Страница 25 из 92
Слезы полились одна за другой, скользя по ее щекам, скатываясь по подбородку и скапливаясь в ямочке у основания горла. Все ее тело дрожало под тяжестью стыда, паники и священного ужаса. Ее трясло так сильно, что любой, кто на нее посмотрел бы, мог подумать, что она больна или проклята, но она не была больна. Она была в ужасе.
В ужасе от наказания. В ужасе от суда. В ужасе от того, что она — девушка, которая так старалась следовать каждому правилу, которое ей когда-либо устанавливали, — согрешила в том единственном месте, где так жаждала быть в безопасности.
Она была уверена, что вот-вот провалится сквозь пол, упадет в какую-нибудь яму и
сгорит
.
— Мне так жаль, — прорыдала она; ее голос был сдавленным и отчаянным. — Умоляю вас... пожалуйста, пожалуйста, не отнимайте мою жизнь. Я прошу прощения...
Она плакала, умоляла и тряслась от страха; ее голос охрип, тело онемел, а кончики пальцев похолодели. Но все равно она не останавливалась.
Она не могла остановиться.
Лиссена рыдала, как потерянная, молила, как приговоренная, и умоляла своего бога пощадить ее жизнь.