Осколок рая

– Обыщите территорию, – решительно повторил он. – Я должен испросить совета у Господа Бога нашего и попросить Его наставления.

Собравшиеся неохотно разошлись. Анна Расмуссен посмотрела на него через плечо ядовитым, полным ненависти взглядом. Эймос представил, как его руки обхватывают ее горло и сжимают до тех пор, пока глаза женщины не наливаются кровью…

– Сирил тоже пропал.

Эймос повернулся и увидел, что рядом с ним стоит Вирджил Свикер.

– Что?

– Сай… – Вирджил выглядел испуганным. – Нигде не могу его найти.

Рот преподобного наполнился горькой слюной. Ему с трудом удавалось сдерживать нарастающую панику. Хотелось закричать, чтобы выпустить ее на свободу.

– Если его там нет, то кто же тогда следит за мальчиком?

Не обращая внимания на ошеломленное молчание Вирджила, Эймос пошел через площадь, очень стараясь не переходить на бег. Вирджил следовал за ним по пятам. Они торопливо дошагали до хижины, где держали Илая Рэтбоуна.

Стул Сирила пустовал. Эймос глубоко вздохнул и отпер навесной замок.

В хижине никого не было. Лишь гнилостное зловоние осталось от исчезнувшего тела мальчика. Эймос снова закрыл и запер дверь.

– Держи рот на замке, – велел он Вирджилу, и тот послушно кивнул.

Эймосу нужно было придумать план, причем быстро. Он прикинул варианты.

Во-первых, можно сказать, что дети решили покинуть Маленький Рай. Но никто не согласится оставить этих маленьких ублюдков блуждать в лесу…

Во-вторых, можно обвинить кого-нибудь в похищении всех четверых детей. Найти козла отпущения… в данном случае – козлов. Эймос уже знал, кто это будет. Он наклонил голову, будто пытаясь уловить пронзительное блеяние козлов, наиболее подходящих для его целей. Тех, чьи шеи он мог легче всего перерезать.

– Иди к чужакам, – сказал он Вирджилу. – Не дай им уйти…

…Тем временем на территории комплекса шли лихорадочные поиски. Прочесали все помещения, но детей не нашли. Впрочем, когда все вернулись на площадь, Эймос уже подготовился.

– Я беседовал с Господом. И услышал Его Голос, чистый и незамутненный.

Выражения их лиц изменились: из испуганных, возможно даже слегка недоверчивых превратились в восторженные. Даже в красных глазах этой стервы Анны Расмуссен заблестела надежда. Они хотели получить ответы. Ничего больше таким людям и не нужно – лишь бы им дали хоть какой-то ответ и не заставляли думать самостоятельно.

– Зло пришло извне, – сказал он. – От тех, кто нечист сердцем и духом. Мы открыли им дверь, как и положено добрым и богобоязненным людям, а они отплатили нам за доброту злобой самой глубокой и ненавистной природы.

Он указал на хижину, которую делили английский педик и тощая женщина.

– Они. Они – зло, снизошедшее на нас, как чума.

В данных обстоятельствах это было лучшее и наименее рискованное решение, которое Эймос мог принять. От Сирила и Вирджила, которые подслушивали разговоры прихожан, он знал, что его паства с подозрением относилась к чужакам. Значит, люди с радостью поверят в эту историю, поскольку давно желают, чтобы это было правдой.

Преподобный наблюдал за лицами прихожан. Пот струйками стекал по его шее и пропитывал воротник. Он много лет трудился, чтобы заставить этих людей себе подчиняться. Они доверяли ему… во всяком случае, до недавнего времени.

И постепенно на их лицах начало отражаться понимание. Они были согласны. Да, конечно: зло, как и всегда, таилось в сердцах людей. И четверо чужаков пришли издалека, принеся с собой страшное проклятие. Они были троянским конем самого дьявола. Маленький Рай принял и приютил их, и вот чем они отплатили за добро. Людям преподобного нужна была цель, на которую они могли бы направить свои ярость и страх. Что ж, Эймос им это предоставил.

– Взять их, – сказал он.

…Эбенезер наблюдал за утренними событиями с нарастающим чувством обреченности.

Он вскочил с кровати, услышав панические крики. Встал на обе ноги – лодыжка болела уже куда меньше, и он мог почти полноценно на нее опираться. Они с Эллен наблюдали, как перед домом преподобного собираются люди. Эб открыл дверь и прислушался. Эллен встала рядом.

– О боже, – прошептала она, расслышав, как жители Маленького Рая рассказывают преподобному о новых пропавших детях. Но ее племянник не был одним из них: мальчик стоял рядом со своим сгорбившимся отцом.

Эллен сказала Эбу, что хочет помочь с поисками.

– Ты должна. Хотя бы морально их поддержишь, – сказал он. – Но я не пойду.

– Почему?

– Моя лодыжка…

– Все с ней хорошо, – возразила Эллен. – Ты уже нормально ходишь.

– Да, но я не хочу, чтобы они об этом знали.

– Почему?

Эбенезер подумал, не процитировать ли ему Сунь-цзы, но решил не делать этого. Эллен сказала:

– Ладно, дело твое.

Она начала натягивать сапоги, но тут появился Вирджил – более придурковатый из двух цепных псов преподобного.

– Никуда ты не пойдешь, – объявил он.

– Почему?

– Приказ преподобного.

После этого комплекс обыскали, но детей не нашли. Прихожане вернулись на площадь; Эбенезер встал у закрытой двери, пытаясь уловить, что говорит преподобный.

– Полагаю, что для нас это плохо кончится, – сказал он Эллен.

В окно хижины они видели преподобного, указывающего в их сторону. Группа прихожан стала приближаться к ним. Затем дверь распахнулась – и толпа обитателей Маленького Рая ворвалась в хижину.

Краснолицый мужчина бросился на Эба; получив пинок по колену, он вскрикнул и шарахнулся в сторону, но сзади подоспел другой парень и ударил Англичанина по лицу. Господи! Не очень-то по-христиански, а? Эбенезер обернулся и увидел Эллен, придавленную массой тел. Ее выволакивали на улицу. Человек, ударивший Англичанина, снова надвигался на него – огромный, со злобным блеском в глазах. Эб догадался, что это отец пропавшей девочки. Мужчина прижал руки Эбенезера к бокам. Тот ударил его коленом в живот, чувствуя себя немного неловко от необходимости избивать горюющего человека. В то же мгновение жители Маленького Рая бросились на него. Англичанин продержался довольно долго, но в конце концов они повалили его на землю и били до тех пор, пока он не почувствовал вкус собственной крови, а затем выволокли на яркий утренний свет.

– Вы забрали детей, – сказал преподобный. – Четверо из вас спланировали это, а двое других исполнили. Сейчас они держат их в заложниках, не так ли? Вы действительно думали, что мы вас не поймаем? Господь пролил свет на ваши планы!