Страница 61 из 63
Катэль перевёл на меня вопросительный взгляд. Ну что ж. Сама заварила — сама и расхлёбывай.
— Пусть расскажет, какая ставка у охотников и сколько человек в бригаде, —скомандовала я.
— Ватанабэ-доно, — произнёс Катэль, — меня интересует: какова ставка у охотников, занятых на пастбищах, и сколько человек состоит в одной бригаде, которая охраняет стада Кудрявого Руна от налётов волков?
Ватанабэ-доно чуть наклонился вперёд, поглаживая бороду и, видимо, собираясь с мыслями.
— Воистину неожиданно, ваше высочество. Ставки прописаны в Табеле Огненного Архипелага, я стараюсь их соблюдать. Что до численности бригад, то по обычаю, заведённому издревле, это группы по десять человек.
— И как же был оплачен труд охотников в последний раз? — уточнил принц без моего напоминания.
Умничка какой!
— Я точно не помню, но уважаемый Мидзухо-сан всё проверил.
— Сто пятьдесят два риена на три охотничьи группы, — напомнил Катэль.
— Ваше высочество, позвольте восхититься, у вас феноменальная память. Никогда прежде не доводилось мне видеть, чтобы правитель помнил каждую строку свитка наизусть. Воистину, небо одарило вас редким умом…
Катэль спокойно выслушивал комплименты, а я кружила над его креслом в нетерпении. Как же мне надоели эти расшаркивания, но без них в этом мире, судя по всему, никак. Я всё ждала, как Ватанабэ-доно объяснит выплату пятидесяти целых и шести в периоде риен на охотничью группу, а если еще и эту сумму разделить на десять человек, то вообще ерунда получается, как ответ чиновника заставил меня остолбенеть в прямом смысле слова.
— Что касается выплаты ста пятидесяти двух риен на три группы, то здесь всё просто. Небо не благоволит числу пять, об этом ведают даже малые дети, то ли дело шестёрка. Посему я распорядился: одной бригаде выплатить шестьдесят риен, второй и третьей — по сорок шесть. Согласитесь, ваше высочество, изящное решение: и охотникам платится, и небеса не оскорблены недобрым числом. Всё устроено по уму, в полном согласии с традицией.
Я медленно опустила лицо в ладони.
По уму⁈ По какому, блин, уму⁈
Нет, я подозревала, что у местных стариканов с их традициями есть свои особенности, но не до такой же степени! Этот человек на полном серьёзе только что объяснил принцу, что разделил казённые деньги по принципу «лишь бы небеса не обиделись». В его голосе при этом звучала нескрываемая гордость, мол, посмотрите, какой я молодец, как тонко всё устроил и никого не обидел.
Однажды я наткнулась на такого альтернативно одарённого в консалтинговой компании, которая попросила меня произвести аудит. Его уволили в тот же день с формулировкой «за креативный подход к финансовой отчётности».
Я подняла лицо из ладоней, тряхнула головой и быстро материализовала блокнот.
— Катэль, если две группы получили по сорок шесть риен в месяц, то каждый охотник заработал четыре целых и шесть десятых риен или, если в сэру переводить, — сто пятнадцать сэру на руки в месяц. Да гнать взашей такого счетовода надо! — возмутилась я.
Однако принц сохранил спокойное лицо и продолжил расспросы.
— Уважаемый Ватанабэ-доно, а пастухи из Кудрявого Руна столько получают?
— Стар я, ваше высочество, не помню ставок наизусть. Одно могу сказать точно: все деньги доведены до людей, я за этим проследил лично, и боги не обижены. Если вам нужны точные числа, разрешите позвать моего помощника — Такано-сана.
— Давайте позовём, — согласился принц.
Через несколько минут в зале появился чиновник второго ранга, помоложе первого, чуть выше ростом и в оранжево-красном халате вместо фиолетового. В остальном он выглядел точь-в-точь как Ватанабэ-доно. Принц задал несколько вопросов, Такано-сан низко поклонился и торопливо на них ответил. С ним состоялся примерно такой же диалог, но в отличие от своего непосредственного начальства, Такано-сан точно помнил все числа и произнёс без запинки:
— Жалованье пастуха составляет сто двадцать два сэру в месяц, охотника же — сто двадцать пять. Различие в три сэру объясняется тем, что отгонять волчьи стаи — труд опасный, и порой жизнь охотника висит на волоске, тогда как пастух стережёт стадо в относительной безопасности.
— Тогда почему же охотники Кудрявого Руна получили меньше? — поинтересовался Катэль.
— Как же меньше? Сто пятьдесят два риена да на три группы по десять охотников — это почти сто двадцать шесть сэру на человека, даже на сэру больше, чем в Табеле Ставок, — возразил чиновник второго ранга.
— Но ведь группам было заплачено шестьдесят, сорок шесть и сорок шесть риен, разве не так? То есть последние получили сто пятнадцать сэру вместо ста двадцати пяти.
— Ну и что такого, ваше высочество? — Такано-сан моргнул. — Я лишь посчитал, сколько требуется денег на деревню, а Ватанабэ-доно проследил, чтобы числа были красивые и боги не обиделись.
Что такого? Что такого⁈ Я не знала, на каком языке ругаться, а главное — на голову какому собеседнику. Я летала по залу от переполнявшего меня негодования:
— Катэль, ну ты же видишь, да? Это же не один Ватанабэ-доно такой выдающийся! Это целая система! Они оба не понимают, что нельзя платить «абы как», лишь бы общая сумма красиво сходилась! Это же бухгалтерия, а не икебана, тут гармония другая нужна, чтобы всем честно было.
Принц держал непроницаемое лицо, и такое спокойствие раздражало меня ещё больше. Он что, спустит им это всё с рук? Так и оставит? А ещё делом заниматься не хотел!
— Я тебе все уши прожужжала про баранину неделю назад, — продолжала я, злясь, что он меня не замечает. — Помнишь, как ты мне сказал «прихоть»? Так вот, никакая это не прихоть, это система! Если они здесь делят зарплату по принципу «небо не любит пятёрку», то и в других местах делают так же. Закупки, налоги, выплаты, ремонты — везде! Вот тебе и причина, почему острова нищают, а казна тратится! Та же история, что с курятиной вместо баранины. Двум третям охотников недоплатили. Сто пятнадцать сэру вместо ста двадцати пяти. Меньше, чем у пастухов! Понимаешь? Им платят меньше, чем тем, кого они защищают, кто просто выпасает и не рискует своей жизнью. Конечно, они разругались с пастухами! А пожаловаться они куда могли? Только начальству. А начальство — кто? Чиновники. Которые деньги и выделяют, и с их колокольни вообще воруют. Ну а что им делать, когда они ежемесячно по десять сэру недополучают? Доказательств нет, а ты сам сказал, о таком вслух заикнуться без причины — остаться без языка.
Катэль сохранял спокойствие, я же перевела дыхание и продолжила: