся. Теперь он стоял надо мной, высокий, как и его тень, отбрасываемая светом факелов. Его улыбка стала самодовольной. Неужели мой испуг был так очевиден?
— Если переживешь третий этап, то убедишь Ури. А за ней пойдет Ноа, потому что чаша весов склонится в твою сторону. – Шу пожал плечами. – Кажется, Солэй и Теодор уже с тобой. А Самира пойдет за Теодором хоть на край света.
Я нахмурилась, вспоминая взгляды, которые девушка кидала на Тео. Она казалась такой.. далекой от него. Словно пыталась бежать за ним, но никак не могла угнаться.
— А ты?
— А я уж лучше пойду за вами, чем останусь с Лили и Леоном. Они бы меня и не приняли. – Шу подмигнул мне напоследок.
И ушел.
Факелы потрескивали, тени едва заметно дрожали на стенах.
Я снова осталась один на один со своими мыслями.
Всю оставшуюся ночь я почти не смыкала глаз. Поэтому, когда в темницу зашел Солэй, я была готова.
Без слов он снял с меня кандалы, откинул тяжелые цепи в сторону и стал наблюдать, как я поднимаюсь, разминая затекшие конечности. На его лице играла довольная улыбка, в желтых глазах не было ни следа тревоги, только триумф.
Как будто все шло так, как он и планировал.
Из своей дорожной сумки Солэй достал что-то завернутое в ткань. Увесистый сверток.
— Я бы извинился за то, что пришлось столько всего от тебя скрыть, – сказал он негромко.
— Тебе стоит извиниться, – ответила я честно, хотя волновало меня сейчас не это. – Я ужасно злюсь, однако понимаю, почему ты так поступил.
— Я пытался задержать Лили и Леона, – добавил он. – Пока ждал, когда твой доспех будет готов.
— И как ты их задержал?
— Ох, способов было немало. – Солэй оскалился. – Но не переживай, они не знают, что за всеми их внезапными неприятностями стоял я.
Я хмыкнула и опустила взгляд на сверток в его руках.
— Это мои.. доспехи?
Его глаза засверкали в предвкушении.
— Скажи мне, Терра, ты готова показать всем силу Тельца?
Он сделал шаг ближе и положил сверток в мои руки:
— Больше не прячься, не беги. Сегодня весь мир узнает, кто ты на самом деле. Единственная в мире рожденная Тельцом.