Терра и турнир Тринадцати

Глава 18

ТЕРРА

Я осталась одна. Прикованная к стене темницы.

Леон и Лили были против моего дальнейшего участия в турнире, но спорить с большинством оказалось бесполезно. Когда Солэй предложил устроить голосование и попросил поднять руки тех, кто поддерживал предложение Ури, то даже Мисти тихонько поднял ладонь. Единственными, кто проголосовал против, были, конечно же, Лили и Леон.

Действительно ли Сильнейшие были готовы услышать мою правду или просто жаждали зрелища, я не знала.

Мое тело молило об отдыхе, хотя бы о куске ткани под спиной, не говоря уже о кровати.

Но думать о комфорте было бессмысленно.

Если Сильнейшие оставили меня здесь, в подземелье, значит, до сих пор видели во мне угрозу.

Врага. Монстра.

Когда тяжелая дверь с грохотом закрылась, я сползла по стене, надеясь, что холод камня хоть немного успокоит боль в теле и бешеный стук сердца.

Все это время ответ был прямо передо мной.

Мое сердце рвалось от противоречий.

Тео защищал меня, как друг.. но ушел, даже не обернувшись.

Я не знала, что стало с Греем и Феликсом после нападения Далилы. В порядке ли они? В безопасности ли? А как Локи и та астерия?

Феликса тоже могли посадить в темницу – только за то, что он был со мной. Надеюсь, этого не случилось. Надеюсь, ему хватило смекалки позволить им увести меня и промолчать.

Если судить по усталости Тео и напряжению в голосах Сильнейших, нападение Далилы было не первым. Зачем она атакует снова и снова?

Может быть, чтобы истощить их и нанести окончательный удар во время финала турнира. Если это правда, то у меня нет ни времени, ни права на ошибку.

Этот третий этап – мой единственный шанс доказать, что я не опасна.

Что я заслуживаю, чтобы меня выслушали.

Но если я провалюсь, то небо расколется, как и предсказал Солэй. И миру Созвездий придет конец.

Солэй..

Я совершила ошибку, доверившись ему? Как так получилось, что он все это время был одним из Сильнейших, а я не догадывалась? Неужели я настолько слепа? Настолько наивна?

«Один из Сильнейших у тебя в кармане», – намекнул мне Солэй почти неделю назад. «Возможно, Тео меня даже не помнит», – ответила я, не видя правды прямо у себя перед носом.

«Не о Тео идет речь».

Сначала я разозлилась. Мне хотелось сорвать с себя цепи, пробить стену и, вырвавшись наружу, погнаться за ним. Но я знала, что сейчас должна быть умнее и терпеливее.

В тишине темницы я поняла, что Солэй помогал мне. Он скрывал, что знает меня, скрывал, что на моей стороне. Он играл тихо, по-своему, как волк, выжидающий добычу.

Мне было необходимо с ним поговорить. Хоть с кем-то поговорить. Пока страхи и сомнения не свели меня с ума.

Будто подслушав мои тревожные мысли, кто-то отворил каменную дверь и шагнул в темницу.

Шу. Сильнейший представитель Стрельца.

Он будто сошел с древних фресок, изображения которых я находила в украденных книгах, когда только искала правду о своем знаке.

Кожа у него была смуглая, а глаза, темно-синие, почти кобальтовые, обведены тонкой черной линией, будто нарисованные кистью художника. Черные как смоль волосы торчали во все стороны, словно с ними все время играл ветер.

В отличие от своих товарищей, Шу выглядел спокойным, даже выспавшимся. Будто ни нападения, ни голосования в темнице до этого не было.

Он стоял у двери, прислонившись к проему, скрестив руки на груди. Металл его доспеха сверкал в свете факелов.

Шу молчал. Молчала и я.

Так прошло несколько минут.

— Разве ты не хочешь со мной поговорить? – вдруг спросил он, выпрямляясь и разминая руки круговыми движениями.

— Ты же сам ко мне зашел.

— И то верно, – кротко усмехнулся Шу.

Мы снова замолчали. Казалось, он остановился здесь случайно, просто потому что проходил мимо и не знал, как скоротать время. Вот я ему и подвернулась по пути.

В его взгляде не было ни страха, ни раздражения, ни особого интереса. Он даже не смотрел на мой символ Тельца, будто и это не имело значения.

— Знаешь, – произнес он наконец, – мне никогда не нравился Леон.

Я удивленно моргнула.

— Мы с ним почти ровесники, – пояснил Шу. – Мне было четырнадцать, когда я выиграл титул Сильнейшего Стрельца. Леон тогда уже четыре года, как был в группе. Он меня долго не принимал, считал, что мой экзоскелет – это доказательство слабости.

— Почему так? – спросила я, хотя и догадывалась.

— Я почти не могу ходить без дара, – ответил он как бы невзначай. – Любое движение дается мне с трудом. Я стал Сильнейшим не потому, что хотел стать героем. Не из благородных намерений я тут. Мне было необходимо доказать себе и другим, что я не жалкий. Что меня не надо жалеть. Я такой же человек, как и все.

— Я уважаю это, Шу, – сказала я ровно. – Возможно, турнир помог тебе, но, по-моему, он бесполезен. Это всего лишь зрелище. Нельзя решать, кто достоин звания Сильнейшего, по результатам одного состязания.

— Очень смелое заявление, – ответил Шу, и в его глазах вспыхнул интерес.

Он подошел ближе и сел напротив, скрестив ноги и опираясь локтями на колени. Его движения были естественными, будто на нем не было увесистых доспехов.

— Участники турнира демонстрируют свою силу, – сказала я, следя за своим дыханием, чтобы голос звучал ровно и убедительно.

— Это так, – кивнул Шу, поглядывая на потолок и на паутинки, закрутившиеся в углах.

— Еще они демонстрируют смелость и, возможно, способность защитить мир от зла, – продолжила я. – Однако турнир не раскрывает истинную суть человека. Ты сам сказал, что Леон тебя невзлюбил только из-за того, что ты другой. Разве такой человек должен защищать наш мир? Человек, который судит так поверхностно?

Шу перевел на меня взгляд, прищурился, но сохранял молчание.

— Я сама попала на турнир обманом. Конечно, в своих целях, но сути это не меняет. Я вас обманула. И, поверь, я не единственная. Сколько еще таких, кто притворяется кем-то другим?

Шу хмыкнул.

— Ты не рассуждаешь как монстр, каким тебя описывал Хранитель.

— Я и в глаза его не видела, – ответила я, привставая, чтобы снова сесть на колени. – Не знаю, почему он хочет избавиться от меня с вашей помощью или без. Но меня это не волнует.

— Меня тоже, – к моему удивлению, сказал Шу, откидываясь назад и опираясь руками на пыльный пол. – Я выполняю его приказы, живу в комфорте и доказываю, что я лучший в своем деле. Но.. кое в чем ты права. – Он остановил на мне взгляд. – Я ненавижу, когда меня заставляют бегать за собственным хвостом.