Смертоносная

— Нам нужно найти одного человека, полукровку, наполовину фейри. Видите ли, он находится среди вас, по нитям, должен быть здесь. Один колдун–недоучка, явно кто-то из фейри, собирается вызвать богиню Морану, чтобы возродить армию мертвецов и устроить войну нежити. Вы можете почувствовать фейри? Нам нужен кто-то из фейри, кто знает их планы и не прочь поделиться. Они же как-то отличаются от остальных здесь, среди нежити? Мне же не ходить и вытаскивать нити у каждого? Напорюсь на не столь доброго кого-нибудь. Нас и так Мар не очень жалуют в приличном обществе.

Она сказала достаточно, чтобы он понял серьёзность, и достаточно, чтобы мог отказаться.

Но не откажется.

Она видела по его глазам — он уже был на их стороне.

Внезапно из меланхоличного денди Владислав превратился в хищника, чьи глаза сузились, сканируя толпу, его голос стал тихим, холодным и чётким — голосом полководца, который помнит каждую из своих битв:

— Верховный демон, Морана…близится война нежити. Да, это объясняет смутную горечь в воздухе сегодня. Фейри — их аура пахнет диким мёдом и озоном перед бурей. Иначе, чем наша, холодная, как старая кость или могильная земля, — Владислав нажал кнопку, жестом приглашая их войти первыми.

Он чувствовал их, мог отличить фейри от вампира, от оборотня, от демона. Это делало его бесценным союзником.

Карина была готова к действию, но лицо оставалось спокойным.

Питер мгновенно среагировал на изменение в поведении Владислава, следуя за ними в лифт, посмотрел на вампира:

— Вы чувствуете их. Можете ли вы указать на одного? Не привлекая внимания.

Это был не вопрос, а утверждение.

Он только что стал их пропуском в эту игру.

«Не подведи»

Дверь лифта открылась с тихим шипением, и он начал движение вниз, свет замигал.

— Мадам Карина, мистер Хейл, позвольте предложить союз. У меня свои счёты с теми, кто развязывает войны на земле — пусть даже спустя века. А у вас явно есть цель. Нужен дипломатичный подход? Или прямо сейчас вытащим эту ниточку и посмотрим, что за кукла на ней держится?

У него свои счёты, старые, личные. Может быть, он потерял кого-то в такой же войне. Может быть, просто ненавидит, когда чужаки устраивают Апокалипсис на его территории.

Двери лифта открылись на втором этаже возле стола с едой и танцполом.

Взгляд Карины скользил по гостям, останавливаясь на одной высокой фигуре в маске из перьев у фонтана с шампанским:

— Простите, если балакаю лишнее. Фейри заключили кровавый договор с демоном. Они дали ему кое-что взамен. Мы ищем парнишку-посредника. Его матушка очень переживает за сына. И нам нужно узнать, где Верховный демон. Морок не знает, где он. Это может знать посредник, а поскольку он наполовину фейри, значит, нам нужен тот, кто не очень любит свой народец, или не принадлежит ни к одному Двору.

Она сказала ему всё.

Потому что он уже был с ними и должен знать, на что подписывается.

Его осанка мгновенно поменялась — спина выпрямилась, в карих глазах загорелся холодный, расчётливый огонь старого хищника, Владислав сделал почти незаметный жест пальцем, останавливаясь у стола:

— Фейри, демон, кровавый договор и мать, волнующаяся за сына. Знакомый сюжет, к сожалению.

Он знал эту историю, может быть, сам был тем сыном или — тем отцом.

Питер кивнул, смотря на высокую фигуру у фонтана:

— Дипломатия сначала. Если он откажется, тогда мы применим другие методы. Владислав, вы можете отвлечь его? Под предлогом разговора о старых винах, например. Мы подойдём сбоку, — его голос прозвучал тихо, для них троих.

Карина — отвлечение.

Они — удар.

Дипломатия или сила — фейри получит свой разговор.

И тени в углу зала будто сгустились.

Взгляд Карины последовал за жестом Владислава.

Владислав повернулся к ним обоим:

— Вон тот фейри с серебряными застёжками на перчатках. Видите и ощущаете? Он пульсирует. Слишком живо для мертвеца и мертвенно для человека. И на нём лежит печать чужой магии — грубой, пахнущей серой и отчаянием. Ваш фейри ждёт, сидит один. И его история, боюсь, будет куда менее поэтичной. В его глазах горит древний, опасный огонь.

Он одинок, напуган или зол.

Или всё сразу.

Он — их цель.

Её улыбка стала тонкой, как лезвие бритвы, Карина поправила складки своего плаща, и взгляд смягчился.

«Фейри в перьях, жди, мы идём»

Владислав уже сделал шаг в сторону фонтана, но на мгновение обернулся, внезапно его выражение поменялось на серьёзное:

— Уверяю вас, это будет самое любезное приглашение. А затем мы с вами сможем выяснить, кто именно стоит за этим заговором. И какой именно «колдун–недоучка» намерен потревожить славянскую богиню зимы и Смерти, — он идёт играть свою роль.

Теперь их черёд.

Карина оставалась расслабленной, но готовой к мгновенной реакции.

Питер следил за движением Владислава, наклоняясь к уху Карины:

— Будь готова ко всему. Если это ловушка, или если фейри закричит, мы должны действовать быстро. Следи за моей спиной, — его голос был низкий шёпот.

Он прикроет её. Она — его.

Как всегда.

На её лице сначала появился шок, затем медленная, почти восхищённая улыбка, Карина показала на меч под своим плащом:

— Князь, если попытаетесь нас подставить, или убить и выбросить в лесу, я отсеку ваши яйца и повешу у себя над дверью, как делали жёны варягов. Договор?

Угроза — лучший комплимент.

Он это оценит и запомнит. Владислав склонил голову в глубоком, почти театральном поклоне, выпрямляясь, сделал шаг в сторону, указывая рукой на тёмный служебный коридор:

— Честно, прямолинейно и с отменным чувством юмора. Вы напоминаете мне одну валькирию из Стокгольма, но это уже другая история. Договор. Клянусь землёй Трансильвании, остриём своего клинка и сохранностью моих драгоценностей, которых, к слову, очень хотел бы избежать.

Он шутил и поклялся.

Он был с ними по-настоящему.

Взгляд Карины стал серьёзным, но с искоркой уважения, а голос прозвучал тихо, но твёрдо:

— Тогда вперёд. Наш фейри уже находится в безопасном месте. Питер, давай выслушаем его историю, а затем решим, как предотвратить эту войну, прежде чем она начнётся.

У них был союзник.

У них была цель. У них был шанс.