Страница 16 из 51
Я в замешательстве смотрю на него. Кайлан молчит, его лицо — маска из холодного камня. Он ждет, когда Клара сделает свой ход. Девушка бросает на Верховного ядовитый взгляд, в котором смешались обида и ярость, но наталкивается на его непоколебимость и отступает. Не сказав больше ни слова, она резко разворачивается и устремляется прочь в сторону выхода из дома. Ее каблучки гулко стучат по полу.
Верховный не смотрит ей вслед. Его внимание полностью приковано ко мне. Он делает шаг вперед, свет из холла падает на лицо вампира. Резкие черты лица и сухая линия сжатых губ делают его облик по-настоящему пугающим.
— Ты должна была оставаться в комнате, — произносит он и в его голосе звучит гнев. — Теперь ты видишь, почему контроль над своими эмоциями — не просто моя прихоть, а необходимость. Каждая вспышка, каждый конфликт… привлекают внимание и создают проблемы.
Я смотрю ему прямо в глаза, отвечая молчанием на его холодность. Вдруг накатывает волна страха и раздражения: меня насильно втолкнули в чужой мир, который не хочет меня принимать, а я так и не могу понять — зачем? В глазах Верховного начинает растекаться раскаленная лава. Вампир выдерживает мой взгляд, и кажется, что лава в его глазах на миг застывает, превращаясь в твердую, непроницаемую сталь.
— Молчание — это уже прогресс, — произносит он тихо. — Но в твоих глазах я вижу бурю.
Мужчина делает паузу, словно взвешивает что-то у себя в голове, ипродолжает:
— Ты хочешь понять? По-настоящему? Тогда следуй за мной.
Ваайтс резко разворачивается и идет обратно в холл. Он не оборачивается, будто уверен, что я последовала за ним. — Я покажу тебе, почему твое поведение было не просто глупостью, а актом самоубийственной безответственности.
Я все же молча следую за ним. Мой разум кричит о сопротивлении, но тело подчиняется. Это противоречие приводит меня в состояние бешенства, но я сдерживаюсь, потому что только Верховный может ответить на все интересующие меня вопросы. А мои эмоции приведут лишь к одному, что он снова запрет в комнате или отправит в сон.
Мы входим в кабинет. На низком столике перед камином я замечаю странный предмет: нечто вроде хрустального шара, но внутри него плавает туманная, переливающаяся субстанция. Верховный останавливается рядом с ним.
— Это резонатор, — говорит он. — Он улавливает и визуализирует сильные энергетические импульсы. Особенно… недисциплинированные. — Вампир проводит рукой над поверхностью шара и туман внутри начинает клубиться. — Посмотри.
Внутри шара проступают образы: сначала — размытые вспышки и я начинаю осознавать — это моя ярость, которая была во мне в запертой комнате. Затем — резкий, почти ослепительный всплеск — это момент, когда я представляла его и Клару… в душе. И наконец — еще более мощная и хаотичная волна — когда я в своих фантазиях зашла в его кабинет в одном нижнем белье. Каждый всплеск похож на удар колокола в тишине, от которого расходятся круги.
— Вот что ты излучала, — голос Вайтса звучит ровно, без упрека. — Для таких, как я, это было оглушительно. Для любого охотника в Элвадоле, да и за ее пределами — это был бы сигнал, точный, как координаты на карте. — Он отводит руку и образы тают. — Мои глаза… реагируют на такую энергию. Это индикатор твоей уязвимости. И я должен эту уязвимость устранить. Я научу тебя ставить щит на своем сознании.
Вампир отходит от резонатора и садится в кресло у камина, жестом приглашая меня занять противоположное. Я следую его указаниям и сажусь напротив него.
— Начнем с основ. Медитация. Дыхательные упражнения. Физические тренировки. Учиться чувствовать энергию, не выпуская ее наружу беспорядочными всплесками, — говорит он спокойно и смотрит на меня. В его взгляде я замечаю сосредоточенность и решимость. — Это будет сложно и, возможно, болезненно. Но это единственный путь к той свободе, которую ты хочешь. Ты все еще готова?
— Давайте начнем, господин Вайтс — коротко говорю я и встаю с кресла, давая понять о своей готовности.
Мужчина поднимается тоже, его движения плавны, но за ними угадываются абсолютная власти и сила.
— Но не здесь, — говорит он четко с ноткой повеления и направляется к дальней стене, где между книжными шкафами висит старинный гобелен с изображением древа с семью ветвями. Он проводит рукой по определенной точке на раме, и часть стены бесшумно отъезжает в сторону, открывая проход в слабо освещенное помещение.
Я делаю несколько шагов в его сторону и захожу в комнату. Свет становится ярче. Это тренировочный зал. Вампир закрывает за нами проход и, резко разворачиваясь, произносит:
— Тут никто и ничто не сможет нам помешать.
Затем уверенным шагом проходит вглубь зала и останавливается в его центре.
— Первое и самое важное: дыхание, — его голос разрезает тишину зала. — Не то поверхностное, которым ты дышишь сейчас, а внутреннее — сейчас оно у тебя полно ожидания и скрытого напряжения. — Он кладет руку себе на диафрагму и продолжает — Дыхание, которое идет отсюда, которое успокаивает разум и собирает энергию воедино, не давая ей растекаться. Повторяй за мной.
Он делает медленный глубокий вдох, и его грудь плавно поднимается. Я в точности повторяю его движения.
— Вдох — на четыре Задержка — на семь. Выдох — на восемь, — произносит он спокойно.
Закрываю глаза начинаю дышать, как он сказал. Сосредотачиваюсь на его голосе, который ведет отсчет. Он спокоен. Мне нравится этот голос. Меня тянет к нему…
— Четыре… семь… восемь. Хорошо. Снова. Четыре… семь… восемь, — звучит его ровный размеренный голос в моей голове. — Не думай о моем голосе. Думай о воздухе, который наполняет тебя. О тишине между вдохом и выдохом. О точке покоя внутри, — сейчас его интонация становится чуть тверже и возвращает меня к первоначальной задаче.
— Энергия следует за вниманием, — монотонно продолжает вампир, — если твое внимание на мне — она будет стремиться ко мне. А должна оставаться с тобой. Сосредоточься.
В своем сознании я осознаю, что голос Верховного становится приятным сопровождением и продолжаю дышать с закрытыми глазами.
Вампир делает шаг ближе ко мне — я ощущаю это по легкому движению воздуха. В это мгновение начинаю чувствовать, как энергия струится по венам и наполняет мое тело.
Вайтс кладет прохладную ладонь мне на запястье, не сжимая, а просто касаясь. И снова я слышу его голос: