Страница 59 из 150
, заставляют задуматься о людях и их способностях.
— Мигель, — я вытягиваю ногу и постукиваю по его бедру. — Мигель…
— Что, Чарльз? — он смотрит сначала на мою ногу, а потом мне в лицо.
“Кто-то стучит в дверь. Пойди проверь”.
— Ты боишься? Наверное, это парни. — Он смотрит на свой телефон. — Прошло почти три часа... наверное, это они. Перестань вести себя как трус.
— Но у них был бы ключ. Так зачем им играть с дверной ручкой? Пойдём, проверим.
Он смотрит на меня и тяжело вздыхает. — Ладно, Чарльз, давай.
“Я?”
— Да, пошли, — он останавливает шоу и встаёт, увлекая меня за собой. — Ты трусиха, и я хочу доказать тебе, что бояться нечего.
“Я думаю, что останусь здесь”.
“Нет, поехали”.
Мы подходим к двери, и он открывает её. Там никого нет, но я знаю, что слышала. Он выходит на улицу, смотрит налево и направо. Никого.
“ Чарльз, серьезно, там никого нет. Он закрывает дверь.
Мы оборачиваемся, и видим, что кто-то стоит в проёме кухонной арки. Мы видим только силуэт. Мне нужно было оставить там свет включённым.
Не знаю, кто закричал громче, Мигель или я. Но я предполагаю, что его инстинкты наконец взяли верх, потому что он шагнул вперёд и схватил ближайшую к нему вещь — хоккейную клюшку Остина.
— Чарльз, уходи, — шепчет он через плечо, прежде чем обратить внимание на незваного гостя. — Кто ты, чёрт возьми? Выйди на свет — покажись.
— Рада видеть, что тебя защищает такой сильный парень, тыковка. — Человек заходит в прихожую. — Милая, положи хоккейную клюшку. Не думаю, что ты когда-нибудь ударишь меня — ни при каких обстоятельствах.
“Мама?” Я выглядываю из-за спины Мигеля.
Мигель бросает взгляд на меня и мою маму, опуская палку.
— Что ты здесь делаешь? — Я подхожу к ней. — Как ты сюда попала? Что ты здесь делаешь? Где папа?
С другой стороны двери доносятся смех и разговоры. Это парни, и я не хочу, чтобы они встретились с моей мамой. О боже, что сейчас происходит?
Дверь открывается, и входят ребята с моим отцом. Должно быть, мне это снится, вот и всё. Наверное, я заснул, пока смотрел телевизор с Мигелем, это единственное разумное объяснение происходящему.
Я щипаю себя снова и снова, но не просыпаюсь. Чёрт возьми, это по-настоящему — это происходит на самом деле.
— Привет, тыковка, — папа наконец замечает меня и крепко обнимает.
— Папа, пожалуйста, скажи мне, что это какой-то сон. — Я стою неподвижно, напряжённо.
— Это не сон, тыковка. Мы с твоей мамой проделали весь этот путь, потому что нам сообщили, что с тобой и школой что-то происходит.
— Подожди с этим, милая. Мне нужно в туалет. Куда идти? Моя мама откашливается. Остин предлагает показать ей, где это.
— О, тыковка, в следующий раз запри заднюю дверь, а то незнакомцы могут просто войти и убить тебя, — она качает головой и поднимается по лестнице вслед за Остином. Теперь я знаю, как она попала внутрь. Я никогда не запирала дверь после ухода Волка.
“Итак, папа, кто тебе звонил?”