Страница 44 из 146
Мгновения складывались в минуты, а ярость так и не поддавалась контролю, а вот страх перед разбушевавшейся стихией пропал, и я начала действовать. Представляя в уме, как сдвигается вся эта огромная сила во главе с подвижной воздушной воронкой в сторону замка графа Маруа, я мысленно толкнула ее от себя изо всех сил. А что? Он не очень далеко от этого места расположен. Я даже ясно, словно на картинке, увидела его. Папенька-маг, братец тоже, совладают уж поди как-нибудь со стихией, остановят. Ну или она сама, пока до них дойдет, ослабнет. Если вообще у воронки, сильно смахивающей на торнадо, сил хватит до места назначения добраться, ибо у меня все-таки получилось ее с места сдвинуть. Она двинулась именно в ту сторону, куда я ее и направляла.
А я сумела наконец-то оборвать свою связь с ней.
Созданный мною «Армагеддон» уходил все дальше и дальше. А вот нам покидать место катастрофы не стоило торопиться. Как всякая порядочная ведьма, я просто обязана была дождаться результата и точно узнать, какое время понадобится для успокоения силы вокруг меня. Время же ожидания я решила не тратить зря, а провести его с пользой для себя любимой.
Утихала буря в моей душе, начинали более четко и организованно работать мозги. И сразу же вспомнилась причина нашей поездки. Причина, которая до сих пор так и не была разрешена. Лес, он мой, и должен таким остаться, а это значит заговор сохранности стоит повторить или нашептать новый. Разумная мысль уколола словно иглой. Пришлось поторопиться, потому как я собиралась опробовать еще одну свою задумку. Пока охрана моя еще не очухалась и не обратила внимания на мои действия, сползла с седла, сорвала под копытами своей лошади чудом уцелевшие травинки. Зачем? Ну уж не лошадь кормить, это точно. Принялась плести из тех травинок колечко, а пока плела, приговаривала, как в сказках земли:
— Ты катись, мое колечко, по осеннему ковру, да по краешку лесному, через чащи, буреломы. Обойди мое, собери мое, береги мое. Замкни лес от чужих рук, от чужих ног. Пусть незваные, нежданные заплутают, кругами ходят. Не видят добычи их глаза, не удержат руки. Вернешься, колечко мое, ко мне, и будет все по слову моему.
Опустила на землю свою придумку, словно поглаживая, подталкивая. Травяное колечко и покатилось, удивляя этим меня саму. Вот, должна бы уже привыкнуть, что нашептывания мои и наговоры слабенькие работают в этом мире, как швейцарские часы, а нет, все еще удивляюсь.
Пошептала, и сразу после этого отголоски ярости, еще бушующей в душе, окончательно и стихли. Народ вокруг тоже вот оживать начал, и лошади зашевелились. Только вот они ожили, а я – наоборот. Чуть богам душу не отдала! Ох, и трясло меня следующие пару часов. Мужики решили, что это меня с перепугу так бьет. Никто из них, к моему счастью, не связал случившееся светопреставление с моей особой. Костер развели, подстилку мягкую соорудили, чаю горячего мне с травками сделали. Отогрели, отпоили, как заснула, и сама не помню. Помню только, что когда засыпала, молнии вдалеке все еще продолжали свой яростный бой.
Перенервничала я, видимо, словно дева невинная. Никогда раньше истеричкой не была, а тут – на тебе, чувствам поддалась.
Тьфу на меня саму и на чувства эти. Как же хорошо я жила, пока не вернулись они ко мне в полном объеме!