Страница 30 из 68
– Вполне осуществимо, – бабушка, устав стоять, села в кресло. – Вот и правдоподобное объяснение готово: сорвалась со скалы в водопад, понесло течением, чудом спаслась, но, ударившись головой, забыла свое имя и всех нас.
– Лучше бы я вас и не знала, – прошипела я. – На смерть отправляете. В водопаде не меньше десяти метров. А вдруг на самом деле головой ударюсь, захлебнусь и не выплыву?
– Не бойся, сестра! – меня по–дружески хлопнул по спине Оливер. Я скривила лицо – у него была тяжелая рука. – Мы с этого водопада не раз сигали. Это ты своему Теодору будешь плести, что сорвалась с высоты, когда в скалах эдельвейсы собирала. А на самом деле спрыгнешь со ступеньки. От нее до воды не больше трех метров. Только воздух заранее набери, чтобы под стеной проплыть.
– Ага, – близнецы оскалились в улыбке. – Проплывет! Как раз плюнуть.
– А если будет страшно прыгать, мы тебя подтолкнем, – пообещала мама.
– Мама, и ты?! – я задохнулась от негодования.
– Чего только ради счастья не сделаешь, – успокоила меня бабушка. – Тем слаще будет победа. Я бы сама повторила все то, что когда–то сделала, чтобы сердце твоего деда завоевать. Тогда мост ураганом сорвало, а я по канату, перекинутому с башни на башню, прошла, лишь бы не дать ему жениться по незнанию на другой. У меня в запасе всего одна ночка была. А внизу пропасть метров пятьдесят, а на небе луна. Он как увидел меня с двумя веерами в руках – красивую, тонкую, сразу обо всех других девицах забыл. Правда, потом пришлось бой выдержать сразу с тремя. Меня его бывшая невеста с подружками подкараулила. Эх, интересное было время…
– Ведьмы Ирби самые отчаянные в мире, – не без гордости заявил отец.
Во сне я несколько раз видела, как сигала с высоты в бурлящую воду, а потом задыхалась под крепостной стеной. Просыпалась от собственного крика и вся в поту.
На следующий день операцию разбирали уже детально. Вплоть до того, как я должна сложиться в прыжке и что надеть, чтобы не запутаться в одежде. Я свыклась с мыслью, что по реке попаду в замок, и было уже не так страшно.
– Верь, проведение не допустит твоей гибели, – бабушка рассовывала по карманам штанов, в которых мне предстояло сигануть в воду, обереги. – Думаешь, мне не страшно было лезть на тот канат? Но я знала, впереди меня ждет счастье…
– Зато уже завтра увидишь Теодора, – увещевала мама, спарывая с нижнего белья мои инициалы и пришивая покрепче пуговицы, чтобы рубашка не расползлась на груди, когда меня потащит течение.
– Уже завтра? – ужаснулась я.
– А чего тянуть? Тебе еще проклятие с него снимать, – мама зубами перекусила нитку.
– А мы пока начнем к свадьбе готовиться, – поддакнула бабушка.
Я не стала слушать, что еще они придумают. Побежала к себе. Мне срочно нужно было чиркнуть записку Габриэлю и отправить ее баронессе до заката.
«Захват крепости начинаю завтра с восходом солнца. Вылавливай меня из реки. Сделай вид, что удивился. Все должно выглядеть натурально. Постарайся, чтобы рядом оказались свидетели моего «случайного» проникновения на территорию замка. Записку сразу после прочтения сожги. Ф.»
Сбегав в конюшню, я послала в Дальгер старого конюха. Он, в отличие от молодых слуг, не завалится в кабак, чтобы приятно провести время, а то и вовсе забыть, зачем его отправили в приграничный город.
Ночью я спала спокойно и без сновидений: бабушка постаралась, поколдовала надо мной. Утром кормить не стали, чтобы не стошнило в ответственный момент. Провожать отправились в огромном тарантасе всей семьей. Подкрались к водопаду, прячась за скалами и кустами. По камням лезли все, кроме бабушки. Я даже поверила, что мама собирается толкнуть меня в спину, если я вдруг струшу. Но я не трусила. Я ни перед чем не остановлюсь, чтобы стать счастливой.
Водопад оглушал шумом и пугал пенной чашей, в которую устремлялась ледяная вода. Перед самым прыжком вдруг подумалось, что я была бы в стократ счастливее, если бы в предсказании вместо одного имени значилось другое.
– Мам, – я повернулась к родительнице. Она поспешно убрала руки за спину. – А что если я сниму проклятие в лорда Теодора, а выходить за него замуж не буду? Вдруг проведение смягчится и не накажет меня?
– Все еще думаешь о Габриэле? – мама нахмурилась. Нам приходилось кричать, чтобы услышать друг друга в грохоте водопада.
– Постоянно!
– А ведь не должна. Я тебя уже три дня как отпаиваю отворотом.