Страница 70 из 92
Катер быстро поднимался сквозь стену дождя и через пару минут вырвался в пустоту над облачной равниной. Световые фильтры сработали безупречно: сияние двух солнц не ударило по глазам, а плавно заполнило кабину, словно пытаясь вытравить из нее лихорадочную угрюмость от встречи в Круглом Доме.
— Прости их, пожалуйста, — произнес Олифер.
Малиника бросила на него короткий взгляд. Старик смотрел вдаль.
— Таких серьезных проблем у нас не было много-много лет. Они очень напуганы и не понимают, чему верить.
Малиника снова глянула на приборную панель, в последний раз проверяя, что все в порядке.
— А ты… ты нам веришь?
Старик молчал.
Малиника повернулась к нему. Прозрачные, цвета весеннего снега, глаза теперь были обращены на нее. Внимательно. Оценивающе.
— Я больше знаю, — наконец произнес он, — и могу оценить ваши возможности. Если бы вы желали нашей смерти, могли просто не прилетать. Ну, или уронить на Деревню что-нибудь, — невесело усмехнулся. — Даже если бы вы собирались нас захватить, можно было б придумать способ попроще. Во всяком случае, на «эксперименты» ваша деятельность не похожа.
— Поэтому они все еще слушают тебя?
Пауза снова оказалась неестественно длинной.
— И поэтому тоже.
«Похоже, тайны Вудвейла не ограничиваются Ковчегом и генетическими выкрутасами». Подобрать следующий вопрос было непросто. Поинтересоваться чем-то невинным из истории поселения? Напрямую спросить о странной отстраненности старика от своих соплеменников? «Хах, на такой случай мы скриптов не заготовили!» Малиника отвела взгляд, посмотрела в глубокую, почти черную синеву суборбитального неба. Слева сияли два одинаковых солнца, сверху — два диска лун, красный и серебристый. Снизу, под катером, — прикрытая вуалью облаков зелень планеты. Больше всего хотелось спросить, что случилось тем злополучным вечером в долине Ковчега и как так вышло, что Ямакава вернулся от этих разумных и в целом адекватных людей в таком состоянии, словно он побывал в плену у варваров. Малиника медленно вдохнула. Выдохнула. Прислушалась к себе. Сейчас, когда она летела на базу с этим удивительным стариком, в госпиталь, где лежали самые тяжелые больные, она не хотела этого знать.
Олифер внимательно следил за ней, грустно улыбаясь лишь морщинками вокруг глаз, а потом спросил сам:
— Расскажи мне, что там с Ковчегом? Вы что-то сделали с аномалией?
* * *
Наземная база, 2550-07-26 11:30
В тамбуре инфекционного госпиталя было пусто и тихо. Матово-белые стены рассеивали дневной свет, стирая тени, и из-за этого помещение казалось нереальным, словно нарисованным. Несмотря на слова Лидии, Вернон все равно приходил сюда. Устраивался на кушетке в углу, работал над оптимизацией моделей. Дежурный врач — кажется, ее звали Кристина — что-то проверяла в боксе, так что Ямакава был предоставлен сам себе.
Вернон снял ДР-очки, стянул одну из перчаток. Потер глаза. Он не любил работать в виртуале, но занимать медицинский терминал казалось неправильным. Встал. Потянулся. Сделал несколько шагов, чтобы размяться. Тело требовало движения, но Ямакава знал, что в восстановлении контроля над мышцами нельзя торопиться: внезапная слабость во время тяжелого упражнения легко приведет к травме. Пока что он не всегда попадал по кнопкам в дополненной реальности, и колени иногда внезапно подкашивались.
Остановился возле кюветы с новорожденной. Взрослым, что местным, что вновь прибывшим на планету, не хватало времени на заботу о ней, но девочке сейчас требовалось не слишком много. Робот заботливо следил за чистотой, полноценным рационом и качеством воздуха. Автоматика даже имитировала необходимые звуки: спокойную приглушенную речь и биение материнского сердца. Чужого. Насколько Вернон знал, записать здоровое сердцебиение родной матери для этой малышки не было возможности.
«Какая крошечная!» Ямакава раньше не задумывался, что все люди были когда-то вот такими беспомощными комочками: и странный старик, и суровая Лидия, и даже гениально смелый Джамиль. И Малиника. И он сам, Вернон Ямакава. Он-то уж точно когда-то лежал в похожей кювете в яслях программы ЭПВ. И к нему тогда наверняка так же несколько раз в день приходил неонатальный психолог. К этой малышке приходила Полина. Она с искренней заботой разговаривала с девочкой, проверяла, как у нее дела. Сидела явно дольше, чем требовалось по нормам, но меньше, чем хотела сама. Уходила всегда с грустью. Полина рассказала Вернону, что оба родителя девочки лежат здесь же, в реаниматорах, и что новый, более опасный штамм вируса развился как раз внутри ее матери.
Когти вины снова впились в его сердце. «Этого не должно было случиться».
Шурх. За его спиной открылась дверь.
* * *
Наземная база, 2550-07-26 11:27
Катер плавно заходил на посадку, а Олли во все глаза смотрел на базу экспедиции Б-32. Почти неделю назад, когда он драпал отсюда в предрассветных сумерках, разглядеть детали он не успел, и теперь, глядя на это великолепие, испытывал невероятный, давным-давно забытый восторг.