Страница 157 из 164
Глава 40
Когда в кабинете остались только Васильев и Светлана, женщина с облегчением вздохнула:
- Кошмар какой… Ну, Игорек, ну, телепень! Заварил кашу, черт бы его драл!
- Света… Получается, он из-за меня подставился, — повинился Сергей, — Неудобно получилось.
Полянская отмахнулась:
- Из-за себя он подставился, а не из-за тебя. Нечего его жалеть: сколько раз ему говорили, что нельзя нарушать сложившийся порядок: не просто так все это выдумано. Распиздяй он, Ковалевский, вот и все!
- И что ему сейчас грозит? – все же Васильев чувствовал некую вину перед Игорем.
- Что грозит? Да ничего не грозит. Ну, поцарапает его еще немного наш майор, поцарапает да простит. Тем более, если прием у генерала пройдет нормально. Ой, блин! Чего это я? Мне же еще себя в порядок привести нужно. Это ты у нас – весь из себя красавец, милиционер с обложки журнала.
Женщина выхватила из лежавшей на тумбочке сумочки что-то из косметики.
- Давай я помогу, — Сергей перехватил у Полянской маленькую косметичку, заглянул внутрь.
- Что ты мне поможешь? Подкраситься? – удивилась Светлана.
- Стой смирно, товарищ старший лейтенант! – картинно рявкнул Васильев.
Правда, рявкнул почти шепотом, но тем не менее подействовало: женщина замерла, а Сергей пояснил:
- У меня подружка была… Из Прибалтики. Модная и ухоженная особа. Вот она меня кое-чему и научила. Несколько раз я своей матери помогал макияж наносить, ей понравилось. Да и подружкам ее – тоже.
Объясняя, Серега чуть отодвинулся от женщины, осмотрел ее прищурившись.
- Верхний свет нужно включить, а то темно здесь у вас. Кстати! Вы же так себе зрение сажаете…
- Уже… — чуть слышно хмыкнула Светлана, замерев и затаив дыхание, — У меня и очки имеются, просто я еще не привыкла их носить. Стесняюсь…
- Ну и глупо! Со зрением шутки плохи, сядет, потом хрен исправишь. Так… Вот здесь локон чуть поправим…
Васильев, достав из внутреннего кармана кителя обычную мужскую расческу, выровнял Полянской волосы на затылке, на висках же и чуть выше, наоборот – немного приподнял, добавив объем. Что было хорошо: прическа у женщины была короткая, почти мужская, особого труда не потребовала.
- Ты в пилотке пойдешь? – спросил он у женщины.
- Да вот не знаю. Наверное, до приемной нужно в пилотке, а там – сниму.
Сергей чуть припудрил щечки Светланы, карандашом поправил небольшие стрелки на верхних веках, сам аккуратно нанес ей помаду.
- Напомни мне после приема… У меня дома есть хорошие тени… Небольшой такой набор. Французские. Я тебе их презентую, — негромко говорил он, возясь с макияжем.
- Да? Ты, Васильев, что-то совсем обалдел. А мне за те тени нужно будет ноги раздвинуть? – шепотом возмутилась Светлана.
- Х-м-м… Даже не знаю, что сказать… С одной стороны, я бы очень этого хотел. С другой стороны… С другой стороны, не хочу портить наши отношения. Но… Помнишь, ты про белье говорила… Так, у меня и «недельки» есть, твоего размера.
«Это хорошо, что я у Ритки выпросил про запас разное: колготки, духи из недорогих, косметику ту же, трусишки несколько комплектов и пару размеров — сорок шестой и сорок восьмой. Правда, почти все деньги отдал, из тех, что мне батя оставил. Ладно, как-нибудь перебьюсь!».
Только вот Марго предупредила, что в таком темпе и в таких количествах снабжать Васильева она не сможет:
- Девок, как я понимаю, у тебя много. А будет еще больше. Я тебе дам номер телефона и адрес. Созвонишься с человеком, договоришься. Имей в виду: там будет десятипроцентная накрутка. И то – только по моей рекомендации, а так-то ребята в цене не скромничают.
«А что делать, если – надо? Приходится мириться. Не проявлять же ментовскую принципиальность, не брать «спекулей» на притужальник!».
Здесь Полянская фыркнула возмущенно:
- Да? Колготки, шоколад, «недельки», тушь французская. Хорошо иметь маму, начальницу в торговле. Что еще готов мне предложить? Покупаешь меня, да?
- Глупости не говори! Покупаешь… Скажешь тоже! – Сергей укоризненно покачал головой, — А если просто – ухаживаю? Как обычно ухаживает мужчина за понравившейся женщиной.
- Васильев! Ты глухой? Я же сказала: у меня муж…
- А я, Светочка, на брак и не претендую. И ваш разрушать не собираюсь.
- Кобель! – фыркнула Полянская, — Наглый развратник.
- Есть такое дело, — согласился Васильев, — И вообще… Постой ровно, мне еще немного поправить осталось.
Полянская замерла, чуть дыша, прикрыв глаза. И успокоилась.
- М-м-м… Как хорошо-то, я прямо млею. Тебе, Сережа, нужно не в милицию идти, а в хороший салон – отбоя от клиенток не было бы. Вот там ты с блудом развернулся бы! — хихикнула она.
Сергей почесал бровь:
- Не… Не получится. Когда женщины постоянно перед глазами – взгляд замыливается, привыкаешь, ценить меньше начинаешь. А там и до перехода в стан педерастов – рукой подать.
Шутка была такая себе: плоская и грубоватая. Но в закрытых коллективах типа армии и милиции такие вполне котируются. В том числе и у женской половины органов внутренних дел. Оно и понятно: «Чего словеса крутить, шутки юмора тонко закручивая?». Жизнь, она, чаще всего, штука простая, незамысловатая. Потому: «Не множь сущего сверх необходимого!».
Васильев беспардонно расстегнул китель Полянской, и, не успела Светлана возмутиться, как он одернул ее форменную рубашку, чуть поправил сдвинувшуюся юбку, немного подтянул форменный галстук. Вздохнул:
- Юбку бы я тебе чуток ушил. И укоротил. Сантиметров на десять, примерно. Тогда бы она была максимально подходящей под твою фигуру и шикарные, длинные ножки.
Полянская засмеялась:
- У нас в УВД такие юбки носят только секретутки. Прочих же за такое дело нещадно дерут.
- Дерут? Х-м-м… Я бы принял в этом участие. Ну все. Пошли?
- Сейчас! – Светлана раскрыла платяной шкаф, на внутренней стороне двери которого имелось зеркало, осмотрела себя, удивленно покосилась на парня, — Однако!
- Ну дык: фирма веников не вяжет! – дурашливо развел он руки, после чего спохватился, – Ой, вот еще… Чуть не забыл. Блин, помялась…
Из бокового кармана кителя Васильев достал картонную коробочку польских духов «Быть может»:
— Это тебе, красавица.
Светлана всплеснула руками:
- Опять? Совсем офонарел, Васильев? Я тебе все равно не дам, так и знай!
- Жадина! – притворно обиделся Сергей, а сам подумал: