Смертоносная

— Как скажешь, — кивнул Корни, дождавшись, пока официант принесет ему дымящийся в керамическом чайнике напиток, и, повернувшись к Карине, обеспокоенно спросил. — Что случилось?

Карина тяжело вздохнула, но спустя пару минут выложила ему всё. Корнелий на несколько мгновений замолчал, будто пытаясь переварить её слова:

— Ноа тебе нравится?

Вот чего Карина никак не ожидала от друга:

— Что?

— Я спросил, испытываешь ли ты симпатию к Ноа, — уточнил Корнелий.

— Не знаю, — Карина пожала плечами. — Возможно. Но это неправильно. Чёрт возьми, он встречается с другой, а она, кажется, любит его.

Корнелий сделал глоток шоколада.

— Мне по-настоящему страшно возвращаться в колледж, — продолжила Карина, заметив его взгляд. — В прошлый раз он поцеловал меня именно там. Дома я прячусь от него, не представляю, что может произойти, если мы снова останемся наедине, — она не могла разобраться в своих чувствах к Ноа. Это пугало её пуще всего.

Корни положил руку ей на плечо и, озвучив свои мысли, добавил:

— Тебе нужно разобраться в своих чувствах, Карина.

Ноа не дышал, застывая, не отрывал взгляда от рук Карины, серебристых нитей и бледного лица Корнелия, видя, как она дрожала и смахивала слёзы, и внутри него что-то сжималось — яростная, болезненная беспомощность.

Он не мог помочь. Он не маг.

Мог только стоять здесь и верить, но, чёрт возьми, верил в неё.

Ноа сделал шаг вперёд, словно хотел помочь, поддержать, но остановился, понимая, что любое вмешательство может всё разрушить. Вместо этого он сжал кулаки так сильно, что ногти впивались в ладони. Его тихий, сдавленный голос звучал как заклинание:

— Вернись к ней и к нам, — Ноа обратился не к Карине, а к Корнелию, будто его воля могла пробиться через барьер между мирами и вернуть друга.

Он обещал и клялся.

Они ждали.

Каждая мышца в теле Карины была напряжена, как натянутая струна. Слёзы лились по щекам, а сидевшая в сердце тоска становилась всё острее. Она не знала, сколько прошло времени за этим неконструктивным занятием, но внезапно поняла, что должна жить дальше.

Она держала его и не отпустит.

На безутешные рыдания над остывшим телом просто не оставалось времени.

Время будто застыло…

Внезапно послышался тихий вздох и кашель.

Все замерли.

Взгляд Карины был прикован к своим рукам и к лицу Корнелия. Когда раздался его кашель, её плечи слегка опустились от облегчения, но напряжение не спадало.

Он дышал, был жив.

Её нить держала. Напряжение покидало её тело, оставляя лёгкую дрожь в руках.

Питер сделал шаг вперёд, готовый поддержать, если понадобится:

— Он возвращается. Не отпускай нить.

Она делала это, возвращала его.

Невероятная Мара.

Ноа резко выдохнул звуком, похожим на рычание, опустился на ближайший стул, проводя ладонью по лицу и на мгновение, закрывая глаза, когда снова их открыл, его взгляд был ясен и сосредоточен. Он был готов действовать по первому сигналу.

— Говори, что нужно, — хрипло, но решительно произнёс Ноа, был готов принести воду, лекарства или стать живым щитом, чтобы помочь.

Вода. Лекарства.

Его кровь — что угодно.

Выпрямляя нити Корнелия, Карина ощутила его сердцебиение и медленное дыхание:

— Ничего не нужно, просто не мешать. Корни, пожалуйста, чёртов книжный червь. Вот так, процесс пошёл. Я тебя не отпускаю. Приказа не было.

Он её друг, под её защитой. И она приказывала ему — жить.

Корнелий открыл круглые, на данный момент имевшие довольно бессмысленное выражение тёмно–серые глаза:

— Карина? Это ты?

Вытирая глаза, Карина нервно улыбнулась:

— Собственной персоной. Кайя и Питер тоже здесь. Ты в безопасности. С возвращением, — её взгляд был устремлён на Корнелия, в нём не было ничего, кроме сосредоточенности и решимости.

Он вернулся и был жив.

И она убьёт любого, кто попытается забрать его снова.

Корнелий попытался подняться с дивана, но не смог:

— Где я? Что произошло? Почему мне так плохо? — голова кружилась, тело было, словно чужое. Но был жив. Он выбрался.

Питер положил руку на плечо Корнелия, мягко, но твёрдо удерживая его на месте:

— Не двигайся. Ты был во Дворе Теней. Твою душу чуть не забрали. Что ты видел? Что ты знаешь?

Информация, сейчас — только она. Восстановление потом.

Ноа медленно поднялся со стула, идя к дивану, не заслоняя свет и не мешая. Сейчас он был страж, наблюдающий за вернувшейся с поля битвы фигурой, готов запомнить каждое слово, каждую деталь, которая может помочь победить. Он слушал, записывал в памяти, ничего не упустит.

Вопросы подождут.

Ноа быстро переглянулся с Питером и Кариной, проверяя, всё ли в порядке, затем снова перевёл взгляд на Корнелия и ждал.

Каждое слово теперь — оружие в их руках.

Корнелий вновь открыл глаза, слегка приподнявшись на локте и удивлённо спросив:

— Вы не в курсе, что со мной случилось? — его взгляд перешёл на Кайю.

Он помнил темноту, холод, чьи-то глаза, а потом — голос Карины.

— Ещё как в курсе! — воскликнула блондинка.

Корнелий посмотрел на них всех с испугом:

— Так это правда? Это не кошмарный сон?

— Это кошмарная реальность.

Карина пересказала последние новости, оставаясь неумолимой, но в глубине её глаз читалось нечто большее, чем просто тактический интерес.

Это было признание того, через что прошёл Корнелий, и обещание, что его жертва не будет напрасной. Он прошёл через Забвение и вернулся.

И они используют всё, что он узнал.

Корнелий поднялся с дивана и, пошатываясь, пошёл к двери:

— До рассвета ещё далеко? Мы должны, обязаны успеть. Я отправлюсь туда и всё улажу, — сделав ещё два шага, он упал на пол. Он должен идти. Помнил — там, на вокзале, они готовят что-то. Он должен остановить.

Питер поймал его, прежде чем Корнелий ударился, и осторожно вернул на диван:

— Ты никуда не пойдёшь в таком состоянии. Говори. Что ты узнал? Где будет ритуал? И кто этот посредник? — его голос был твёрдый, но не без сочувствия.

Он едва стоял. Но его слова могут стоить больше, чем ноги.

Ноа присел на корточки рядом с диваном, не касаясь Корнелия.

Но его присутствие было ощутимым, как твёрдая, непоколебимая скала в бушующем море хаоса. Его голос был тихим, но каждое слово звучало чётко и весомо, как команда:

— Не трать силы на движение, — сказал он. — Трать их на слова. Назови место, время, имя. Всё, что видел.