Страница 5 из 16
Искренность Оли, ее боль и надежда отзывались в душе поручика Муратова. Будто он и сам всю жизнь только об этом и думал, просто никак не мог облечь мысли в слова. Свобода – та самая высшая ценность, которую Даниил Муратов ставил превыше всех остальных. Именно из-за любви к свободе он так любил карточные игры, именно из-за нее же он никогда не стремился связать себя узами брака.
И до чего же странно встретить единомышленника не среди однополчан и друзей, а среди тех, кто всегда казался поручику Муратову поборниками всемогущих брачных уз и тотального контроля, – среди женщин.
– Впрочем, это все неважно, – закончила Оля упавшим голосом. – Завтра отец увезет меня в усадьбу в Знаменское, пришлет мне гувернантку, которая будет заставлять меня читать «Юности честное зерцало» и играть на фортепиано сутками напролет. А потом отец найдет мне достойного жениха, и все. Конец моей славной свободной жизни.
– Не стоит так драматизировать. Может, все еще обойдется, – попытался приободрить поручик Олю.
– Нет-нет, все уже предрешено. Мой единственный шанс жить свободно упущен. Остается только смириться с ненавистной участью и нести с достоинством этот крест, – Оля вздохнула с тоской. – Простите, Даниил Рафуанович, мне не стоило говорить об этом. С вашего позволения я пойду, отец, вероятно, уже ищет меня.
Она присела в легком реверансе и сбежала быстрее, чем поручик Муратов успел ее остановить. А ведь она так и не согласилась подарить ему даже один танец…
Как бы там ни было, а после этого разговора поручик Муратов испытывал еще большее чувство вины, чем прежде. Осталось только придумать, как эту вину искупить.