Страница 21 из 112
– Редко. Молочное иногда. Понимаешь, Ноппи у меня всего полгода, а прежняя жизнь у нее была очень нерадостной, в том числе и в плане еды. Хозяйка кормила ее одним сухим кормом, пришлось даже к целителю обращаться. И сейчас я позволяю ей есть то, что нравится, а она обожает бекон. Пусть наслаждается.
– Бедняжка. – Я не очень поняла, что такое «сухой корм», то ли сухари, то ли сырая крупа вместо каши, но звучало жутко. – Неудивительно, что она все время прячется у тебя за пазухой.
– Это пока. Здесь для нее все новое и непривычное, потому пугающее. Вот освоится, уже не будет прятаться. Но от меня она не отходит, боится, что я исчезну, и она снова окажется у прежней хозяйки.
– Она меня обижала, – раздалось из-за пазухи с тяжким вздохом. – А Томас меня у нее выкупил. Обожаю Томаса.
И вынырнувшая лысая головка потерлась о подбородок парня.
Впрочем, Ноппи и правда начала потихоньку осваиваться, потому что, вскоре после того, как мы приступили к ужину, она покинула свое убежище на коленях хозяина и забралась на стол, где с интересом принюхалась к миске Мони. Тот тяжко вздохнул, подцепил когтями часть творога и плюхнул в ее блюдце с беконом.
– Ешь, болезная.
– Спасибо. – И Ноппи принялась за творог.
– С чужой тарелки всегда вкуснее, – глубокомысленно покивал Моня, выразительно глядя на миску Клеща. – Так и приучим ее постепенно к другой еде.
– А болезная-то почему? – поинтересовался Томас.
– От хорошего здоровья не лысеют, – с жалостью глядя на кошку в костюмчике уже другого цвета, ответил Моня. – Неудивительно, что ей приходится одежду носить, как вам, бесшерстным. А вот от такого ошейничка я бы не отказался. Красиво.
Я тоже заметила на шейке Ноппи тоненький ошейник с маленькими блестящими камушками. Наверное, дорого стоит…
– Вот закончу академию, получу хорошую работу и куплю тебе такой же, – пообещала своему питомцу. – А пока могу… ну, не знаю, ленточку повязать.
И кивнула на сидящую через три стола от нас девушку в красной форме. На ее столе сидел опоссум с розовой ленточкой на шее, завязанной бантиком.
– Она ж девчонка! – фыркнул Моня, глядя туда же. – Мужчины бантики не носят.
Вообще, в огромной столовой было очень малолюдно. Поступившие абитуриенты, такие, как мы, взятые за силу магии сразу же, «вне конкурса», и не уехавшие на оставшуюся неделю домой, а также те, кто по той или иной причине находился в академии во время каникул – подрабатывающие в приемной комиссии, сопровождающие младших братьев и сестер, как Сайда, или живущие здесь постоянно, как Велона или, в будущем, я – уезжать на каникулы мне было просто некуда, да и не на что. Поэтому занят был максимум один стол из десяти, и то одиночками. Вдвоем сидели только мы – точнее, вшестером, – две эльфийки в дальнем углу столовой и девушка в красном со своим опоссумом.
И в тот момент, как я осматривала столовую, с лестницы в нее шагнул уже знакомый кентавр. Осмотрелся, увидел нас, заметно чему-то обрадовался и направился четко к нашему столику. Ноппи тут же нырнула под стол, к Томасу на колени, мы перестали жевать и с любопытством уставились на приближающегося парня, чьей шевелюре позавидовала бы любая девушка.
– Друг, – замерев в паре шагов от столика, он обратился четко к Томасу, – не выручишь еще раз? Подскажи, как мне найти общежитие с розово-сиреневой крышей. В библиотеке очередь, а так хочется отдохнуть – неделю скакал почти без сна.
– Розово-сиреневая крыша? Так это же наше общежитие! – воскликнула я, но была проигнорирована. Кентавр продолжал вопросительно смотреть на Томаса.
– Подскажу, отчего бы не подсказать. И даже проводить могу, мы тоже там живем. Поужинай пока, потом вместе пойдем.
– Отлично, спасибо. – И парень направился в сторону раздаточных прилавков с едой.
– Погоди, – окликнул его Томас. – А какая у тебя магия? Земля, камни или иллюзии?
– Вне классификации, – обернувшийся кентавр широко улыбнулся.
– Еще один? – ахнули мы хором.
– Это к урожаю, – донеслось из-под стола.