Страница 9 из 69
Глава 7
Я в ужасе взираю на них. Сердце колотится как бешеное.
Неужели вот так легко можно поверить в то, что я убила собственного отца?
Это же бред. Полный бред.
Я в отчаянии закрываю лицо руками.
— Отец, может, стоит подождать, — вступается за меня брат.
— Зачем? — Удивляется моя сестра. — Она совершила преступление и должна понести наказание.
— Ты что несешь? — Сквозь зубы цежу я. Но чувствую вцепиться в нее и потребовать объяснений, почему она так уверена в моей виновности?
Или она просто решила подстроиться под ситуацию и исполнить свое желание?
— Я логически рассуждаю. Выгодно только тебе. Извини, сестренка.
— Чем быстрее ты покинешь усадьбу, тем лучше. Ты же понимаешь, что это лучше, чем сидеть в темнице или попасть на городской суд?
Я смотрю на тело отца, накрытое простыней.
На дядю, отвернувшегося к сыну.
На Гюнтера, беспомощно опустившего руки.
И на доктора, который собирает свои инструменты и покидает наш дом.
На Ханну, которая выглядит встревожено, но не напугано.
И я понимаю, что моя жизнь только что закончилась. Так и не успев начаться.
Завтра я стану изгнанницей.
Опальной дочерью семейства Грейс.
Обвиненной в убийстве, которого не совершала.
И никто не встанет на мою защиту.
Мне придется справляться самой.
— Собирай вещи, Калли. Рано утром ты покинешь дом.
Я ничего не говорю, гордо разворачиваюсь и выхожу из комнаты.
Слезы продолжают щипать в глазах.
Боже мой, бедный отец. За что? Кто мог так поступить? А может это сам Морган Вильтер?
Может, ему тоже не нужна была свадьба? Но отказаться он не мог. Репутация же.
А вот пойти на радикальные меры вполне мог. И сынок его был почему-то очень спокоен.
Главное, чтобы они сами не распространили слухи. А то меня точно упекут в темницу, а потом суд и что?
Семья уже открестилась от меня. Я даже представить себе не могла, что вот так просто родная мать бросит меня. В самый сложный и трудный момент в моей жизни.
Я падаю на подушки и начинаю рыдать.
Как бы мы с отцом не ругались, я все равно люблю его. И не представляю, как жить, когда рядом нет такой защиты и опеки.
Не замечаю, как проваливаюсь в сон.
А утром меня будит горничная и сообщает, что мне нужно поторопиться, потому что мой дядя уже прибыл сюда вновь.
Я еле поднимаюсь, одеваюсь и начинаю собирать вещи.
Лучше, правда, уехать. Сидеть в темнице я не хочу.
Но я еще вернусь. И они узнают, кто такая Калли Грейс.
Злость, сменившая отчаяние и острую боль, заполняет каждую клеточку моего тела.
Несправедливые обвинения только разбудили во мне жесткость. Вообще до этого дня я была доброй и отзывчивой девушкой. Всегда всех понимала, успокаивала.
Но вчерашний день похоронил прежнюю Калли. Больше не будет в моей душе доброты и понимания.
Никогда.
Я собираю чемоданы. И спускаюсь вниз.
Дядя строго смотрит на меня, словно я действительно преступница.
— Калли, — произносит он холодно, и в его голосе нет ни капли сочувствия. — Надеюсь, ты понимаешь, что у меня не было выбора.
Я молчу. Смотрю на него в упор, не отводя взгляда. Пусть видит, что я не сломлена.
— Семья Грейс не может позволить себе скандал, — продолжает дядя Ласло, поправляя манжеты. — Смерть твоего отца, сорванная помолвка с Икером Вильтером. Ты же понимаешь, какой урон это нанесло нашей репутации?
Урон их репутации.
Не моя боль.
Не моя потеря.
Их проклятая репутация.
— Я не убивала отца, — говорю я ровно, почти сквозь зубы.
— Пока ничего неизвестно, — отрезает дядя. — И пока ты здесь, слухи будут множиться. Дальние земли — это милость, Калли. Ты должна быть благодарна, что я не отдал тебя в руки правосудия.
Благодарна.
Он хочет, чтобы я была благодарна за изгнание.
Я киваю, хотя внутри все кипит от ярости. Пусть думает, что я покорилась. Пусть считает, что избавился от проблемы.
— Карета ждет, — бросает он, направляясь к выходу. — Прощайся с домом. Вряд ли ты его еще увидишь.
Я оборачиваюсь, окидывая взглядом холл, лестницу, портреты предков на стенах. Этот дом был моей гаванью. Здесь я росла, мечтала о будущем, здесь же потеряла отца.
Но дядя ошибается.
Я вернусь.
И когда это случится, они все пожалеют, что поверили лжи.
Я поднимаю чемодан и иду к выходу, не оглядываясь больше.
Прежней Калли Грейс больше нет. Она умерла вчера вместе с отцом.
А та, что выходит сейчас из этого дома, вернется совсем другой.