Страница 3 из 122
Улыбка, которая появилась на его лице, была лишена радости. Скорее судорога, чем улыбка. Когда он ещё мог позволить себе подобную вольность в присутствии подчинённого.
— Их военные звания проще, господин адмирал, — тихо ответил Рисар.
— И удобнее?
— Да.
Минколь’т усмехнулся краем губ и подошёл к столу из тёмного материала.
— Завидую им, генерал. Ведь вы теперь «генерал» по-земному? У них есть всё. Мир, полный жизни. Будущее, потенциал, о котором нам остаётся только говорить.
Адмирал налил в тяжёлый бокал тёмную жидкость. Алкоголь с Земли обжёг горло, но не принёс привычного онемения.
— А они этого не ценят.
Рисар молчал.
— Единственные, кто биологически совместим с нами, но при этом совершенно нам не подходят, — продолжил адмирал тише.
Он поставил бокал обратно на стол.
— Древняя, угасающая цивилизация, смотрящая на тех, чей расцвет ещё впереди.
Тишина снова осела между ними.
— Возвращайтесь обратно, Рисар из клана Моракс. Продолжайте работу. На вас последняя надежда нашего вида.
Рисар напрягся. Сама мысль о возвращении на ту далёкую базу казалась ему пыткой. Он уже набрал воздуха, чтобы заявить о бессмысленности дальнейших поисков, но холодный, режущий голос адмирала пресёк протест:
— Это приказ, генерал!
Рисар дёрнулся, словно от хлёсткой пощёчины. Челюсть сжалась так сильно, что зубы скрипнули.
— Есть, господин адмирал… — с ядовитым нажимом выделил он звание.
Развернувшись, далор направился к выходу, но у самых дверей его настиг вопрос, от которого воздух в кабинете, казалось, мгновенно замёрз:
— Вы не нашли Зорака?
Рисар замер. Его костяшки пальцев побелели, вцепившись в рукоять ножа на поясе.
— Боюсь, что нет, господин адмирал!
Ему хотелось выкрикнуть: «Не произносите при мне имя предателя! Он труп, как только мы его поймаем!» Но он лишь коротко кивнул, подавляя ярость.
— Позвольте удалиться, латер…
— Хорошего полёта, далор.
— Оставайтесь под светом Теокрии, латер Минколь’т.
Пару месяцев пути в этой консервной банке! Бездна Ларии! И ради чего?
— яростно думал Рисар, шагая по пустому коридору. Гнев пульсировал в висках, заглушая страх перед будущим, которого у его народа, возможно, уже не было.