Смертоносная

Господину? Верховному демону?

Она не слуга, а его враг.

Или он что-то знает?

Её голос стал низким, в нём послышалось опасное спокойствие:

— Чего? С дубу рухнул? Убери руку. Или я порву тебя на лоскуты своим мечом.

Она не слуга демона, и не прощала таких оскорблений.

Его хватка не ослабевала, а вторая рука легла на рукоять своего меча за спиной.

— Попробуй. Посмотрим, чьи когти острее. Твой Верховный уже напугал тебя до истерики, раз ты готова бросаться на первого встречного.

Верховный…

Он думает, что она с демоном.

Откуда…кто ему сказал такое?

Питер двинулся к ним.

Его рука схватила запястье Морока, и его когти впились в чёрную перчатку, хотя и не прокололи её.

— Карина не бросится. А вот ты — отпусти. Или твоя рука отправится в коллекцию вместе с остальными трофеями. — Его глаза пылали ярким золотом. Он предупредил один раз.

Следующий шаг — кровь.

Карина увидела, как по руке Морока побежали тёмные искры, как ток по проводам.

Магия. Не фейри. Что-то другое и тёмное.

«Чёрт возьми!»

Быстро отталкивая Питера, Карина вытащила свой меч из ножен:

— Я не советую со мной драться. Бой будет неравным, — она предупредила в последний раз.

Она — Мара. Она рвала нити. Он не знал, с кем связался. Морок высвободил меч с тихим шелестом стали:

— «Неравный» — да. Ты ещё жива только потому, что твой страх пахнет интересно. Первый удар — твой, если осмелишься.

Он не боялся, а наслаждался.

Это плохой знак.

Клинок его меча указал на неё. Снимая свой плащ, Карина бросила его на землю, её ухмылка становилась шире:

— Ну что ж. Ладно. Ты хочешь драки. — Её взгляд скользил по его стойке.

Он сам напросился.

— О, серьёзно! Будет жаль испортить такую решительность, — парень сделал шаг в сторону, его глаза вспыхнули в сумерках.

Его железо описало в воздухе медленную дугу. Издёвка.

Он играл с ней.Обходя по кругу, словно оценивая, Карина взмахнула мечом и понеслась на него с диким ором, подняв меч.

Питер не кричал, не предупреждал, просто действовал, в тот момент, когда Карина бросилась в атаку, он двинулся параллельно ей. Его цель — был не Морок, а его клинок. Его когтистая рука с молниеносной скоростью ударила по клинку Морока, стараясь выбить оружие из его рук, а не заблокировать удар Карины:

— Не дай ему диктовать условия. — Его голос рычал, заглушая звук стали.

«Бей, я прикрою»

Морок растворился на месте, словно пыль. На земле вместо него валялась деревяшка.

Подмена. Клон.

Его здесь не было.

Воздух словно разорвался, и кусок пространства был заменён чем-то иным.

— Что за хрень? — произнесла Карина.

Иллюзия, но такая реальная.

Кто он такой?

Корнелий не моргнул, когда силуэт Морока растворился в воздухе, не бросился вперёд, а застыл у машины, напряжённо всматриваясь в окружающую обстановку.

Его новые, чуткие глаза уловили не магический всплеск, а искажение реальности.

Это не магия. Это что-то другое. Пустота. Отсутствие.

Взгляд Карины скользил по каждому движению, каждой тени, каждому отражению в снегу, её глаза продолжали выискивать малейшие признаки.

— Подмена. Клон. Деревяшка, — произнесла Кайя тихо, но уверенно, её голос звучал ясно в наступившей тишине.

Фейри так не делают. Это техника ёкаев. Или что-то старше.

Корнелий не смотрел на девчонок или Питера:

— Морок — не демон и не волшебное существо. Его сила в иллюзиях, скорости и скрытности. Он может быть где угодно и наблюдает за нами. Не делайте резких движений, не разделяйтесь на группы. Он хочет нас запутать, заставить нервничать и совершить ошибку.

Иллюзии.

Его дар. Он должен чувствовать их.

Где же он?

Корни медленно вытащил горсть железной пыли и соли, держа их наготове:

— Его настоящее тело где-то рядом. Ищите не глазами, а пустотой. Место, где снег не хрустит, где тень лежит неправильно. Он здесь, в отсутствии.

Отсутствие. Пустота.

Там, где ничего нет — там он.

Морок стоял возле арки, засвистев, привлёк их внимание.

За его спиной из теней возникли огромные крылья. Он, словно одежду, скинул с себя человеческую форму, которую носил так долго, что уже сросся с ней.

Никогда ещё смена обличья не происходила так быстро и легко. Кости не ломались и не сращивались.

Его кожа не растягивалась, но Карина почувствовала, как она у него уплотнилась и затвердела, становясь непробиваемой для большинства ножей и пуль. Страх разорвал её картечью, когда она перевела взгляд на него.

Нёбо загорелось, когда у него выступили клыки, готовые прорубить даже кожу. Чуть ниже основания шеи, по обе стороны позвоночника, крылья вырвались на волю и развернулись вовсю ширь. Его ногти удлинились и заострились.

Карина знала, что они были достаточно твёрдые, чтобы прорезать сталь, и такие же прочные, как его кожа, только вот она почему-то осталась белой, человеческой. Её взгляд скользнул к его лицу.

Оно было таким же, белым.

Крылья за спиной дёрнулись, словно напоминая ей, что тот сменил обличье.

Морок выглядел как обычно, словно и не менял обличье, как если бы собирался куда-то ещё. Глаза самого тёмного карего оттенка, разбавленного бледностью. Волосы тёмные, почти чёрные, лежали беспорядочными волнами. Он походил на бесцветную фарфоровую куклу, впрочем, если не считать двух торчащих изо рта клыков. С ними он бы, конечно, не явился среди людей.

Крылья. Клыки. Фарфоровая кожа.

Кто он? Что он?

Но сейчас не это завладело её вниманием.

Чёрные большие крылья — вот что бросалось в глаза, но не такие мощные, обычно они имели кожистую текстуру.

В голосе Карины гудела сталь, а глаза вспыхнули огнём:

— Какого чёрта? Крылья? — Её ум обрабатывал новую информацию.

Это не фейри, не демон, а что-то новое.

Питер замер на долю секунды, но не отступил, возвращаясь к стороне Карины, делая паузу, его голос прозвучал резко, обращаясь к парню:

— Ты не фейри и не демон. Ведьмак? Морок–полукровка? Или что-то более древнее? — Его глаза сузились.

Кто его создал? Для чего?

Корнелий не отводил глаз от Морока, но видел не просто монстра. Это была аномалия, которая кричала ему через новые фейрийские чувства: существо не подчинялось привычным законам.

Крылья, но не кожаные. Клыки, но не вампирские. Сила, но не магическая.

Он — разлом, как Карина, но сломанный.