Страница 30 из 69
Глава 24
Я не сплю и сижу у печи, прижимая колени к груди. Смотрю на огонь. Он почти погас и только красные угли тлеют в темноте.
Лина спит, свернувшись калачиком на плаще, и даже во сне не отпускает свою куклу. Семен храпит в углу, укрывшись старым полотном. А я все прислушиваюсь.
Но Тишина.
Снаружи ничего не слышно. Ни шагов, ни шороха, ни ветра. Только мое сердце нервно колотится в груди.
Но я знаю, что там кто-то есть.
Чувствую кожей.
Каждой клеткой.
На рассвете я выхожу из дома. Ноги вязнут в мокрой траве, воздух холодный и влажный, пахнет прелыми листьями и землей.
Я обхожу сторожку, всматриваюсь в траву, в кусты, в каждую тень, которая еще не рассеялась с первыми лучами солнца.
И нахожу их.
Следы.
Глубокие, широкие вмятины в мягкой земле, прямо под стеной, где я спала. Кто-то стоял здесь. Долго. Может быть, даже смотрел в окно.
Рядом сломанные ветки кустарника. А на одной из них я замечаю клок серой шерсти с каким-то неприятным запахом. Я трогаю ее пальцами, и меня передергивает. Это не шерсть обычного зверя. Она слишком грубая и жесткая.
— Барышня, — голос Семена заставляет меня вздрогнуть. — Нам надо уезжать.
Я оборачиваюсь. Он стоит на пороге весь бледный, с темными кругами под глазами. Он тоже видимо не спал. Или спал, но плохо.
— Нет, — говорю я. — Мы не уедем.
— Но следы…
— Я вижу следы, Семен. Я не слепая. — Я выпрямляюсь и сжимаю кулаки. — Но бежать мне больше некуда. Это мое место. Мое убежище. И я останусь здесь, даже если по ночам кто-то бродит вокруг дома.
Он вздыхает и качает головой, но не спорит. Он уже понял, что меня не переубедить.
— Тогда позвольте мне осмотреть лес, — говорит он. — Я возьму топор, пройдусь недалеко. Хотя бы понять, есть ли опасность рядом.
— Хорошо, — соглашаюсь я. — Но не уходи далеко. И вернись до полудня.
Он кивает, берет топор, который мы нашли в сторожке, и уходит в лес. Я смотрю ему вслед, и на душе становится тревожно.
Но я заставляю себя успокоиться. Семен опытный и он справится.
Я поднимаю голову к небу и замечаю, что тень исчезла. Серебристый дракон больше не кружит надо мной.
Небо пустое, серое, и от этого почему-то становится еще тревожнее.
А потом я слышу шаги за своей спиной и резко оборачиваюсь.
Он стоит в нескольких шагах от меня. Серебряный дракон в человеческом облике. Высокий, бледный, с волосами цвета льна. Глаза светлые, прозрачные, с вертикальными зрачками. Он смотрит на меня в упор, и я чувствую, как по спине пробегает холод.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я. Голос дрожит, но я стараюсь говорить твердо.
— Наблюдаю, — спокойно отвечает он.
— Следишь, хочешь сказать.
— Не вижу разницы.
Злость поднимается во мне волной. Я делаю шаг к нему, сжимая кулаки.
— Это ты был здесь ночью? Это ты оставил следы? Ходил вокруг дома, смотрел в окна?
Он не отводит взгляда. Не оправдывается. Не злится.
— Нет, — говорит он. — Это был не я.
— Тогда кто?
— Я не знаю.
— Не знаешь или не хочешь говорить?
Он молчит. Смотрит на меня своими прозрачными глазами. И в этом взгляде я вижу не холод, а какую-то усталость. Может быть, даже сожаление.
— Если бы я хотел тебе навредить, — тихо произносит он, — ты была бы уже мертва.
Я замираю.
Он прав.
Мне сложно это признать, но он прав. Он мог убить меня в лесу, когда его брат едва не сжег меня заживо. Он мог не вмешиваться. Но он встал между нами и защитил меня.
— Тогда зачем ты здесь? — спрашиваю я уже тише. — Зачем наблюдаешь? Почему не уходишь?
Он переводит взгляд на оранжерею. На разбитые стекла, покосившиеся рамы и мертвые растения.
— Это место просыпается, — говорит он. — Я чувствую. И это влияет на лес, на зверей и на магию вокруг. Я не могу это игнорировать.
— Я не собираюсь восстанавливать оранжерею, — отвечаю я. — Я просто хочу выжить.
Он смотрит на меня, прищурившись. Словно пытается понять, вру я или нет.
— Хорошо, — говорит он, наконец. — Я оставлю тебя. Но я буду наблюдать. На всякий случай.
Он разворачивается и уходит в лес. Бесшумно и плавно, словно растворяясь в сером утреннем свете.
Я остаюсь одна, сжимая в руке клок странной шерсти.
Семен возвращается через час. Он говорит, что в лесу тихо, но он нашел еще несколько таких же следов на другом конце поляны. Кто-то обходил дом по кругу.
— Не нравится мне это, барышня, — бормочет он. — Не нравится.
— Мне тоже, — отвечаю я. — Но мы остаемся.
Вечером я принимаю решение.
Я не буду спать. Я возьму нож, который мы нашли в сторожке, и буду ждать у окна. Я хочу увидеть того, кто приходит по ночам.
Лина засыпает быстро, утомленная долгим днем и помощь Семену в ремонте нашего домика.
Семен ворочается, но тоже проваливается в сон. А я сажусь у разбитого окна, сжимаю нож в руке и смотрю в темноту.
Сначала ничего не происходит. Только ветер шуршит листьями, да где-то далеко кричит ночная птица.
А потом я вижу тени.
Две. Они бесшумно движутся между деревьями, словно плывут над землей. Я замираю, прижимая нож к груди, и стараюсь не дышать.
Одна из теней останавливается и смотрит прямо на окно. Я чувствую этот взгляд кожей.
Существо делает шаг вперед, и в лунном свете я вижу его. Серые, покрытые жесткой шерстью ноги. Копыта. И человеческое лицо, искаженное злобой.
Я узнаю его. Я видела таких в книгах.
Лесной дух. Или кто-то из низших созданий, которые служат драконам.
Существо скалится. Я вижу желтые зубы и пустые, черные глаза.
А потом оно исчезает. Просто растворяется в темноте, словно его и не было.
Я сижу, не двигаясь, а сердце мое готово выпрыгнут наружу от страха.
И он приходит не просто так. Ему явно что-то нужно.