Страница 41 из 76
— Пей, — повторил Панкрат, поднося край миски к его губам. В другой руке сотника уже блеснуло короткое лезвие, очищенное над огнём. — Если наживую резану — от разрыва сердца помрёшь. Пей до дна.
Всеволод разжал челюсти и выпил.
Зелье обожгло горло дикой, вязкой горечью. Упало в желудок тяжёлым камнем.
Секунду ничего не происходило, а потом мир резко накренился. Острая, рвущая боль под рёбрами вдруг стала далёкой, словно её завернули в плотный войлок. Тело налилось тяжестью, язык прилип к нёбу.
Он попытался поднять руку, но пальцы не послушались. Гвардейцы у двери, медный куб в углу, суровое лицо Панкрата с ножом — всё начало таять в густом, душном тумане.
«Как интересно жизнь распорядилась. Лечебница рыжего спасает мне жизнь», — вяло подумал Князь.
Панкрат прижал ладонь к его груди, нащупывая осколок под кожей, и занёс нож.
Всеволод закрыл глаза и провалился в глухую, чёрную пустоту.