Осколок рая

10

Повар Маленького Рая – переживший кораблекрушение старый моряк по имени Том Гатри – начал задыхаться первым. Его лицо порозовело, затем вообще покраснело, и он схватился за горло. Часовня быстро наполнилась хриплыми вздохами и неистовым размахиванием руками и ногами. К тому времени, когда Гатри начал кашлять кровью, остальные взрослые либо уже валялись на полу, либо шатались с широко раскрытыми глазами, пока их гортани постепенно сужались.

Увидев это, Эймос с облегчением понял, что сделал правильный выбор. Сначала он рассматривал препарат для уничтожения сорняков, но в итоге остановился на средстве для очистки канализации. Как оказалось, это был мудрый выбор. Средство от сорняков «Эммейт» от «Дюпон». «

Лучше нет средства улучшить вам жизнь

… с помощью

ХИМИИ!» –

гласил слоган на этикетке. Эффективно против токсикодендрона, сумаха и плюща. Чарли Фейрвезер предложил купить целую упаковку этого средства – лучше поливать землю этой дрянью, чем каждый раз бегать в цивилизованный мир за лосьоном от чесотки. Вчера Эймос пробрался в сарай с инвентарем и внимательно прочитал состав на упаковке. Действующим веществом был сульфамат аммония. Боже, это, конечно, звучало опасно… Он положил пригоршню крупных белых кристаллов в бумажный пакет и отнес на кухню, где смешал с подслащенной водой. От напитка исходил сильный запах. Эймос сомневался, что это согласятся выпить, даже с сахаром. Он разрезал картофелину пополам и посыпал ее сочащуюся мякоть сахаристым средством для борьбы с сорняками. Реакция была умеренной: только легкое шипение. Нет, не подойдет.

После этого удручающего теста Эймос порылся под кухонной раковиной и нашел галлонную банку средства для очистки стоков. Гидроксид натрия. Вот это звучало многообещающе. Он прочитал предупреждение на этикетке:

затрудненное дыхание из-за отека горла. Сильные ожоги и повреждение тканей. Рвота. Быстрое снижение артериального давления. Ухудшение зрения

. И в конце:

не применяйте уксус или лимонный сок. Это вызовет более сильное жжение.

Он смешал чистящее средство с водой с сахаром. Получилась густая пена. Запах был не слишком сильным. Эймос вылил полученную смесь на картофель. Она зашипела, превратив картошку в крахмалистую жидкость. Чудесненько! Он определился с выбором.

Эймос стоял за кафедрой, пока его прихожане пили ядовитый напиток. Большинство выпивали его залпом. Некоторые морщились, будто принимали горькое лекарство, но возражать не осмеливались… Это было не так уж странно. Когда он еще жил в городе, то видел бродяг, хлебавших технический спирт, лак для волос или еще чего похуже.

После первой волны удушья Эймос осмотрел толпу. Глаза Вирджила Свикера расширились от шока. Преподобный спустился с кафедры под мучительные хрипы своих поклонников и вытащил из-за пояса Вирджила пистолет – маленький и тяжелый, в руках Эймоса он ощущался как самое могущественное оружие в мире. Вирджил даже не попытался его остановить. И молодец.

Надрывные крики детей отражались от потолочных балок. В их «Кул-Эйд» был подмешан сильнодействующий барбитурат. Много лет назад Нелл Конкрайт призналась Эймосу, что страдает от ночных кошмаров, в которых клыкастые твари пожирают ее детей прямо у нее на глазах. Врач прописал ей успокаивающие препараты повышенной эффективности. Таблетки, которые она принимала, могли бы усыпить даже слона. Накануне Эймос велел Вирджилу забрать пузырек с таблетками из ее барака. Он только надеялся, что это не погрузит детей в вечный сон…

Дети пронзительно кричали, а их родители метались по комнате, открывая и закрывая рты, как рыбы, задыхающиеся на дне лодки. Взгляды взрослых были полны страха. У многих из них глаза налились кровью из-за сильной рвоты, начавшейся бесконтрольно вскоре после того, как они проглотили отравленный напиток. Сначала пошла пена цвета самого дешевого вина, но со временем она становилась все более густой, приобретая насыщенный красный оттенок крови. Многие из прихожан выхаркивали слои ткани собственного горла – те вываливались у них изо рта влажными тряпками и, дымясь, падали на пол часовни.

– Люди! – закричал Эймос. – Вы должны выпить противоядие! Примите Божье лекарство!

Он сунул руку под тележку и достал поднос с пластиковыми стаканчиками, наполненными прозрачной жидкостью. Прихожане, услышавшие его голос – те, кто еще не бился на полу, – в муках направились к нему. Первым был Лео Герсон, кривоногий мужчина с рябым лицом, которое сейчас было красным. Его шея распухла, как будто кто-то запихнул ему в глотку бьющегося кота. Он взял два стаканчика: второй – для своей жены, которая лежала на полу между скамьями, выставив ноги в проход. Ее скромное платье без узоров было задрано, открывая огромные, но все еще скромные белые хлопчатобумажные трусики. Герсон поднес стаканчик к губам; его руки так тряслись, что он пролил немного на подбородок. Потом мужчина повернулся к жене – и тут его ноги внезапно подкосились. Он рухнул на пол, корчась от боли. Семь или восемь других прихожан отпили из чашек, и никто из них не заметил резкого запаха белого уксуса. К тому времени, как они выпили все залпом, Лео сумел доползти до своей жены. Пол за его спиной был заляпан кровью и дымящимися кусками мяса. В церкви стоял отвратительный запах – вонь подкисленной плоти. Вирджил беспомощно уставился на Эймоса.

– Что, черт возьми, ты с ними сделал?

– Я очистил их души.

Нелл Конкрайт стояла посреди прохода. Ее лицо приобрело сердитый багровый оттенок, горло вздулось, как будто она проглотила бейсбольный мяч. Ее муженек, благочестивый брат Конкрайт, сидел опираясь на скамью. Его ягодицы были обращены к Эймосу, и преподобный увидел темное пятно на брюках этого благочестивого человека. Восьмилетняя дочь Нелл, пронзительно крича, прижалась к ноге матери. Нелл нежно гладила девочку по лицу, как будто точно знала, что происходит. Она откашлялась, и откуда-то из глубины ее живота вырвались густые комки; эти образования извивались у нее во рту, как черви, и падали на пол влажными брызгами. Ее дочь продолжала кричать, но веки девочки оставались закрытыми.

– О боже мой, – сказал Вирджил. – О боже мой…

Эймос схватил Вирджила за воротник и встряхнул так, что у того застучали зубы.

– Пути назад уже нет! – Он направил пистолет Вирджилу в грудь. – Сейчас не время расслабляться. Если ты отказываешься мне помогать, брат Свикер, боюсь, ты мне мало чем можешь быть полезен.

Вирджил уставился на него, разинув рот.

– Ладно… – Он ошеломленно кивнул.