Страница 108 из 122
Я ещё помнила ту самую книгу, которую переводила. Она никак не хотела исчезать из памяти. Словно я только что закончила перевод и всё такое свежее. Я поняла весь её смысл. Каждую страницу, каждую строчку. Если когда-то во мне и жили какие-то сомнения, то теперь их нет. Есть только страх за маленькое существо внутри меня. Поэтому пусть Касл никогда не узнает, что станет отцом. Пусть живёт дальше своей жизнью, ничего не зная.
А у меня родится малыш или малышка, и я отдам своему ребёнку всё. Всю себя. Всю любовь, что у меня осталась и сделаю так, чтобы он никогда не почувствовал, что чего-то не хватает. Даже папы. А если нужно будет — выйду замуж за Гейба.
* * *
Я моргаю пару раз, пытаясь стряхнуть воспоминания. Прошлое липнет к сознанию, как мокрая ткань к коже, и не желает отлепляться. Всего полтора года, а кажется, будто всё случилось только вчера.
Вчера я стояла перед тобой. Растерянная, настоящая, вскрытая ножом твоего равнодушия. А ты привычно отвернулся. Ты отказался от «нас», Касл. Сдался, даже не попытавшись подождать. Ты предал всех троих.
Помнишь, Касл? Это был сентябрь! Ты убил меня в сентябре. Швырнул в открытый космос и забыл обратно поймать.
И теперь ты снова здесь. Врываешься в мою жизнь, точно буря, будто имеешь на это право. Словно и не было той чёрной дыры, в которую ты меня столкнул. Ты вернулся, чтобы снова всё разрушить, потому что иначе не умеешь. Ломаешь, а потом приходишь, нажимаешь «повтор» и ждёшь, что всё станет как прежде.
Но не станет. В сентябре во мне что-то треснуло. И в этот раз я не позволю тебе добить уцелевшее.
Мне страшно. Я никогда не видела Касла таким. Раньше он бывал жёстким, резким, но теперь я понимаю, как глубоко ошибалась. Это не злость. Это первобытная, глухая и тяжёлая ярость. И если я и нахожу в чём-то утешение, так это в фигуре Скотта рядом.
Не нужно быть экспертом, чтобы понять причину. Я скрыла от него дочь.
Сначала всё казалось глупостью. Эта книга, тот странный человек по имени Зорак у уличного кафе. Но потом я приняла жуткую правду. На этой Омеге, или как бы она там ни называлась, дети давно не рождаются естественным путём. Моя дочь — первая, кто пришёл в этот мир так, как задумано природой.
Я испугалась, что, если он узнает, нас не отпустят. Начнутся исследования. Лаборатории. Тесты. Мой ребёнок станет «объектом», «уникальным материалом». Я не могла допустить такой судьбы для неё. Не хотела её и для себя.
Эксперименты поставили бы на нас обеих.
КАСЛ
Я молчу. Не знаю, что сказать. Боюсь, что если открою рот, то натворю дел.
— Привет, Лисса, — говорит мой брат.
Я восхищаюсь Скоттом. Его терпение, чувство справедливости и врождённая дипломатия — редкое сочетание, особенно в нашем мире. А у него всё это будто встроено в код. Он как вода: спокойная, глубокая и опасная.
Лисса молчит. Смотрит куда-то вниз, избегая моего взгляда. А мне… мне хочется подойти, намотать её волосы на кулак и свернуть ей шею.
Б***ь, я еле держусь. Тело уже подалось вперёд, как у хищника перед прыжком. Но Скотт успевает первым, и его рука ложится мне на плечо. Со стороны этот жест может показаться спокойным знаком поддержки или братской связи, но мы оба знаем, сколько усилий он тратит, чтобы удержать меня на месте. Слышу, как его зубы скрипят от напряжения.
— Здравствуйте, ребята, — звучит голос Клэр.
Ребята⁈
Все молчат.
— Отличная погода сегодня, — выдаёт Скотт с натянутой, фальшивой улыбкой.
— Как раз подходит для прогулок, — подхватывает Клэр всё с той же вымученной светской интонацией.
Клоуны. Эти двое решили разыграть светский диалог о погоде на фоне надвигающейся катастрофы.
Я продолжаю в упор смотреть на Лиссу. Всё так же, как раньше, она опускает голову, а когда поднимает её обратно — в глазах плещется ужас. Инстинктивно косится на ребёнка, и я за ней.
У меня сердце рвётся на части.
Она прекрасна… Идеальная.
Она сидит в коляске. Спокойная, тихая, не хныкала, не извивалась, а просто смотрит. Этот взгляд пронзительным, словно она понимала больше, чем ей положено в таком возрасте. Её глаза, в точности моего цвета, сверлят меня, пытаясь решить, друг я или угроза. Они смотрят прямо, и это был самый тяжёлый взгляд, который я когда-либо встречал. Малышка узнаёт семейный поток, узнаёт ту же энергию и тянет её опять. Ведь ей столько не дали.
Как она посмела лишить её всего этого⁈
Наконец я немного успокаиваюсь и могу контролировать ту силу, что пыталась выйти наружу. Внутри всё ещё кипит, но голос теперь слушается. Я говорю ровно, но безапелляционно:
— Клэр, можешь идти домой.
Тон вышел слишком приказным, но мне плевать.
— Касл… — начинает она.
— Неужели ты помнишь моё имя? — резко бросаю я.
Она краснеет и опускает голову. Один в один как Лисса. Это у них семейное, что ли?
— Чего же ты не вспомнила его полтора года назад? Или хотя бы полгода назад? — голос снова становится холодным, внутри злость поднимается обратно. — Или хотя бы вчера?
— Касл, я уверена, что мы все… — начинает она, но я не даю договорить.
— Клэр, ты тоже молчала. Как и она, — Клэр умная и понимает, о чём я. Эта женщина мне сразу понравилась. — Лучше иди домой… по-хорошему.
Услышав «по-хорошему», Лисса вздрагивает, а я продолжаю:
— Тем более в твоём положении тебе нельзя нервничать. Малышу это вредно. Не мне ли тебе это объяснять?
Клэр хлопает глазами, словно пытаясь разогнать туман перед собой. Потом визжит:
— Что? Откуда ты знаешь⁈
От верблюда, мать вашу
, — чуть не вырывается у меня.
Клэр застывает, а я морщусь от того, как легко в мой лексикон пролезли эти глупые земные присказки. Заразился от Скотта. Не говорить же ей, что я способен сканировать человеческое тело глазами.
Мысленно даю себе подзатыльник. Если бы я в тот день догадался отсканировать Лиссу, всё стало бы ясно. Я бы сразу увидел, что она беременна, и этой катастрофы не случилось бы.
Но стоп. Я как раз и сканировал.
Более того, я регулярно это делал — и ничего подобного не заметил. Только стандартный набор, и всё как у обычного человека: никаких отклонений, ничего странного. И уж тем более — никакого ребёнка у неё в животе.
Что за чёрт? Кто поставил на неё щит? И что это за щит? Такое умеет делать только Кайрон, и никто, кроме него, не владеет щитами на уровне дыхания. Значит, он знал? Или помог? Или… прикрыл?
И стоит ли щит вообще? Потому что я сейчас сканирую её, и она такая же — человек.
Что, к чёртовой матери, происходит⁈