Подарок для победителя

Кого я пытаюсь обмануть? Вот нисколько не хотелось никуда идти, не хотелось даже с места трогаться. Магия, исходившая от его глаз, не давала придти в себя. Я видела в них мерцающие ярчайшим свечением звёзды, одну единственную дорогу, по которой, взявшись за руки, мы идём в одном направлении, к одной единственной цели... А ещё счастье. Много счастья, настоящего, полного, глубокого, проникающего в каждую клеточку тела. Счастье, от которого кружится голова. Счастье, которое побуждает преодолевать любые преграды и совершать самые необычные поступки во славу наших родов, наших предков.

Наше с ним счастье.

Великан слегка наклонился, и мы коснулись друг друга губами. Ощутила соль, которая оказалась слаще мёда. Нахлынувшее волнение сбило дыхание и переливающееся из великана тепло меня согрело. Беспорядочные, обжигающие поцелуи касались щёк, глаз, лба, и, кажется, на лице не осталось ни одной клеточки, которой бы великан не коснулся губами. Почувствовала, как за талию обхватила его сильная рука, и по телу растеклась блаженная истома. Лишь сейчас я заметила, как сильно Радмир изменился. Жесткие черты лица смягчились, стали нежнее. От прежнего пугающего напором великана не осталось и следа. Что-то неуловимое, разлитое во всех чертах, преображало его. Я осмелилась и коснулась ладонями его колючих щёк. В этот же миг фоном отступили от меня и лагерь с воинами, и сборы к замку Кровавого Эдварда, и бабушка, и мой дар, и даже Пенни.

Вот взяла бы и, если бы было в моих силах, остановила время. Замерла бы рядом с ним бабочкой в сладком, тягучем меду: только он и я. Пусть пролетают мимо минуты, часы, годы, меняются короли, перестраиваются города, лишь мы оставались всегда друг для друга.

Но, судьбы не избежать.  

— Сила Богов! — сдавлено произнёс Радмир, когда над нашими головами раздался певучий и звонкий девичий голосок.

Великан высвободил меня из своих объятий, и я резко отодвинулась от него.

— Вот как ты договор с моим отцом исполняешь, — Пенни задрала нос.

Её окружала темнота, но в отражении лунного света мне показалось, что её золотые волосы отдают мистическим сиянием. На улице холодает, а безукоризненно белый шерстяной плащ принцессы был выткан из такой тонкой шерсти, что, казалось, не только светился, но и просвечивался. Видимо, он неплохо её согревал, потому что озябшей она не выглядела.

Я посмотрела на Радмира, а он – на меня.

— О… моя книга… ––  Пенни хмыкнула и я кожей почувствовала неприязнь. Стыд-то какой, наверняка Нисса расскажет, что я рылась в сундуке Пенни.

— Прости, — стала оправдываться я. — Нисса знает, что она у меня. Я собиралась вернуть, правда.

— Пожалуйста, не забудь, — Пенни поморщилась.

Разозлилась сама на себя. И зачем взяла? Чтобы выслушивать обвинения капризной богачки?

— Какая муха тебя укусила? — спросил Радмир. Пенни дернула плечом. — С Куртом поругались?

Она сузила глаза:

— Курт узнал про брачный договор и не хочет тебя расстраивать. Сказал, что между нами ничего не может быть.

— Вот оно что… — протянул великан. Пенни накрутила на указательный палец свой золотой локон, и так и не выпустила из рук, похоже, не осознавая, что делает.

— И знаешь, что я решила? — с вызовом спросила она, бросив на Радмира пытливый взгляд. Тот смотрел на неё, не проронив ни слова.

— Отец простит тебя, если наш брак не будет счастливым, но если ты нарушишь ваш договор, он тебя никогда не простит.

— Обещание, данное твоему отцу, я сдержу. Ты станешь королевой.

— Я, конечно, верю в чудеса, — с сомнением произнесла Пенни. — Но я не такая наивная, как твоя Ария.

Я сглотнула. Всё это время она не повернула головы в мою сторону. Внутри стала накапливаться горечь от её слов, и от того, что не могла ей ничего сказать в ответ. Взглянула на великана и в один миг разозлилась на него! Он тоже молчал, как и я… Но я-то молчу не потому, что страшно задеть её чувства. Лишь когда руки великана сжались в кулаки, у меня возникли сомнения в его невозмутимости. Выходит, он тоже старался держать себя в руках, чтобы Пенни не натворила беды?

Но у этой чертовки, кажется, не было никаких границ. Она села справа от Радмира и прикоснулась к его руке, лежащей на колене. Начала обводить каждый его напряженный палец.

— Я считаю, что нам есть о чём поговорить, –– проворковала принцесса. –– Ты так не думаешь?

— У меня есть выбор?

Губы Пенни растянулись в улыбке. Она покачала головой.

— Мой отец любил повторять, что я родилась под покровительством Фортуны. Я проделала такой долгий путь, не для того, чтобы остаться ни с чем.

Я резко встала. Дальше терпеть унижение не было сил.

Радмир снял ладонь принцессы со своей руки.

— Не буду вам мешать, — сказала я и решительно направилась в свою палатку.

— Ария, — властно окликнул Радмир. — Не уходи. Сейчас Пенни скажет,  что желает, и пойдёт спать.

Я остановилась и обернулась. 

— А она с нами и в постель пойдёт? -- бросила принцесса Радмиру.

— Ты с ума сошла? — сердито сказал Радмир.

— Завтра же я отплываю домой на моем драккаре, — отчеканила она, делая упор на слове «моем». — Или ты со мной поговоришь! Прямо сейчас! И вообще, будущим супругам иногда нужно и наедине оставаться, тебе не кажется, милый?

Я сделала то единственное, что должна была сделать, – побежала прочь.