Страница 58 из 164
- И из-за этого тоже! – согласился Васильев.
Когда машина подъезжала к дому, где жили Васильевы, Сергей попросил остановить немного загодя: захотелось прогуляться. Скрупулезно отсчитав таксисту все до копейки – по счетчику, он вышел и «напутствовал»:
- Гуляй, бродяга, пока ветер без камней!
Через заднее стекло автомобиля успел заметить, как водила, покрутив головой, сплюнул в боковое и рванул куда подальше от сумасшедшего «мента».
«Бойтесь меня, урки, я злой и страшный Каа!», — усмехнулся про себя Серега, — «Нервишки, что ли, подлечить требуется?».
Васильев осмотрелся. Точнее, осмотрелся сейчас именно Плехов – было интересно. В Тюмени Евгению бывать приходилось, по работе. Но ведь как бывать? Прилетел, вышел из аэропорта Рощино, сел в такси, уехал в гостиницу. Потом от гостиницы, тоже на такси – до места работы. Два-три дня, ладно, пусть – неделю и назад, в Москву. Город видел только из окна машины. А в спальных районах и вовсе не бывал.
Здесь и сейчас строили комплексно. Что это значит? А значит, это, что при планировке рассчитывают, сколько домов сюда войдет, сколько жильцов в них будут жить, а уже от этого – сколько потребуется детских садов, школ, учреждений дополнительного образования. Медицина, опять же: поликлиники, аптеки, больницы даже. Ну и торговые точки: продовольственные, промтоварные. Объекты культуры – Дома и Дворцы культуры, всяческие школы искусств. Сюда же и спорт: спортшколы, стадионы.
«В общем – масса всего. Расчетов, расчетов – «ужос-нах!». Зато людям комфортно жить было. А потом-то – точечная застройка, когда всем плевать, что тесно будет, что скверы и парки уничтожают, озеленения нет, что спортгородки и детские площадки уходят в небытие. М-да… Долбоебы, сэр!».
Из памяти Васильева-старшего было известно, что и ширина междомовых проездов, а также улиц и площадей рассчитывалась, исходя уже не из комфортности проживания, а из более серьезных и невеселых причин: подготовка к возможной глобальной войне. Улицы и проезды должны были быть отнесены от строений на треть высоты зданий – на случай частичного или полного разрушения города. Транспортные магистрали обязаны работать в любом случае, даже если вокруг одни руины, нельзя терять время на расчистку дорог. Вот и получались в новых городах Союза широченные улицы и площади.
«Количество магазинов и их площади рассчитывались от численности населения: сколько этот магазин сможет обслужить народа, если снабжение будет переведено на нормированные «рельсы». По карточкам, как в войну. Чтобы и обслужить могли, и ажиотажа лишнего у горожан не создавать: зачем без причин злить и так ошарашенных происходящим людей? Рассчитаны были цифры, население – приписано к тем или иным объектам. Здесь и упомянутые магазины, и медучреждения, и те же бани, кстати!».
«Коммунисты, говорите, были дураки? Ага, ага… Как бы ни так! Дедушка Ленин говорил: «Социализм – это учет и контроль!». Вот и старались все учесть, предусмотреть, рассчитать. Не всегда получалось правильно – людям свойственно ошибаться, иногда выходило и вовсе – через жопу, ведь головотяпство тоже никто не отменял, но по большей части была проведена огромная работа. Просто немыслимо огромная!
Еще – кстати! Отсюда и прописка людей по месту жительства, ведь как проводить расчет, если не знаешь, сколько людей у тебя живет на территории? А лая-то сколько было у демшизы, сколько визгов и воплей: «ГУЛАГ! Крепостное право! Деспотия и тирания!».
Дебилы, блядь! Самые настоящие идиоты. Но среди этих идиотов – к ворожее не ходи – прятались те, кто прекрасно понимал, зачем вся эта структура создана, и ставил себе цель разрушить ее, парализовать ее работу.
На особый угрожаемый период и на случай начала конфликта было определено, сколько людей должно остаться в каждом городе, чтобы выполнять все предназначенные функции: работа предприятий и организаций, а также их жизнеобеспечение. Остальных: стариков, детей, других людей, которые не были задействованы в производстве – в сельские районы областей. В эвакуацию, чтобы не попали под удары вероятного противника. И здесь тоже – кого, куда и как вывозить, ведь группы эти маломобильны. Далее – куда и как расселять. И опять – расчеты, расчеты, расчеты.
Нет, ребята! Коммунисты были вовсе не дураки. И Правительство Союза думать и работать умело. Не идеально, конечно, но где он, тот идеал? Нет его и никогда не будет. А кивать на Запад – это ума не иметь, либо ничего про тот Запад не знать. Там своих… «В каждой избушке – свои погремушки!». Проблем на Западе хватало своих, и придурков у власти – тоже хватало.
Но ведь пытались же рассказывать людям, что ничего хорошего там, за границей, нет. Пытались, но, видимо, плохо пытались. У «рупоров Перестройки» получилось лучше. Некоторые причины понятны, но… Бесполезно их перечислять: историю с пути не свернешь, она, сцука такая, всегда по-своему в будущее лезет!».
Все это Васильев-старший знал. Знал, ибо всю жизнь свою – так или иначе – был к этому причастен. На местном уровне, конечно. Поначалу, будучи участковым, сам участвовал в многочисленных мероприятиях-учебах по гражданской обороне, как в милиции, так и на предприятиях, расположенных на его административном участке. Потом, будучи начальником отделения, уже работал в разных комиссиях, составлял разные планы по Единой дислокации постов и маршрутов, расстановке сил и средств. А уж начальником милиции общественной безопасности, сиречь заместителем начальника РОВД, и вовсе был одним из главных исполнителей всех этих планов. Сам начальник РОВД – без вопросов – входил в пятерку лиц, принимающих определенные решения на уровне района.
Только вот Васильев знал и то, что в будущем, имеющиеся и там планы… Как бы сказать помягше… Эти планы под собой мало что имеют. Вот! Пусть будет так. Они должны быть, планы эти? Да. Так они есть, вот они! «Ви хочите их посмотрэть? Извольте!». Только там правды, в этих красиво оформленных стопках бумаг – ни на грош! Ибо нет уже всей той мощи государства, которая была еще в восьмидесятых. Нет той техники – она сгнила, заржавела, разворована, растащена по углам. Нет обученных людей, которые могут, ибо – профессионалы.
«Ха! Подавляющее большинство населения России в будущем – противогаз-то надеть не сумеет!».