Страница 79 из 164
Гэвин надул губы.
– Получилось бы грандиозное приключение.
– Маленький лисенок. – Сьюэлл оттолкнул
своего сына
Гэвина в сторону и прильнул поцелуем к моей голове. – Сильна, подобно морю.
– Рада видеть тебя в добром здравии,
лорд Сьюэлл,
– прошептала я, прижимаясь к мужской груди.
Сьюэлл поднес палец к губам и снова устроился между детьми.
– Королевский город! – прокричал живой и все такой же грозный Тэйт, оторвавшись от штурвала. Его испытующий взгляд задержался на мне, но лишь на мгновение, а затем он вновь обратился к морю. От всколыхнувшегося напряжения защемило сердце. Нужно было поговорить с ним, но с языка так и не сорвалось ни одного подходящего слова.
Я прильнула к Эрику, обняв его за талию, перевязанную чистыми тканями. Лучи восходящего солнца отражались на переливающихся золотых шпилях, заливали утесы и бухты и сверкали на бледных берегах королевского города.
Эрик прикоснулся к моему лбу долгим поцелуем. Нам не требовалось связывать себя сердечными узами, чтобы любить или читать мысли друг друга, ведь сейчас мы думали примерно об одном и том же.
Мы вернулись домой.
Мерфолки сопровождали Вечный корабль в главный порт города. Их сферические глаза каждые несколько мгновений всплывали на поверхность, обшаривая борт в поисках возможности взглянуть на короля и его команду. Они, столь прекрасные и одновременно пугающие, вызывали благоговейный трепет у присутствующих королевских земных фейри.
Мира ахнула, заметив, как женщина с волосами цвета зеленого мха и кожей, напоминавшей грозовую тучу, ринулась на нее из потока, оскалив остроконечные зубы и застонав печальным голосом.
Похоже, даже мой отец был очарован их переливчатыми плавниками и лукавыми голосами, уговаривающими земных фейри присоединиться к их плаванию.
– Не смей и думать об этом, Джонас! – прокричал Сандер, схватив брата за руку.
– Она такая привлекательная. – Джонас указал на стройную русалку.
– Им нет никакого дела до твоей жизни, как только ты окажешься под приливом, – настойчиво твердил Гэвин, перекидывая тяжелый холщовый мешок через борт в один из небольших яликов, доставляющих припасы в город. – Они влюбляют в себя, а после теряют к жертве интерес.
– Я бы позаботился о том, чтобы она не потеряла интерес.
Гэвин добродушно усмехнулся. Странно наблюдать, как между друзьями и семьей, с которыми я прожила всю жизнь, и моим новым народом возникает некое подобие дружеского единения.
Однако оно не коснулось лишь двоих.
Даж оставался рядом со мной на расстоянии нескольких шагов, но между Эриком и ним образовалась четкая дистанция. Время от времени они кивали друг другу, но не вступали в разговор.
Мне не терпелось узнать все: как Эрик решился отправиться на мою родину и смог вернуться живым; каким образом обнаружил спрятанный остров. Я сгорала от любопытства услышать, что подумал мой отец о тех редких случаях, в которых к его дочери обращались как к королеве.
Но больше всего на свете мне безумно хотелось ускользнуть от посторонних глаз вместе с моим Змеем и коснуться его, обнять, переплести руки и ноги, забыв на мгновение о нашей невыносимой разлуке. Но предстояло еще рассказать о Ларссоне, Арионе и Фион, имевшим некую чудовищную власть над Скади и ее народом.
В итоге Хранитель костей лишь отделался синяками, но не прекратил свою погоню за короной.
Оставалось только догадываться, когда он нанесет очередной удар.
За новым звуковым сигналом последовали радостные возгласы толпы, собравшейся вдоль извилистой каменной дороги. Дети из окон красных двускатных крыш размахивали знаменами Вечного корабля, а женщины развевали белые полотна, призывая своих мужчин вернуться домой.
– Итак, – произнес даж низким голосом, – это и есть Королевство Вечности.
Эрик отступил чуть в сторону, безмолвно предлагая нам побыть наедине, и сделал вид, что занят разгрузкой, одновременно раздавая приказы готовившимся покинуть судно членам команды.
Паутина мощеных дорог петляла вокруг домиков и таверн. На каждом изгибе пути возвышались могучие каменные арки, а со скалистых уступов низвергались громадные водопады. Поросший зеленью холм, обрамлявший ярусы дворца, сиял под лучами солнца, словно королевский город праздновал возвращение своего короля.
– Это королевский город, – произнесла я, взяв отца за руку и склонив голову ему на плечо. – Это… это мой дом, даж.
Он опустил подбородок, закрыв глаза и собираясь с мыслями, а после взял мою ладонь в свою и поднес костяшки пальцев к губам.
– Знаю.
– Это вовсе не означает, что я не скучала по вам всем, – прошептала я, испугавшись ужасной дрожи в собственном голосе. – Не значит и никогда не значило, что я больше люблю…
– Ливия. – Отец притянул меня к себе, прижимая к груди. – Твой даж все понимает.
Тысяча невысказанных слов уместилась в таком простом ответе: ему было известно, каково это – взять на себя бремя правления королевством, каково это – посвятить свое сердце и душу другому.
И он понимал, что я теперь
не только
его дочь.
– Кареты ждут, любовь моя. – Низкий тембр Эрика вырвал меня из крепких отцовских объятий.
Поколебавшись, Король Вечности окинул взглядом короля Ночного народа, а затем протянул руку мне.
Наблюдавшие со стороны восприняли бы этот момент как нечто обыденное, однако для меня он стал переломным. Мгновение, за которое я освободилась от привязанности к своему отцу, своему народу и прижалась к мужчине, завладевшему каждой частичкой моей души.
Это прекрасно понимал и Эрик, сжимавший мою ладонь в знак поддержки, пока мы добирались до деревянного трапа.
Даж, осознав невозможность возврата к прошлому, держался в нескольких шагах позади меня, присоединившись к Стигу и остальным, словно смирившись с новым местом, откуда мог бдительно следить за своей девочкой, позволяя ей вступить в свои владения.