Страница 43 из 146
Почему одна? Потому что маг я, а еще ведьма. Кем раньше была – не знаю, но сейчас, после возвращения, ведьма. А еще сама пойду потому, что смогу. Точно знаю, что получится уйти только у меня. Меня же любая живность слушается теперь. В седле тоже уверенно себя чувствую. Легкая я опять же потому, как ростом все такая же мелкая.
Надеюсь, все получится так, как я планирую, а пока у меня в планах лес, ведь именно через него я планирую возвращаться. Ну не верю я, что нет в лесу «хозяина». Чувствую иногда, словно приглядывает кто за мной во время моих тренировок на одной из полянок. Только придется в этот раз охрану дома оставить, одной туда наведаться. Пока время еще есть, пока погода балует.
Два дня в лесу на опушке провела. Даже ночевать у костра осталась. Гостинцы нечисти лесной рекламировала. Чего только я с собой не привезла: молоко со свежим хлебушком, рыбку тоже свежую, бусы яркие, куклу из лоскутков сшитую и набор ножей метательных, да даже небольшой магический шар со светлячком внутри прихватила. Ну не знала я, чем этого кого-то одарить можно.
Он же, тот который «хозяин» лесной, так и не подошел, не показался. Походил вокруг. Хворостом ломаным пощелкал, потрещал и все. Обиделась я и ушла, но подарочки свои так на пеньке и оставила лежать.
Но через пару дней вернулась, и в этот раз не одна. Взяв в сопровождение пару охотников из ближайших сел, десятерых стражников, обиженная я отправилась «творить добро» и защищать свои интересы, невзирая на мнение лешака. Уж я-то прекрасно помнила, что этот лес – мое приданое. И границы моих владений проходят по его противоположной кромке. Весь лес мой, целиком. Значит, в него кроме моих людей, чужим и ходу быть не должно. А вот граничит он с землями моего «дорогого» папочки, который владел им раньше. И, который сейчас наверняка, после смерти моего мужа, не считает нужным спрашивать позволения для использования его в своих целях.
В чащу мы пока не полезли. Краем весь массив лесной поначалу объехать решили. Истории страшные и очень занимательные в исполнении охотников всю дорогу слушали. Так до противоположного края и добрались.
А там..
Ох, как хочется воскликнуть.. Права́.. Я всегда права́! Граф Маруа, то есть папенька, как я и подозревала, решил воспользоваться тем, что регентом до совершеннолетия молодого барона над его землями является теперь молодая и, по слухам, до сих пор бездушная женщина. Ну и что, что молодой барон Вранский является его внуком, а мать дочерью? Лес веками принадлежал его семье, и доход от него должен был получать его сын, а не внук, рождения которого никто не ждал. Не сомневаясь ни одной минуты в своем праве решать, не иначе он приказал людям начать вырубку леса со своей стороны. Моего согласия, как регента, никто конечно же не спросил.
А зря! Потому как обиделась я, осерчала. И.. и случился «Армагеддон».
Бешенство, обида, желание наказать виновных накатывали мощными волнами на мой, еще так и не привыкший до конца к проявлениям чувств разум. Сила вокруг меня всколыхнулась, чутко реагируя на мои разбушевавшиеся чувства.
Работающие на валке леса мужики не успели еще заметить нашего появления на краю вырубки, а небо уже начали затягивать тяжелые черные тучи. Прозвучали первые раскаты грома. Ударили в землю молнии, яркие, нереально ветвистые, мощные.
И вот уже со стороны работничков слышатся растерянные крики. Некоторые из них, не дожидаясь указаний, бросают на землю орудия своего труда, готовые бежать абы куда. Испуг уже ясно читается на их лицах. Они, торопыги эти, ведь не только на изменение погоды обратили внимание, нет. Они еще и нас заметить успели. Вот только расспросить нас никто ни о чем не успел, как и разбежаться с огромной вырубленной делянки. Стихия оказалась быстрее. Все, что они успели, так это кинуться к своим наскоро построенным шалашам. Спрятаться, что ли, в них собирались?
Зря они это сделали. Потому что оглушающая тишина наступила вокруг всего лишь на мгновение. Но она отступила и привела вслед за собой шквальный ветер. Он подхватывал все, что не цеплялось корнями за землю, и закручивал, воронкой поднимая к небу: отрубленные топорами ветки, тонкие стволы поваленных деревьев, покрытие шалашей, топоры, пилы и, конечно же, самих людей. У них не было корней, и они были легче поваленных ими деревьев. А молнии.. Они уже не были похожи на огненные ветви, они били только вертикально. Мощные, чуть изогнутые столбы толщиной с руку взрослого мужчины вонзались в землю, вызывая при этом маленький взрыв. А начавшийся всего лишь четверть часа спустя ливень с градом перепахивал все то, что еще не искорежили молнии, дополняя безумию мрачных красок.
Это было красиво.. Это было страшно!
Страшно было всем. И мне в том числе. Но мне никак не удавалось заглушить или же хоть чуть притупить охватившие меня чувства, потому как ярость моя питалась в этот момент не только из внутреннего источника, но также из всего того, что окружало меня. Лес за моей спиной стонал, словно человек, но лошади под нами стояли как вкопанные, да и все мои сопровождающие больше всего напоминали группу мраморных изваяний. Такие же бледные и неподвижные.
А стихия.. Она бушевала рядом с нами, все набирая силу. И все же мы были недоступны для нее. Небо было черно до самого горизонта. Ветер, дождь, град, молнии – все это врезалось в землю всего лишь в паре шагов от копыт моей лошади.
Понимание того, как слаба и бесправна женщина в этом мире, даже если она регент рода, не добавляло мне в этот момент спокойствия, а бушующие в душе страсти и вовсе не настраивали на мирное разрешение возникшего конфликта. Я ведь точно знала, что не могу приехать к отцу и высказать ему претензию. Кто меня, «дурную» на голову, слушать будет, а защиты от короля и его аристократии можно не ждать. Меня предупреждали об этом, я помню.
А еще я знаю о том, что стоит только мне попасть в руки отца, и я уже не вернусь к своему сыну. Подумаешь.. Поехала дурочка кататься на лошади и пропала в темном страшном лесу. А если силой воспользуюсь в присутствии хоть одного мага, и он живым от меня уйдет, тогда от меня и вовсе не отстанут. Будут гонять, пока или не поймают, или не загонят до смерти. А папочка? А папочка ни при чем. Все магические изменения на моей земле можно будет оправдать работой нанятых магов, ну или мужа покойного. Мне же попадаться нельзя, потому как быть опять бездушной не хочется.