За печатью Небес

Матки теснили самого Мина. Шесть щитов сошлись краями, и перед юношей выросла костяная стена. Пока он отходил, тяжёлые туши продолжали наступать, отнимая у него место для разбега. Крайние самки постепенно заворачивали внутрь, отрезая путь в стороны. Ещё немного, и они зажмут его между панцирями.

Мин задвинул Ши Эр себе за спину левой рукой, а правой взмахнул «Драконьим Хребтом», сбивая летящие в неё шипы.

Наконечник посоха проломил чашу ближайшего сборщика, и серые осколки брызнули на песок. Тварь ещё держалась на лапах. Юноша провернул древко в ладони и обратным концом ударил ей в сустав. Лапа подломилась, сборщик рухнул набок, освободив несколько шагов перед Мином.

С боков напирали Матки, а впереди сборщики готовили новые шипы. Увлечётся ими — попадёт под тяжёлый щит.

Мин сложил пальцы свободной левой руки в жест переноса.

Звякнул колокольчик, воздух озарила золотая вспышка. Мин вместе с девочкой оказался на гребне обломков, на тридцать шагов выше. Клякса успел оставить здесь якорь ещё до схватки. Внизу застучали шипы: сборщики выпустили их туда, где мгновение назад стояла Ши Эр.

Отсюда Мин видел, как Лепни смыкаются вокруг лиса. Он выхватил лист со Знаком Давления и бросил прямо под лапы тварям.

БУХ!

Невидимая тяжесть ударила по склону и вмяла пятерых Лепней в песок. Серую жижу разметало вокруг провала. Клякса проскочил между остальными, взбежал на обломки и вскочил Мину на плечо. Лис ощерился, глядя на ползущие снизу пасти.

По щелчку бича две крайние Матки развернулись и полезли по осыпи наперерез. Камни летели у них из-под лап. Такие туши, а до чего быстрые! Их панцири уже перекрывали тропу из котловины. За ними сборщики оттягивали сухожилия в грудных щелях, готовясь выпустить шипы. Стоило Мину посмотреть в сторону свободного прохода, как загонщик посылал туда очередную тварь.

Открытым оставался только вход в разрушенную башню.

Гу Лань наконец заговорил.

«Это загон, Мин… Нас гонят. Так они брали внешние сады Академии. Не бегут следом, не лезут на рожон. Перекрывают воду, обрушивают мосты… и оставляют тебе ровно одну дверь. Ту самую, за которой ждёт петля».

— Знаю, дед, — отозвался Мин, отбивая посохом летящий в висок костяной шип. — Только дверь эта ведёт туда, куда мне и нужно.

Мин подхватил Ши Эр на левое бедро и прижал локтем к боку. Ему нужно было миновать ближайшую Матку и добраться до входа, пока остальные не сошлись за спиной.

Сапоги скользнули по осыпи. Юноша выставил посох, будто собирался ткнуть самку в морду. Та втянула голову под щит, и Мин тут же прыгнул ей на костяной воротник. Оттолкнулся от него и нырнул в пролом. Следом проскользнул Клякса, вытянувшись в тонкую чернильную ленту.

Мин перескочил каменный порог и оглянулся. Здесь грохот снаружи звучал гораздо тише.

Цюй Тао щёлкнул бичом. Твари остановились, затем опустились брюхом на песок вокруг руин. Матки закрыли промежутки между обломками, сборщики держались позади них. Всё стадо легло кольцом, оставив загонщику свободный проход к камере.

Старик неторопливо подошёл и уселся на разбитую балку у порога. Положил бич на колени, подпёр щёку кулаком. По его довольной усмешке Мин понял, загонщик получил именно то, чего добивался.

— Читай, юный господин Лу. Ты ведь за этим сюда шёл, верно? Твои каналы горят, круг не смыкается, а замок от темницы не даёт сделать последний вдох. Изучай. Времени у тебя ровно столько, сколько нужно моим сборщикам, чтобы сделать для тебя крепкую ловушку.

Мин стоял в трёх шагах от входа, спиной к залу. От слов загонщика стало не по себе.

Откуда этот старый пёс знал, что творится у него в меридианах? И откуда узнал, что Мин пришёл за письменами темницы? Выходит, Цюй Тао ждал его именно здесь, пока Мин ещё в Архиве убеждал себя, что нашёл слабое место врага. Паршивое чувство. Особенно когда старик сидит в нескольких шагах и смотрит на тебя с таким удовольствием.

Мин отвёл взгляд от загонщика и опустил Ши Эр на пол.

Затем чуть шевельнул пальцами, указывая Кляксе на щель в кладке. Лис понял его. Чёрное тело осыпалось тушевой пылью; она втянулась в расщелину и утекла сквозь стену. Цюй Тао продолжал сидеть у входа. Мин ждал, прислушиваясь к связи с Кляксой, и через пару минут ощутил далёкий отклик. Лис выбрался за кольцо стада и оставил ещё один якорь на противоположном склоне.

Теперь у них был путь наружу.

Камеру снизу доверху покрывала глубокая вязь. В прорезанных линиях лежала тень, но даже погасшие знаки удерживали силу. Мин ощущал её кожей. Чем дальше он заходил, тем сильнее холодело под ключицей.

Он уже знал этот холод. Такой же ударил его в грудь у белой стелы мёртвого посада, когда Мин попытался прочесть Единую Черту. А потом затворы темницы сомкнулись, и на теле осталась чёрная печать. Здесь юноша чувствовал ту же силу Начертателей Пустоты. К ней он и пришёл за ответом, хотя боль под ключицей заставляла держаться от стены подальше.

Ши Эр шагнула вперёд и тут же отпрянула. Вцепившись обеими руками в штанину Мина, она прижалась к его ноге. Девочка смотрела в глубину камеры с таким ужасом, что он невольно перехватил посох покрепче.

— Темно… — прошептала она, прижимаясь щекой к его колену. — Папа, не надо туда. Там сидит тишина, которая не кончается. Я не пойду.

Мин погладил её по затылку. Ши Эр вдруг затихла и повела носом, словно что-то учуяла.

Она повернулась к дальнему углу, где между обрушенными колоннами оставался узкий проход. Подержалась ещё немного за Мина, затем отпустила штанину. Страх в её глазах сменился узнаванием. Девочка осторожно пошла к стене, выбирая, куда поставить босую ногу среди щебня.

Мин пошёл следом, держа посох наготове.

У самой стены, в глубокой нише между камнями, сидел скелет.

По росту и тонким костям Мин дал бы ему лет двенадцать. От светлой ученической туники остались лохмотья, но на вороте сохранился вышитый серебром свиток. Такие носили младшие послушники Академии Божественного Символа. Мальчик сидел, подтянув колени к груди, и положил голову на скрещённые предплечья. В такой позе живой ребёнок мог бы задремать.

В пальцах правой руки застряла тонкая бронзовая шпилька для волос.