Страница 29 из 43
Поцелуи, крепкие объятия и горячая вода сменились холодными простынями. Спальня медленно подгружалась в вечерний мрак, а мы никак не могли остановиться. Больше, жарче, глубже. Страсть накрыла с головой, как безудержная океанская волна. Как порыв ветра посреди пустыни, для которого нет преград. Весь мир остался за стеной дождя, а здесь, в тёмной спальне, только мы вдвоём. Оба смертные, оба счастливые в объятиях друг друга, и никто не разлучит нас через минуту.
Горячие поцелуи прокладывали путь от шеи, остановились на груди и после тщательного изучения, медленно поползли ниже.
– Эй, ты куда? – напряглась я всем телом, пытаясь разглядеть, чего там задумал пернатый. – Ах, вот куда… ого…
Впервые за сотни лет меня целовали туда, куда мало кто добирался. Попытки были, но довести дело до конца никому не удавалось по вполне уважительной причине.
Сначала это было странно, потом немного щекотно, а дальше голова пошла кругом от нахлынувших чувств.
– Мне остановиться? – послышался наглый голос снизу.
– Даже думать не смей!
Невероятные ощущения. Словно я вырвалась за пределы чужого тела и в мужских руках осталась только моя суть, которую медленно доводили до исступления, пока перед глазами не засверкали все звёзды вселенной разом.
В какой момент поцелуи сменились единением тел, я вообще пропустила. Словно выпала из жизни, пребывая в мире удовольствия, накатывающего бесконечными волнами.
Я знала, что любовные утехи бывают чудесны, иначе бы о них так много не говорили, но никогда не думала, что это настолько потрясающий опыт.
Когда сознание вернулось, рваными мыслями врываясь в мир, Карти откинулся на спину, распластав руки почти на всю кровать. Я лежала рядом, стыдливо прикрываясь шерстяным пледом, и покусывала губы, любуясь его часто вздымающейся грудью.
– Теперь многое прояснилось, – прошептал он, глядя в потолок. – Прям многое.
– Поздравляю с первым разом, – усмехнулась я в ответ. – Теперь ты официально не девственник. Хотя, судя по тому, что вытворяло твоё тело, у меня много вопросов к мужчинам в чёрных костюмах.
– Потом. Все вопросы потом.
– Если ты сейчас отвернёшься и захрапишь, я тебя побью!
Карти усмехнулся, довольно жмурясь под моим строгим взглядом. Потом потянул ко мне руки, схватил в охапку вместе с пледом и прижал так крепко, что стало нечем дышать.
Забавно наблюдать, как взрослый мужчина познаёт мир любви. И как пытается справиться с нахлынувшими чувствами.
– Я буду помнить каждое мгновение, проведённое с тобой на земле, – прошептал он возле моей щеки. – Это лучшее, что случалось со мной за всю вечность.
Красивые слова. Приятные. Если не думать о том, кто их произнёс, то можно почувствовать себя счастливой. Хотя я сейчас именно так себя и чувствовала. Чертовски счастливой.
– Это называется счастьем, Птенчик, – улыбнулась я. – Из таких маленьких мгновений и состоит жизнь смертных. Иногда приятных, иногда не очень. Они чередуются светлыми и тёмными полосами, и вдруг – опаньки – жизнь закончилась.
Карти нахмурился, сведя выразительные брови у переносицы.
– Не закончилась, нет. Ещё есть время.
Время. Я снова вспомнила о Костлявом, Питере, тюрьме и злом дядьке-полицейском, который вышвырнул меня из участка. Моё счастье рядом с Карти мгновенно омрачилось делами куда более важными.
Я максимально серьёзно посмотрела на мужчину рядом, стараясь не думать о том, чем мы занимались пять минут назад.
– Ты знал, что у меня ничего не получится. И Костлявый тоже знал.
Улыбка тут же исчезла с лица Карти. Он выпустил меня из объятий, сам сел на кровати, прикрывая наготу кусочком пледа.
– Не совсем. Одни люди считают, что только они управляют судьбой. Другие, что судьба предопределена высшими силами. Правда же, как всегда, посредине. Есть ключевые события, которые произойдут в любом случае. Мы лишь можем повлиять на незначительные нюансы.
– Люди смертны, но Костлявый научился продлевать им жизнь взамен на дар. Значит, не всё предопределено.
– Он научился обманывать. И для этого у него есть ты. Порой мне кажется, что дары, которые ты для него собираешь, не играют никакой роли. Ему нравится обводить судьбу вокруг пальца. Человек должен закончить земной путь – это ключевое событие. Но вот появляешься ты и умираешь вместо него. Формально ключевое событие произошло. По факту – человек всё ещё жив. Вот такая забава твоего хозяина.
– Так я всего лишь потеха?
Я подняла взгляд на Карти, не скрывая возмущения. Всего лишь развлечение для Костлявого и причина пересудов среди ангелочков, которые тычут в меня пальцем. Ну ничего себе заявление!
Карти смотрел в ответ без злости, спокойно, даже с какой-то нежностью, которую я раньше не замечала на его лице.
– Нет, ты не потеха. – Он протянул руку ко мне, убрав выпавшую прядь обратно за ухо. – Ты душа, которая стократно поплатилась за ошибки, но никак не может выбраться из объятий Смерти.
– Могу. И выберусь. Ты меня не остановишь.
Я вскочила с кровати, обмоталась влажным полотенцем и поспешила покинуть спальню. Мне хотелось доказать Карти, что он неправ, но любые оправдания будут выглядеть жалко в глазах безгрешного ангела.
– Не такого уж и безгрешного, – проворчала себе под нос, захлопывая дверь.