Очарованная призраками

38

 Мы с Ланселотом наконец покидаем кабинет отца, и я грежу о мягкой постели, но ночь еще не закончилась, и самая жуткая ее часть еще впереди. Но это слишком важно.

 Бессильная Моргана не сможет призвать меч из реки. Она не сможет варить зелья – по крайней мере, не такие, какие являлись мне в видениях. Моргана без магии не представляет угрозы для Артура. Мне не нужно говорить с Нимуэ, чтобы понять: я сделала верный выбор.

 Если я все рассчитала правильно, бессильная Гвен – это тоже хорошо. Сейчас она слишком дикая для камелотского двора. Среди людей пойдут слухи, и их с Артуром захотят свергнуть. Но без магии, подальше от Лионесса, Гвен придется привыкать к новой жизни. Я ненавижу себя за эти мысли, но все равно не могу не думать о том, что так будет лучше: Гвен станет такой королевой, какую ожидает Камелот. Покорной милой леди.

 «Защищай Артура любой ценой», – сказала мне однажды Нимуэ, и тогда я посчитала это несложной задачей. Конечно, я всегда буду защищать его. Я заплачу за его безопасность любую цену. Но когда я принесла эту клятву, я не думала, что платить придется не мне.

 Гвен и Моргана, конечно, тоже росли под крылом Нимуэ и слышали ее слова. Они тоже приносили клятвы. По своей воле.

 Когда мы с Ланселотом приходим в зал, там все уже заняты работой: Артур листает одну из книг заклинаний Морганы, Гвен носится по периметру комнаты с веревкой в руках. Она совсем короткая – пригодится лишь для того, чтобы перекинуть ее через запястья. Связать ее.

 Моргана замерла в кресле у окна, сложив руки на коленях – как прилежная девочка. Лишь как следует приглядевшись я понимаю: ее пальцы сильно стиснуты, костяшки уже побелели.

 «Может, нам стоит еще раз все обсудить», – проносится в моей голове, но я молчу.

 Мы уже обсуждали это – так много раз, что я знаю ответ и чем все закончится. Нет нужды надеяться на иной результат.

– Нашел заклинание? – спрашиваю я у Артура.

 Он перелистывает еще парочку страниц и кивает. Он колеблется, и я этому рада. Я хочу, чтобы ему тоже было больно, чтобы он знал, чем жертвуют ради него его сестра и его жена.

– И они рассказали тебе о своем договоре? – допытываюсь я.

 Артур снова кивает.

– Достойный договор, – отвечает он голосом короля, который будет использовать на совещаниях и в речах, но не в разговорах с друзьями.

 Моргана фыркает.

– Что же в этом достойного? Давайте уже закончим, пока я не передумала.

 Я не уверена, что она шутит.

– Что я должна сделать? – спрашиваю у нее.

– Это сложная магия, эти узы, – отзывается Моргана. – Не такая сложная, как то, что я сделала с луной, но одному с этим не справиться. Я объяснила Гвен, как именно черпала у тебя силу… ты ведь себя после этого нормально чувствуешь, так?

 Я киваю.

– Усталость навалилась, только и всего. Ночь поспала – и в порядке.

– Хорошо, – подает голос Гвен. – Будет не так сложно, но постарайся потом хорошенько отдох-нуть.

– К счастью, мы уже в твоей комнате, – улыбается Моргана, не сумев скрыть в этой улыбке напряжение. – Когда все закончится, уложим тебя в кроватку и колыбельную споем.

 Мне не стоит смеяться, но сдержаться не получается. Кажется, этого Моргана и добивалась, потому что улыбка ее становится довольной.

– Артур, Ланс, вам лучше отойти. Не вздумайте прерывать заклинание – эта магия может быть болезненной, мы будем сопротивляться, но все же. Если его прервать, то обратное заклинание уже не сработает.

 Артур меняется в лице, но кивает и передает Моргане открытую книгу. Они с Ланселотом отходят в дальний угол комнаты.

 Гвен перехватывает веревкой запястье Морганы и свое тоже, а потом Моргана переплетает пальцы с моей свободной рукой, и комнату наполняют ароматы жасмина и апельсинов. Гвен тихонько выдыхает, словно ударилась мизинцем или поняла, что забыла снять с огня чайник. А потом все заканчивается.

– Сработало? – спрашивает Артур.

 Гвен хмурится, но кивает. Сейчас она похожа на ребенка, который потерялся в огромном незнакомом лесу.

– Я… да. Да, сработало. Не знаю, как это объяснить, но я это почувствовала.

– Мы вернем ее тебе, – напоминает ей Моргана, но Гвен тут же отмахивается.

– Я знаю. Все в порядке, правда. Было не так больно, как я ожидала.

 Я знаю, что она врет. И остальные тоже. Гвен отвязывает веревку, освобождает свое запястье. Артур молча протягивает ей руку, и она хватается за нее, как утопающая за плот. Гвен позволяет прижать ее к себе и обнять за плечи. То ли поддержка, то ли тиски – понять трудно.

– Эл… – Моргана придерживает меня за руки, не давая упасть.

Я только сейчас понимаю, что у меня кружится голова и я чуть не свалилась в обморок, прямо на пол. Трясу головой и выдавливаю из себя улыбку.

– Все в порядке. – Отхожу от нее и снова беру ее за руку.

 На этот раз она связывает веревкой наши руки.

 Когда она затягивает последний узел, голова моя перестает кружиться, но все еще болит.

– Можем сделать перерыв, – предлагает Ланселот. – Чтобы отдышаться.

– Лучше не стоит. – Трясу головой, а потом улыбаюсь ему. – Лучше побыстрее со всем разобраться.

– Если ты уверена, – произносит Моргана.

– Уверена, – отвечаю я.

 И я в самом деле уверена – до того мгновения, когда Моргана начинает тянуть из меня магию. Уверенность тут же исчезает. Ароматы жасмина и апельсинов снова наполняют комнату, но теперь я чувствую и способности Гвен тоже: трава после грозы и толченые листья розмарина. Ароматы смешиваются, и меня начинает тошнить.

 Моргана не охает. Она вообще не издает ни звука – лишь смотрит прямо в мои глаза, и я вижу, как по ее щеке скатывается одинокая слеза. Когда ритуал заканчивается, Моргана развязывает узел, и я жадно хватаю ртом воздух – так жадно, словно я только им и смогу насытиться. Голова плывет, зрение туманится, и вскоре я перестаю понимать, где я и как здесь очутилась. Я лишь чувствую руки на своей спине, на своих ладонях. Меня поднимают и несут, кладут на мягкую постель, накрывают одеялом.

 Я слышу голоса – не слова, а лишь бормотание. И когда все вокруг меня чернеет, я вдруг различаю тихий, сломленный голосок Морганы.

– Я больше не ощущаю ее, – шепчет она. – Ее нет. Ее в самом деле нет.

 Прихожу в себя на рассвете: бледный свет льется сквозь окно, и на мгновение я забываю, где я и что случилось. Еще через какое-то время понимаю: в комнате я не одна.