Страница 5 из 13
– Маме теперь не нравится, когда я называю ее мамой. Это ярлык, а она не любит ярлыки, – как могла объяснила Трейси. – Я должна называть ее Андреа, как все.
Ханна вздохнула. Пора, наверное, поговорить с сестрой о материнских обязанностях.
– Ты точно видела фургон «Милой буренки», Трейси?
– Да, тетя Ханна. – Трейси уверенно кивнула светлой головкой. – Он повернул на твоем углу и поехал в переулок. А потом я услышала громкий хлопок, как у папиной машины. Я догадалась, что это от молочного фургона, потому что других машин не было.
Ханна поняла, о чем говорит Трейси. Старый «Форд» Билла дышал на ладан и стрелял выхлопом при каждом торможении.
– Наверное, Рон возится с фургоном. Пойду посмотрю.
– Можно с тобой, тетя Ханна?
– Останься со мной, Трейси, – вмешалась Лиза, не дав Ханне ответить. – Поможешь мне слушать звонок колокольчика и обслуживать посетителей в кафе.
Трейси просияла.
– А можно я буду приносить им печенье, Лиза? Как настоящая официантка?
– Конечно, но это будет наш секрет. А то твой папа оштрафует нас за нарушение трудового законодательства.
– А что значит «оштрафует», Лиза? И почему мой папа так поступит?
Ханна ухмыльнулась, натягивая куртку и слушая Лизу. Трейси задавала вопросы обо всем на свете, и это сводило Андреа с ума. Ханна пыталась объяснить сестре, что любознательность – признак ума, но у Андреа просто не хватало терпения на смышленую четырехлетку.
Ханна открыла дверь и вышла. Сильный порыв ветра чуть не сбил ее с ног. Она захлопнула за собой дверь, прикрыла глаза от ветра и пошла вперед, вглядываясь в переулок. Фургон Рона стоял поперек, почти у самого поворота, загородив проезд в обе стороны. Дверь водителя была приоткрыта, ноги Рона свисали наружу.
Ханна пошла вперед, думая, что Рон растянулся на сиденье, копаясь в проводке под приборной панелью. Не желая пугать его, чтобы не ударился головой, она остановилась в нескольких шагах и окликнула его:
– Привет, Рон. Вызвать эвакуатор?
Рон не ответил. В переулке завывал ветер, гремел крышками мусорных баков – может, Рон не услышал. Ханна подошла ближе, снова позвала и заглянула в кабину.
От увиденного Ханна отшатнулась и нервно сглотнула. Рон Ласаль, местная футбольная легенда, лежал на спине на сиденье фургона. Белая кепка валялась на полу, листы заказов на планшете трепал ветер, а на сиденье лежал открытый пакет с печеньем из ее пекарни. Повсюду рассыпались «Хрустяшки с шоколадной крошкой», и, вытаращив глаза, Ханна заметила, что Рон все еще сжимает одно в руке.
А потом взгляд Ханны скользнул выше, и она увидела кошмарное отверстие с опаленными краями прямо в центре форменной рубашки «Милой буренки». Рон Ласаль был мертв. Его застрелили.