Страница 158 из 164
«Что-то часто она про это говорит. «Ноги раздвинуть», «дам – не дам». Похоже, сама хочет. Или я ошибаюсь? Но попробовать надо. Как раз сегодня никаких встреч не планировал. Ладно, это все после генерала!».
Они отправились в поход по длинным коридорам Управления. Коридоры, лестницы – вверх-вниз, вверх-вниз, и снова коридоры. Встречающиеся им сотрудники, удивленно оглядывали сержанта «при параде». Полянская шла чуть впереди, справа.
«Эк она попой-то крутит! Восьмерочки аккуратные такие получаются. Это она всегда так, или только сейчас, передо мной?».
Особенно волнительно Сереге было на лестницах, когда – «вверх». Шлица на юбке женщины была явно неуставного размера, повыше и открывала оченно завлекательные виды:
- Какие колготки на тебе классные, в цвет загорелой кожи. Ножки – вот прямо дух захватывает! — шепнул он, улучив момент.
Полянская покосилась на него с недоумением, прошептала в ответ:
- Так это же твои… Те, что ты подарил. Васильев. А ты что – совсем не волнуешься? На ляжки он мои пялится… Тебе сейчас перед генералом стоять, а он тут…
Сергей задумался на секунду:
«Ляжки… Нет, здесь не ляжки. Ляжки же они – что? Полные такие, мясистые и тяжелые, здесь же стройные красивые бедра. А про волнение… Нет, ну какой-то мандраж присутствует, но так – легким фоном, не более!».
- А что – нужно волноваться? – как будто в недоумении приподнял бровь парень, — Не знаю… Мне так просто интересно: не доводилось еще у генерала в гостях бывать.
В прошлой жизни Васильеву-старшему в том кабинете сиживать приходилось. Да и не раз: и когда замом назначали, и начальником РОВД, и потом неоднократно — на разных заседаниях высоких комиссий, где председательствовал начальник УВД.
«Генерал, правда, был другой. А может и кабинет сейчас совсем не тот? М-да… Нет, ну, правда, интересно!».
Светлана даже приостановилась от удивления:
- Ты, Сережка, какой-то…
- Отмороженный на всю голову? Наглухо отбитый, да? – усмехнулся сержант.
Полянская кивнула:
- Да. Что-то вроде этого. Х-м-м… Надо запомнить эти выражения.
- Ты мне вот что скажи… Мне белые перчатки надевать или нет? – вспомнил Васильев про таковые, засунутые некоторое время назад за парадный ремень чуть сзади.
- Белые перчатки? – опешила Светлана, — Понятия не имею, нужно их надевать или нет.
Васильев все же вытянул сей аксессуар и натянул на руки.
Приемная была та же самая, значит, и кабинет начальника – тот же. Отделка правда отличалась, ну так – другое время, другие материалы, другая мода. Светлана доложилась секретарю – пожилой, ухоженной даме со следами былой красоты на лице.
«Х-х-а… Типичный прием больших начальников: дескать, у меня секретарь настоящий, серьезный, а не «соска» для развлечения. Знаем, знаем… Для развлечений можно и других вызвать, якобы по работе!».
Дама вежливо кивнула и с видом Снежной Королевы, а скорее – ее матушки, прошла в кабинет.
- Проходите! – приоткрыла дверь.
- Здравия желаю, товарищ генерал! – хрипловато доложилась Полянская.
- Здравия желаю, товарищ генерал! – продублировал Васильев.
«Всякого рода сокращения и проглатывание части слов типа «тащ генерал» вместо «товарищ генерал» здесь уже «не канают» — уровень не тот, может быть воспринято как фамильярность, что само по себе – чревато!».
Из-за стола поднялся невысокого роста, коренастый генерал-майор.
«Осипов, Николай Петрович. Назначен примерно год назад. Только-только генеральские погоны получил. Х-м-м… Видно, что еще не привык и периодически косится на расшитую красоту. Кайфует мужик!».
Улыбаясь, генерал подошел к пришедшим.
«Ну вот, что и требовалось доказать… Про секретуток имею в виду: вон он, как ощупал взглядом Светочку. Прямо-таки ощупал, раздел и уестествил. Х-м-м… Как бы у Полянской карьера после этого вызова не поперла в гору: сколько я таких случаев в будущем видел. Да-да… Один из самых известных, это когда у Шойгу советница была в звании генерал-майора. Ага! В двадцать-то шесть лет, красотка девица. Наверное, кубик Рубика во рту языком секунд за десять собирала – как же такую не отблагодарить за… «Стойко переносить все тяготы и лишения службы». И ведь переносили, кисы эти, ох какие они тяготы переносили!
Многие в их сторону плевались и матерились, но… Представьте сами: если бы эти девицы не отсасывали у начальников, не помогали тем сбросить нервное напряжение – какие разносы ждали бы подчиненных?! А так… Поработала девчонка губами и языком, начальник сбросил пар, успокоился и неохота уже ему никого «драть» за упущения в работе, расслаблен он и мягок!».
Васильев рывком стянул белую перчатку и осторожно пожал протянутую генеральскую руку. Начальник осмотрел Серегу, как молодого племенного жеребчика, с усмешкой хмыкнул:
- Хорош, хорош… Гвардеец просто, да, Василий Митрофанович? – повернулся генерал к сидевшему за приставным столом у начальственного места полковнику.
- Да, хорош, товарищ генерал. Неплохо их там, в милицейских частях, муштруют. Хоть сейчас на пост к знамени УВД ставь.
Улучив секунду, пока Осипов возвращался на свое место, Васильев одними губами, уголком рта, спросил Светлану:
- Полковник – кто?
- Карташев, Василий Митрофанович. Зам по службе… — также почти беззвучно прошелестела Полянская.
- Присаживайтесь, товарищ старший лейтенант! – кивнул генерал, указав на один из стульев вдоль стены.
Что характерно, Васильева оставил стоять.
- Ну, товарищ сержант, расскажите о себе, — предложил самый главный областной мент.
«Можно подумать, ты уже в личном деле не прочитал!».
Но куды бечь, пришлось рассказывать. Васильев постарался быть кратким, экстрактным, как сказали бы ранее.
- А почему участковым и почему именно в Кировск? – внезапно прервал доклад полковник-службист.
- Если по порядку, тащ полковник… Участковый – краеугольный камень всей системы органов внутренних дел. Хороший участковый инспектор заменяет собой все службы милиции: он и опер, и следователь – до определенного момента, и профилактик преступлений, и разрешитель, и паспортист, и работник ГАИ, и патрульный… Универсал, если позволите.
Генерал почесал мочку уха, хмыкнул:
- Ну-у-у… Можно, в общем-то, согласиться. А – Кировск?
- Хочу быть самостоятельным, товарищ генерал.
— Значит, бежишь из-под родительского крыла? – засмеялся Осипов.
«То есть, родителей моих он либо знает, либо уже «пробил». Следовало ожидать!».