Страница 45 из 112
Глава 10. Уроки
День седьмой. Понедельник
Улыбнувшись цветочкам – интересно, это снова от Тобиаса сюрприз? – я помчалась в уборную, чтобы первой занять раковину. Первой не получилось, но одна из девушек подвинулась, пустив меня к крану, видимо, так у них было тут заведено – не толкаться локтями, а пристраиваться к раковинам по двое. Таким образом, утренние процедуры прошли быстро, собралась я тоже в момент, еще раз понюхала цветы и помчалась в здание академии – все же в первый день опаздывать не хотелось.
Моня щеголял в своем форменном мундирчике, собирая восхищенные ахи окружающих и завистливые вздохи других фамильяров и их хозяек. В столовой, возле раздаточных витрин, было не протолкнуться, но от «нашего столика» мне помахал Томас, показывая, что завтрак для нас уже взял.
Поздоровавшись с ним, Аласуром и Ноппи, наряженной сегодня в сиреневый костюмчик с золотой отделкой, не в форменный, но точно в цвет наших, – мы быстренько расправились со своими порциями и дружной толпой направились к своей башне. Кентавр, хотя и успел за эти дни найти себе приятелей, но решил, что раз уж мы все равно вместе учимся, то проще завтракать с нами, а со своими новыми друзьями он сможет и вечером пообщаться.
Вместе с разноцветной рекой студентов мы, под предводительством Томаса, поднялись на третий этаж, вошли в нашу пестренькую арку, поднялись еще на два этажа и зашли в просторную аудиторию со столом преподавателя справа и стоящими напротив рядами столиков на одного для студентов. В полупустом помещении мы легко нашли три стоящих рядом пустых столика во втором ряду, за которыми и устроились. Томас, как наш негласный лидер, – в центре.
Усевшись, я оглянулась, рассматривая тех, с кем мне предстояло вместе учиться как минимум до ближайшей сессии. Кроме студентов в сиреневой и розовой форме, здесь были еще в оранжевой и голубой, а где-то сзади, в углу, мелькнуло что-то белое. Оглянувшись, я с удивлением обнаружила старых знакомых, если их можно было так назвать.
За самым дальним столом, в углу, сидел Гейб в голубой форме, всем своим видом показывая, что он чем-то сильно недоволен, и это заставило меня слегка напрячься, хотя привычных признаков паники уже не было. Рядом с ним стояла Рэнди – она-то и была в белом, – слегка наклонившись и приобняв перевертыша за плечи, девушка что-то тихонько втолковывала ему. Он согласно кивал, но лицо его при этом продолжало оставаться нахмуренным.
Наконец, тяжело вздохнув, он вытащил откуда-то из-под парты сумку, из нее – тетрадь и ручку, положил все это на парту и вопросительно посмотрел на Рэнди, довольно ли она. Та расплылась в улыбке и погладила мужа по плечу, вызвав ответную кривую улыбку.
Пока я наблюдала за этой непонятной сценой, класс заполнился целиком, а сигнальная полоска над дверью, мигавшая то белым, то желтоватым, окончательно пожелтела. Студенты замерли в ожидании, глядя на входную дверь, и в этот момент Рэнди выпрямилась и направилась к столу преподавателя.
И я вспомнила, что белый цвет – это цвет именно преподавателей, просто я воспринимала Рэнди лишь как жену студента-перевертыша, потому и на ее одежду особого внимания не обратила, думала, ходит, в чем хочет, собственно, до сегодняшнего дня я ее только в гражданском и видела. А оказалось…
– Добрый день, студенты, – улыбнулась эта невысокая шатенка аудитории, – меня зовут госпожа Рэнди, я буду у вас вести историю параллельного мира. Поскольку я прожила там почти всю свою жизнь, именно меня попросили вести этот предмет. Да, студент?.. – обратилась она к кому-то за моей спиной.
Обернувшись, я увидела светловолосого оборотня из волчьих в аквамариновом, поднявшего руку. Услышав обращение к себе, он встал.
– Студент Маритин, – представился он. – Госпожа Рэнди, в методичке написано, что этот предмет будет вести госпожа Миранда. Вы ее заменяете?
– Нет, студент Маритин. Миранда – это мое полное имя, но я его не очень люблю. Поэтому будьте добры, обращайтесь ко мне только Рэнди, и никак иначе. Это всех касается.
Из дальнего угла раздался насмешливый хмык, наша преподавательница бросила в ту сторону быстрый укоризненный взгляд, но больше никак не отреагировала и продолжила:
– Я не профессиональный преподаватель, зато у меня есть обучающие фильмы, и вот они-то сделаны как раз профессионалами. А я их для вас перевела. На каждом уроке мы будем смотреть фильм, а потом обсуждать увиденное, если у вас будут вопросы, я буду на них отвечать. Всем все понятно? Да, студентка?..
– Студентка Шейра! – бодро доложила рыженькая оборотница из лисьих с явной примесью эльфийской крови. – Нам не выдали учебника или методички по этому предмету. Нужно ли будет вести конспект? Как именно будет проходить экзамен?
– Предмет новый, экспериментальный, экзамена по нему не будет, только зачет. Для его получения требуется не пропускать занятия без уважительной причины и не спать на них, – и снова взгляд в тот же угол, – даже если что-то покажется вам скучным и неинтересным.
– Сомневаюсь, что кто-то уснет, когда будут показывать иномирную иллюзию, да еще и бесплатно, – шепнула я так, чтобы услышали только мои животные, но с соседней парты раздался едва слышный смешок.
– Итак, начнем. – Рэнди отошла в дальний угол и уселась прямо на стол мужа.
Пока она шла, шторы задвинулись, закрывая солнечный свет, а в классе слабо зажглись светильники, не позволяя комнате погрузиться во тьму полностью, создавая легкий полумрак. Над преподавательским столом в воздухе завис экран, не такой большой, как в ратуше, размером метра два в ширину, не больше, а на нем, в темноте, возникли разноцветные точки и разводы.
Голос Рэнди стал пояснять происходящее на экране, причем шел он от самого экрана, а не от угла, куда она ушла. Оказывается, историю иного мира нам решили поведать с самого начала – с большого взрыва в огромной пустоте, называемой космосом, после которого на свет появилась наша вселенная, а потом галактика со смешным названием «Молочная дорога». Потом на краешке этой «дороги», которая больше была похожа на пирожок, из газа сформировалось наше Солнце – а точнее, уже не наше, но Рэнди пояснила, что до определенного момента развитие наших миров полностью совпадало, и все, что мы сегодня увидим, можно считать историей и нашего мира тоже.