Я говорю нет.

Завтракать ей не особенно хотелось, поэтому она решила совершить моцион и походить по террасе. Албан Моррис был прав: воздух в Нидервудсе в летнее время действовал расслабляюще. В нижней части долины, между деревней и дальними холмами, все еще висела утренняя дымка. Утомленная прогулкой, Франсин вернулась в комнату и вяло принялась за чай с тостами.

Затем она открыла ящик и вновь заглянула в старую книгу. Положив ее на колени, она стала вспоминать утренний разговор с миссис Элмазер.

Старуха родилась и выросла на севере, на открытом просторе. Покинув родные места, она очутилась на свежем воздухе Канады. Позже служила на ветреном восточном побережье Кента. Скажется ли на миссис Элмазер перемена климата? Станет ли она, с ее-то закаленным здоровьем и в ее возрасте, чувствовать себя в Нидервудсе так же, как и школьницы, которых отправили домой, – особенно та, с севера, что привыкла к бодрящему йоркширскому воздуху?

Устав размышлять на одну и ту же тему в одиночестве, Франсин вернулась на террасу со смутной мыслью, что неплохо бы поразвлечься, точнее, над кем-нибудь посмеяться – к примеру, присоединившись к другим девочкам.

На следующее утро миссис Элмазер явилась на зов хозяйки без промедления.

— На сей раз вам спалось лучше? – спросила Франсин.

— Нет, мисс. Стоит уснуть, как мучают кошмары. Еще одна скверная ночь, можете быть уверены.

— Похоже, на душе у вас неспокойно, – предположила Франсин.

— С чего вы взяли, мисс?

— Когда я встретила вас у мисс Эмили, вы говорили, что хотите отвлечься от своих мыслей. Перемена места помогла?

— Не совсем. У некоторых мысли так просто из головы не выходят.

— Мысли о содеянном? – намекнула Франсин.

Миссис Элмазер неодобрительно подняла указательный палец и погрозила.

— Мы же договорились, мисс, что вы не будете на меня давить.

Утренний туалет продолжился в молчании.

Прошла неделя. Во время перерыва в школьных занятиях мисс Лэд постучалась к Франсин.

— Я хочу с вами поговорить, моя дорогая, начет миссис Элмазер. Вы замечали, что ей нездоровится?

— Выглядит она довольно бледной, мисс Лэд.

— Франсин, все гораздо серьезнее! Слуги говорят, что она почти ничего не ест. Она и сама признает, что плохо спит. Вчера вечером в саду я обратила внимание на ее странное поведение. Ученица случайно уронила словарь, а служанка так и подскочила. Нервы у нее точно не в порядке! Можете настоять, чтобы она сходила к доктору?

Франсин помялась и нашла отговорку:

— Мисс Лэд, к вам-то она точно прислушается, в отличие от меня. Лучше вы с ней поговорите!

За миссис Элмазер послали немедленно.

— Что вам угодно, мисс? – спросила она у Франсин.

Мисс Лэд вмешалась:

— Миссис Элмазер, с вами хочу поговорить я. Вот уже несколько дней я вижу, что вам нездоровится.

— Мэм, я в жизни не болела!

Мисс Лэд мягко настаивала на своем.

— Говорят, вы потеряли аппетит.

— Никогда особо не любила поесть.

Похоже, обсуждать симптомы миссис Элмазер было бесполезно. Мисс Лэд попробовала другой способ убеждения.

— Я могу и ошибаться, – начала она, – но я действительно за вас переживаю! Сходите к доктору, чтобы меня успокоить?

— К доктору! Неужели думаете, я начну принимать лекарства – в моем-то возрасте?! Господи, мэм, вот вы меня повеселили! – Служанка разразилась приступом истеричного смеха – такой обычно переходит в слезы, однако с большим усилием ей удалось взять себя в руки. – Прошу, не делайте из меня дуру! – воскликнула она и вышла.

— И что вы теперь думаете? – поинтересовалась мисс Лэд.

Франсин все еще была настороже.

— Даже не знаю, – уклончиво ответила она.

Мисс Лэд посмотрела на нее с удивлением и ушла.

Оставшись одна, Франсин села, облокотившись на стол, положила голову на ладони и задумалась. После долгих размышлений она отперла ящик, но опять заколебалась. Взяла лист бумаги и замерла, все еще сомневаясь. Внезапно решимость взяла верх, она схватила перо и написала жене агента своего отца в Лондон следующие строки:

«Когда меня поручили вашим заботам в ночь моего приезда из Вест-Индии, вы любезно сказали, что я могу попросить о любой маленькой услуге, которая в ваших силах. Буду очень благодарна, если вы пришлете мне воск для лепки – чуть-чуть, чтобы хватило на небольшую фигурку».