Страница 40 из 50
— Не представляешь, сколько раз я мечтал привести красивую девушку в эту комнату, — между тем продолжал он вполголоса. — Уложить на свою кровать, раздеть и предаться страсти.
Я улыбнулась, полагая, что он говорит образно, но не тут-то было! Он действительно раздел меня полностью, и сам тоже обнажился. Я невольно зарделась. Обычно мы возвращались домой лишь вечером, иногда и вовсе ближе к ночи. В выходные старались провести время вместе, если дела мануфактуры позволяли. Так и выходило, что близость у нас была либо в ночной полутьме, либо с утра, буквально на бегу.
Но сейчас яркий дневной свет озарял комнату, не оставляя ни единой тени, которая могла бы скрыть нас друг от друга. Хелли по-прежнему выполнял много физической работы, так что его тело оставалось жилистым и поджарым, тугие мышцы оплетали руки, ноги и торс, подобно канатам. А налитый кровью член нетерпеливо подрагивал, притягивая взгляд.
— Кто бы мог подумать, что у нее окажутся такие ножки?
Он сел на кровать между моих бедер, ухватил за щиколотку и поднял, а затем медленно провел языком по коже. Свободной ногой я уперлась в его рельефную грудь, а затем плавно спустилась до пупка.
Он перехватил вторую щиколотку, немного помассировал стопы, а затем развернул их и положил на свой напряженный член с двух сторон. Мои брови взлетели вверх.
— Так мы вряд ли сделаем ребеночка.
— Да, — легко согласился раскрасневшийся Хелли. — Но у тебя такие мягкие ножки!
Я наблюдала, как навершие его полового члена скользит между моих ступней, и испытывала противоречивые чувства. Это было так глупо, но и так любопытно.
— Признайся, ты подсмотрел это на одной из тех развратных картинок! -догадалась я.
Хелли даже сбился с темпа. И покраснел еще гуще. А я залюбовалась — на его светлой коже румянец смотрелся настолько умильно!
— Кхм, ладно, забудь. Давай просто сделаем это.
— Вот уж нет! Не думай, что ты один тут такой фантазер.
Я вывернулась из его рук и кубарем скатилась на пол.
— Твари обратного мира! Прим, ты не ушиблась?
— Оставайся там! — скомандовала я, а сама метнулась в стенной шкаф, на поверку оказавшейся целой комнатой. — Ох! И как тут можно что-то найти?
— А что ты ищешь? — раздалось над самым ухом.
— Я же велела тебе ждать… Одну из твоих старых рубашек с воланами.
Хелли хрюкнул от неожиданности, но любезно помог мне достать легкую белоснежную рубашку, больше похожую на дамскую блузу. Ощущение сохранялось ровно до тех пор, пока она не оказалась надета на широкие мужские плечи. Грудные мышцы призывно выпирали, контрастируя со струящимися по бокам рюшами. Я с некоторой тоской вспомнила длинные слегка волнистые волосы, белые с легким медным оттенком — с ними ворот смотрелся бы куда лучше, чем с короткой стрижкой.
— Нравится? — с веселой усмешкой спросил Хелли.
Я за руку отвела его обратно в комнату и усадила за стол. Прямо так, без штанов. Он вопросительно вздернул густую светлую бровь, а я перекинула через его бедра ногу, оперлась ладонями о столешницу и плавно опустилась на торчащий из-под полы орган. Хелли закусил губу, направляя свой ствол прямиком в мое лоно.
— Что, господин кадет, отлыниваете от занятий в угоду плотским удовольствиям? — тяжело дыша, подтрунивала я, едва не срываясь на стоны.
Губы Хелли пересохли, он вцепился руками в подлокотники тяжелого стула и активно помогал мне, подкидывая бедра.
— Нет, я просто заснул во время вахты. Кончу в штаны и проснусь. Ох, Прим!
— Я не Прим, а фея юношеской неудовлетворенности, — довольно улыбнулась я, продолжая насаживаться на его твердую плоть.
— М-м-м, При-и-им! — низко застонал Хелли, выгибаясь дугой.
От досады я прикусила щеку изнутри. Было так здорово! Жаль, что не удалось достичь пика. С тихим вздохом я приподнялась, член Хелли вышел из меня с легким хлюпом. Пристроив ягодицы на краешке стола — не хотелось испачкать красиво отполированное дерево, я чуть свела колени, чтобы унять томление. Хелли тяжело дышал, запрокинув голову.
— Проснулся? — нежно поинтересовалась я.
— Да, где-то там кадет Хеймо лихорадочно соображает, что ему делать с мокрыми штанами.
Муж поднял голову и взглянул на меня каким-то жутковатым, слегка безумным взглядом.
— А здесь с тобой фей плотского голода взрослого мужчины, моя дорогая Прим.
— Что? — слабо пискнула я.
Хелли рванул навстречу и одним движением опрокинул меня спиной на стол. Пока я пыталась успокоить пустившееся вскачь сердце, чуть шершавые руки властно раздвинули мои бедра, а крепкие губы фея впились в мои губы внизу. Скользкий язык проникал между возбужденных складок, а пальцы безжалостно держали колени, не позволяя свести их. Я в агонии металась по крохотной поверхности, хотелось получить разрядку, достичь кульминации, но одних губ для этого было слишком мало! Мне бы его пальцы… Нет, тварям обратного мира эти пальцы! Я хотела принять его в себя полностью.
— Не-е-ет! Хелли, пожалуйста… Ах! Мне нужно не так… Хелли… Зачем ты меня мучаешь, бессердечный ты фей! Верни моего мужа… М-м-м… Сделай это, прошу! Или я…
Очередной крепкий поцелуй между разведенных ног стал последней каплей, я вцепилась в края стола и рухнула в искрящуюся бездну.
Когда голова перестала кружиться, я обнаружила себя на старой кровати Хелли. И его внутри. Но я не то, что возмутиться, говорить была не в состоянии, только тихонько застонала, прогибаясь в пояснице. Муж обнимал меня сзади и неторопливо скользил, это оказалось так томно и нежно. Как раз то, что нужно после оглушительной разрядки.