Страница 124 из 164
- Нахал! – картинно прижала ладошку к щеке притворщица, — Как ты можешь мне такое предлагать?!
- Х-м-м… Такое – это какое? Если мы говорим про одно и то же «такое», так оно нравится как мужчинам, так и женщинам. Или ты не знаешь?
Жилкина «стерла» маску глупышки с лица, засмеялась:
- Ну-у-у… Это, знаешь ли, смотря с кем – нравится. А то бывают такие варианты, что никак это «такое» понравиться не может.
- Кисуня! – заворковал Васильев, — Я сделаю все от меня зависящее, чтобы ты точно была без ума от «такого».
Ольга ткнула его кулачком в живот:
- Ох, Васильев… Я с тебя просто – «не могу»! До того откровенный, что просто оторопь берет. А и правда буду «без ума» или только обещаешь?
- Правда, правда. Я уже даже план составил: что, как и когда. Ну, то есть – в какой последовательности и что буду делать, чтобы ты «без ума» становилась плавно, но непреклонно. Повышая градус, так сказать.
Девушка откровенно хохотала:
- Прямо вот так – план, да? На бумаге?
- А как же? У меня все ходы записаны! – покивал головой Серега, — Правда пока не придумал, с кем посоветоваться – может ошибки какие есть? Так откорректировать, пока не поздно. Ну и у кого этот план утвердить, мне пока непонятно.
Сергей дурашливо почесал затылок:
- Может, ты скажешь – у кого такие планы утверждают? Не в горкоме же, и не в райкоме.
Ольга, вытирая намокшие уголки глаз, ответила:
- Не знаю я, у кого ты его утверждать будешь. Но что точно – так это не у моей матери.
- Да? Думаешь, побьет? А если побьет, то – тебя или меня?
- Васильев! Ну, хватит уже. У меня сейчас тушь потечет! А побьет… Побьет, думаю, обоих. Ты же там наверняка разные гнусности запланировал.
— Это как посмотреть, Олечка, как посмотреть! – скорчил морду Серега, — Если на бумаге – так вроде бы и впрямь – сплошной разврат и неприличности, а если по жизни… А вдруг тебе понравится?
- Да-а-а? Даже интересно стало, что ты там понаписал, — Ольга закусила губу, потом, сдерживая улыбку, призналась, — Знаешь, Комаров… Это муженек Танькин… Ну, Живцовой, понимаешь? Ага… Так вот… Он где-то раздобыл журнал. Ну, такой…
- Неприличный? – насупившись, Васильев постарался изобразить мину Шурика, из известной комедии.
- Совсем неприличный! – кивнула Ольга, — Прямо – совсем-совсем неприличный. Там приличий вообще никаких, даже буквы иностранные и те – неприличные.
- Ц-ц-ц-ц… — покачал головой Сергей, — А ведь еще комсомолец, не так ли?
Ольга посмотрела на него и снова рассмеялась:
- Так ты мне дашь рассказать или будешь меня смешить?
- Рассказывай. Я весь внимание! – убедительно мотнул головой Васильев.
- Нет! Ну я так не могу, Сережка. Я с тобой спокойно говорить не могу, меня постоянно на смех тянет.
- Эх, мать… — вздохнул Сергей, — Лучше бы тебя со мной тянуло на грех, а не на смех.
- Так вот, про грех… — засмеялась Жилкина.